Чтение онлайн

— Сергеевна, — ровно ответила девушка. Голос её не дрогнул, но я видел, как побелели костяшки пальцев, сжимающих край стола.

— Вот и отлично. Значит, решено. Да, и учтите: Заболотье — место глухое. Связи там нет, магический фон нестабильный. Обсидианы выдам конечно, но… В общем, осторожнее там.

— Аркадий Фомич, а можно я вместо Алины поеду?

Мы все разом оглянулись.

— Вы? — Лыткин удивлённо приподнял бровь. — Екатерина, вы-то тут причём? Я Ветрову посылаю.

— У Алины справка, — сказала Катя. — Освобождение от физнагрузок. Хроническое заболевание, знаете ли. Ей в болота нельзя, врачи запретили.

Я едва не поперхнулся. Про заболевание она, конечно же, врала, причем очень уверенно. Алина, стоящая рядом, замерла, боясь дышать.

— Что за заболевание? — подозрительно спросил Лыткин.

— Ну это, наверное, лучше у нее спросить. Скажи, Алина, — Катя глянула на девушку.

— Ну видимо серьезное. Я в детали не вникала, но справка есть. Можете проверить в медпункте.

Лыткин поморщился. Проверять ему явно не хотелось — возиться с бумажками, тратить время.

— А вы, значит, хотите вместо неё?

— Да. Практика очень хорошая, — Катя улыбнулась самой невинной улыбкой.

Лыткин посмотрел на меня.

— Николаев, вам Екатерина подходит?

Я внутренне выдохнул.

— Вполне, Аркадий Фомич. Мы с ней уже работали вместе. Сработались.

— А вы, Алина Сергеевна, не против остаться? Признаться, вы тут очень хорошо справляетесь, у меня к вам никаких нареканий.

— Я буду только рада остаться тут! — пискнула Алина.

Лыткин подумал секунду, потом махнул рукой.

— Ладно, без разницы. Мне главное, чтобы манускрипты доставили. — Он ткнул пальцем в Катю. — Значит, вы едете. Оформляйтесь как прикомандированная. Деньги до обеда успевайте получить, потому что в бухгалтерии переучет будет.

— Спасибо, Аркадий Фомич, — сказала Катя уходящему вслед Лыткину.

— Я думала, умру на месте, — прошептала Алина. — Катя… ты… спасибо тебе!

— Всегда пожалуйста! — улыбнулась девушка и хитро посмотрела на меня. — К тому же я и сама не против выбраться на свежий воздух из этого пыльного Архива. Тем более с таким спутником!

Я откинулся на сиденье старого, видавшего виды «УАЗа». Степан, коренастый мужик лет пятидесяти в промасленной кепке, уверенно крутил баранку, объезжая ямы на разбитой просёлочной дороге. За окном мелькали берёзы, перемежающиеся с чахлыми ёлками, и чем дальше мы уезжали от города, тем сильнее чувствовалось: здесь совсем другая реальность. Дремучая, глухая, пропитанная сыростью и тишиной.

Катя сидела рядом, прижимая к груди сумочку. Девушка молчала всю первую половину дороги, глядя в окно, и я чувствовал, что в этом молчании зреет какой-то важный разговор.

— Спасибо, что согласилась поехать, — наконец нарушил я тишину. — Без тебя мы бы не выкрутились.

Она повернула голову, посмотрела на меня с лёгкой усмешкой.

— Ты уже говорил. Три раза.

— Мало ли, — пожал я плечами. — Вдруг ты не расслышала.

— Расслышала. — Она отвернулась к окну. — Просто не понимаю, почему ты сразу не рассказал. Про Алину.

Я вздохнул. Этого разговора всё равно было не избежать.

— Потому что это не моя тайна. И потому что чем меньше людей знают, тем безопаснее. Для всех.

— Для всех или для неё? — Катя посмотрела на меня в упор.

Я замялся.

— Для неё. И для тебя тоже. Если бы Лыткин или, не дай бог, еще кто-то узнали, что в Архиве живёт бывший искусственный интеллект, который теперь работает у них под носом…

— Я понимаю, — перебила Катя. — Правда, понимаю. Но знаешь, Алексей, иногда мне кажется, что ты привык решать всё сам. Тянуть на себе. А люди вокруг — они просто статисты в твоём спектакле.

Её слова задели за живое.

— Это не так.

— Правда? — Она усмехнулась. — Тогда почему ты не сказал мне про Алину раньше? Мы же работаем вместе, мы… — она запнулась, — мы же друзья, я думала.

Я молчал, не зная, что ответить.

— Ладно, — Катя махнула рукой. — Проехали. Я не в претензии. Тем более, теперь я в курсе и даже помогла. Просто… имей в виду: если будут ещё секреты, я хочу о них знать. Не потому что любопытно, а потому что так безопаснее. Для всех.

— Договорились, — кивнул я.

Степан вдруг хмыкнул.

— Вы, городские, в таких краях наверное не бывали? Дремучие края!

— Что вы имеете в виду? — насторожилась Катя.

— А то и имею. — Степан сплюнул в окно. — Заболотье — место гиблое. Там испокон веку маги жили. Да не те, что у вас там, в Комитетах ходят. Изгнанники, староверы, отрешенные — вот кто там был. Выселяли туда все неугодных. Вот те там и жили. И силу свою пробовали. Не всегда удачно. А то, что неупокоенное, — оно покоя не знает. Вы уж поаккуратнее там, особенно ночью.

Машину тряхнуло на очередной кочке. Катя покосилась на меня.

— Весело будет.

— Когда было иначе? — усмехнулся я.

Колеса чавкали по грязи, лес за окном становился всё гуще, и чем дальше мы углублялись, тем сильнее я чувствовал: впереди нас ждёт что-то, к чему не подготовят ни командировочные, ни инструкции Архива.

— Ну всё, приехали, — Степан с силой крутанул руль, но колёса только взвизгнули и зарылись глубже в грязь. — Твою ж дивизию…

Мы сидели в машине уже полчаса, а за это время продвинулись метров на сто. Дорога — если это вообще можно было назвать дорогой, — превратилась в сплошное месиво после вчерашнего дождя. «УАЗ» отчаянно буксовал, но выбраться из ловушки не мог.

Степан вылез, обошел машину, почесал затылок. Закурил.

— Короче, тут такое дело… Застряли мы.

— Выбраться не сможем? Я бы подтолкнул, — предложил я.

— Темнеет уже. С утра надо — колеса откапывать, веток накидать. Сейчас не увидем.