Чтение онлайн

— Что нас не убивает — то делает сильнее, — отозвался я. — Приступай. Ты единственная, кто знает как это делается. Я тут только гость.

Лейтенант без лишних разговоров развеяла проекцию души от заклятья «Познания», воздела свой артефактный посох и возложила его на нас двоих, подтоком мне на плечо и навершием на тело Берислава. Как я понял, в ритуале оно что-то вроде замыкающей шины или топливного патрубка.

«Хотя, над Златой колдовали иначе», — в памяти зашевелились воспоминания, как застал Алину с дедом инсайдом, стоящими над спящей Бериславской-младшей. Той, как раз, со слов оных, выполняли переливание Силы или подобное по назначению вмешательство. Но там, по-моему, просто держали над ней руки, без применения посоха старца: дрын-палку дед инсайд держал на вытянутой руке. Иной обряд? Или у одного и того же ритуала есть разные способы исполнения, в зависимости от различных вводных?

«У-у-у…», — пронеслось в уме, как только Ева прикрыла глаза, сложила персты на свободной руке в некоем сложении сосредоточения и начала бормотать себе под нос заклятье. «Началось…».

Почти одновременно с этим накрыло то самое «не самое желанное состояние», к которому, кажется, пора уже начать привыкать. Хотя бы потому, что на моей памяти мною уже пятый раз пользуются как бочкой для дозаправки. Да, сила ощущений каждый раз разная, и сейчас накрыло хлеще, чем все вместе взятые предыдущие разы, но один раз — случайность, два — закономерность, а три — уже статистика. Видать, и дальше мне подрабатывать топливозаправщиком на минималках.

Тело бросило в жар. Инстинктивно захотелось вдохнуть полной грудью, чему сопротивляться не было ни сил, ни смысла. А дальше тьма, опустившаяся на глаза, начисто отсекала меня от операционной.

Надо бы поизучать местную литературу на предмет купирования симптоматики от таких «накатов». Приятного и впрямь мало. Если к непривычным ощущениям от переходов через Грань или перемещения Путями я уже привык, то к таким, с позволения сказать, «сеансам электромассажа» готов лишь психологически.

В это же самое время, покуда «Мастер» с приданной ему группой занимался проблемой Великого Архимага Путей Берислава, караван, проведённый силами старца, разворачивали для постоянного размещения.

А это, надо сказать, было ой как непросто. Гарнизон Первоуральска просто не рассчитан на обращение с такой прорвой живой силы и скота: полковник Ротмистров, сдав старого мага в лазарет, оперативно поспевал по всем направлениям единолично, стараясь не упустить ничего.

Ему, безусловно, помогали офицеры штаба гарнизона. Но даже с их помощью дело двигалось ой как не быстро.

Полковник же Протопопов, хоть и занимал должность выше Ротмистрова, благоразумно не мешался. Да, он выполнял свои прямые функции и без дела не прохлаждался, но со всем, что касалось размещения людей и организации их будущего быта на ближайший месяц-полтора, офицер не лез под руку местным канцеляристам. В конце концов, оперативную ситуацию Первоуральска он знает намного хуже того же Ротмистрова. А с окружением города и возможностями гарнизона последний знаком куда лучше. Ему и карты в руки.

Люди сновали по городу без продыху. Животные, запряжённые в повозки, организованными колоннами по десять голов завозили свои упряжи на территорию части местного Управления Тайной Канцелярии, где чинно выстраивались на плацу: прикомандированные к ним мастеровые и рабочие споро разгружали повозки, складывая имущество на залитый бетоном плац. Интенданты и офицеры Канцелярии скрупулёзно сверяли список рекомого на предмет сохранности при транспортировке и сортировали выгружаемое по принадлежности к сферам эксплуатации для дальнейшего размещения на складах. Обувь, одежда, кухонная утварь, инструменты для работы с древесиной, землеройный инструмент, пища, лекарственные снадобья, предназначенное для снабжения Первоуральского гарнизона оружие с боеприпасами, строительные материалы, и так далее, и тому подобное.

Светлейшие князья Морозовы и Бериславские в рутинной механической разгрузке не участвовали. Вместе со своими дочерьми они были препровождены к зданию Штаба гарнизона, где полковник Протопопов, согласовав с местными офицерами свои действия, занял один из кабинетов для проведения небольшого, но значительного совещания.

При последнем присутствовали и Злата с Милославой. Не столько из-за необходимости приобщения юных княжон к стратегическому планированию (для этого ещё рано: одной по возрасту, другой по состоянию психического здоровья), а чтоб девочки не были предоставлены сами себе и не терялись в незнакомой местности среди чужих людей.

— Прошу всех занимать свои места, — руководитель Тайной Канцелярии указал обеим четам и их наследницам на места в кабинете, расставленные вокруг Т-образного стола.

Сам же офицер занял место во главе оного. Сопровождавшая чету Бериславских и приставленная к Злате Марина заняла позицию за своей маленькой подопечной, оставшись стоять за её спиной.

Обычный рабочий кабинет, обустроенный по единым нормам ведомства, едва ли стоит отдельного описания: от такового, закреплённого за Ростиславом Поликарповичем, он почти не отличался. Разве что, согласно текущей ситуации, на столе лежала карта Империи с закрашенным зелёным цветом Зауральем: неразведанными землями, куда не ступала нога человека далее, чем на двести вёрст.

Правда, возможно, стоит сделать малую ремарку и уточнить, что занятый кабинет находился в том же здании Штаба, что и развёрнутый лазарет, и буквально этажом ниже последнего, где как раз «Мастер» при помощи капеллана (или же капеллан при помощи «Мастера») пытались привести в чувство героя сего дня, сумевшего провести Путями исполинский по любым логистическим меркам караван.

— Что же, досточтимые господа и дамы… а также сударыни, — изрёк Протопопов. — Вопрос, о котором пойдёт речь, требует качественной проработки, а потому, покуда есть относительно свободный миг, прошу вас принять в сём участие. Мы говорим о дипломатии Зауральского направления.

Нельзя сказать, будто бы присутствующие — великие дипломаты. Для этого рода деятельности при Дворе содержится отдельный дипломатический корпус, натасканный и бривший зубы заговаривать любого посла из любой страны мира. Беда лишь в том, что корпус собирался и обучался для работы с европейскими и азиатскими представителями. От бритов, нордов и германцев до туркменов, османов и аравийцев, он может решить вопрос любого уровня деликатности. Но чудь белоглазая… до недавнего времени этот народ вообще считался легендой. Даже о существовании Ени, проживающей при местном Управлении Тайной Канцелярии, знали лишь избранные. У Империи просто нет людей, умеющих вести диалог с этой расой.

— Позволю себе напомнить, что и мы далеки от налаживания мостов меж цивилизациями, — осторожно заметил светлейший князь Бериславский. — Всё, что мы знаем о чуди белоглазой — лишь результаты научных изысканий в ходе многочисленных экспедиций за Урал, да стараниям благодаря нашего великого предка, Архимага Путей Берислава.

— Это уже больше, чем может дать нам Двор, Святогор Тихомирович, — отозвался в ответ Ростислав Поликарпович. — Для работы дипломата в первую очередь необходимо не только знание языка визави, но и хорошая осведомлённость о его культуре. Можно сколь угодно изливать на него розовую водичку и облекать свой глагол в мягкие формулировки. Но ежели действом своим переговорщик наносит оскорбление али же бросает тень, умышленно али по незнанию, любым переговорам конец. Вы же осведомлены о чуди лучше многих академиков.