Чтение онлайн

— И чем они занимаются? — изумился я. — Отнимают удачу?

— Именно так, — кивнул Никита Михайлович. — Но только у преступников, чья вина точно установлена судом. Это не наказание, а мера предосторожности. Как вы думаете, почему из имперских тюрем почти невозможно сбежать? А если кому-то это удаётся, то его быстро ловят.

— Невезение? — удивился я.

— Вот именно, — кивнул Зотов. — Это заслуга мастеров невезения. Они проклинают преступников, и от тех надолго отворачивается удача.

Я не выдержал и рассмеялся — представил себе испуганного злодея и тёмного мага, который нависает над ним, размахивая руками и бормоча зловещее заклинание.

— Рад, что мне удалось поднять вам настроение, Александр Васильевич, — усмехнулся Зотов. — Между прочим, это трудная работа, она требует большой выдержки.

— Поднимать мне настроение? — расхохотался я, и снова чихнул, да так, что из глаз полились слёзы.

— Это как раз нетрудно, — покачал головой Никита Михайлович. — Я говорю о работе мастеров невезения. Закон строго запрещает им проклинать кого-то, кроме преступников, иначе мастер сам окажется в тюремной камере, и глазом моргнуть не успеет. Только на таких условиях Империя разрешает им использовать свой магический дар. И с магией у них какой-то особый договор, но в такие детали я не вникал. Важно понимать одно — маги невезения не могут проклинать каждого, кто подвернётся им под горячую руку.

— Да, в такой ситуации поневоле придётся тренировать терпение, — согласился я. — А куда девается удача, которую они отнимают у преступников? Не может же она исчезать бесследно.

— Хороший вопрос, — кивнул Зотов. — Удача, как вы можете догадаться, переходит самому магу. Вот только использовать её в корыстных целях тоже запрещает закон. Так что маг невезения не может внезапно выиграть в лотерею или получить богатое наследство от незнакомца. Разумеется, в обычной жизни у них всё хорошо — мелкие бытовые неприятности, болезни и несчастные случаи обходят их стороной. Но и только.

— Не завидую я этим магам, — усмехнулся я. — Обладать такой силой и не иметь возможности ею воспользоваться.

— У них нет выбора, — кивнул Зотов. — Либо служба на благо Империи, либо изгнание и полный запрет на магию. К нашему счастью, магов с таким даром очень мало — пять человек на всю Империю, а в Столице только один.

— И что же с ним случилось? — поинтересовался я.

— Он потерял свой дар, — ответил Зотов. — Вернее, его дар стал работать ровно наоборот. Теперь он приносит удачу окружающим, а самому магу достаются только неприятности.

— Колесо повернулось в обратную сторону? Апччхи! Извините. Занятная история, но пока у меня нет никаких версий. Хорошо бы мне самому поговорить с этим магом.

— Я не был уверен, что вы возьмётесь за расследование, поэтому решил сначала сам поговорить с вами, — кивнул Никита Михайлович. — Когда вы сможете с ним повидаться?

Тут в дверь кабинета постучали, и вошёл Игнат с подносом.

— Горячее молоко, ваше сиятельство, — тоном, не допускающим возражений, заявил он. — Елизавета Фёдоровна сама подогрела и велела проследить, чтобы вы непременно выпили.

— Я же согласился на целителя, — возмутился я. — К чему эти издевательства?

— Какое же это издевательство, если народное средство? — возразил Игнат. — Нас с братьями матушка в детстве всегда горячим молоком лечила. И ничего — все выросли. А целитель неизвестно, каким зельем опоит. Меня вот целители от тёмного заклятья сколько лечили, а толку никакого — всё равно не могу вспомнить, как солому в кузов грузил. А господину Прудникову супруга народное средство прописала — память и вернулась.

— Так ты сходи к госпоже Прудниковой на сеанс, — посоветовал я. — Пусть она и тебя полечит.

Деваться было некуда, и я осторожно попробовал молоко. Оно оказалось приторно-сладким, моя любимая супруга, не жалея, бухнула в чашку мёда. К губам мгновенно прилипла противная молочная пенка.

— Пейте, ваше сиятельство, пейте, — сурово кивнул Игнат.

— Пью, — вздохнул я. — Послушай, Игнат, какое интересное дело нам подвернулось. Мастер невезения потерял свой дар, и теперь его преследуют неудачи. Никита Михайлович предлагает ему помочь.

— Чур меня! — выпучил глаза Игнат. — Решать вам, Александр Васильевич, а только не брались бы вы за это дело.

— Почему? — удивился я.

— А если его неудача на вас перейдёт? Или на весь дом перекинется? Кого угодно спросите, каждый скажет, что с неудачами связываться не дело.

— Ерунда, — поморщился Зотов. — Ты путаешь магию с тёмными суевериями. Магический дар ни на кого «перекинуться» не может.

— Народ зря говорить не станет, — упрямо покачал головой Игнат.

Несмотря на огорчение, он внимательно проследил за тем, чтобы я допил молоко, и только после этого поставил чашку на поднос.

— Так в какое время вы сможете увидеться с господином Косогоровым? — снова спросил Никита Михайлович.

И тут наверху раздался звон бьющейся посуды. Испуганный женский голос, в котором явно слышались истеричные нотки истошно завопил:

— Брысь, проклятый!

Игнат и Зотов обернулись на крик, я вскочил с кресла. Дверь распахнулась, в кабинет пулей влетел магический кот Уголёк и, громко шипя, забился под моё кресло.

— Что происходит? — спросил я его.

Кроме любви к паштетам, у Уголька был ещё один важный талант — он умел говорить. Мысленно, конечно.

— Эта женщина швырнула в меня чашкой, — ошарашенно ответил Уголек. — Откуда она взялась? Не пускай её в кабинет, пожалуйста.

— Какая женщина? — не понял я.

— Не знаю, — ответил магический кот. — Я заглянул на кухню, чтобы поесть, а она там разговаривала с Прасковьей Ивановной. Увидела меня, и как закричит, как размахнётся!

Я наконец-то понял, что Уголёк говорит про гостью, которая приехала к нашей кухарке.

— Наверное, она просто не ожидала увидеть тебя, вот и испугалась, — предположил я.

— Она кричала, что я принесу несчастья, — возмутился Уголёк. — Зачем вы её вообще пустили?

— А действительно, зачем? — удивился я. — И как вышло, что дом не посоветовался со мной?

Я поднял глаза к потолку и задал этот же вопрос своему особняку. Дом помолчал, затем ответил всплеском коротких ментальных импульсов.

Импульсы вспыхнули так быстро, что я почти ничего не разобрал. Но мне показалось, что особняк жалуется на магического кота.

Зато Уголёк всё отлично понял.