Чтение онлайн

— Я всего лишь простой наёмник, — тихо произнёс я, поглаживая девушку по волосам.

Появилась возможность вставить слово лишь когда разноглазка начала задыхаться от затяжной тирады с рыданием.

— Тот, кто с душевными поражениями сталкивается столь же часто, что и с телесными. Я не умею врачевать их. Но умею поддерживать тех, кто в этом нуждается. Умею обходиться с теми, кому тяжело общаться с прочими. И ты права. Мне действительно не в первой сталкиваться с таким. Золото? Земля? На это жизнь сестры не купишь. Она бесценна, как и любая другая. В том числе твоя. И ты слишком рано просишь выставить тебе счёт. Я не сделал ровным счётом ничего для этого.

— Ты успокоил блаженную! — сквозь слёзы проревела Алина. — До тебя никто не мог её утихомирить! А ты сделал это за час!

— Всего лишь час. Душевно больных лечат годами и десятилетиями. А я провёл с ней лишь час.

Краем глаза заметил выразительный взгляд отца Алины, которым он смотрел на меня. Поймав своим взором мой, мужчина указал глазами на стол позади меня, где покоился графин с водой.За что удостоился от меня благодарного кивка.

Я взял стеклотару с водой и насильно заставил разноглазку напиться. Та будет на нервах ещё какое-то время, потому приходится его потратить прежде, чем вообще получается двухсторонний разговор.

— Я не врач. Не учёный муж по бестелесным хворям. Не в моих силах полностью исцелить душевно больного.

Взгляд Алины начал неприемлемо стекленеть, будто девушка теряла всякую волю к жизни и последний якорь в этом мире.

— Но могу гарантировать, что в моих силах стабилизировать состояние из подобного тому, что видим мы все. Это не случится сию минуту. На стабилизацию уйдут недели и месяцы. И только через несколько лет вообще получится сказать, насколько полноценной жизнью сможет жить Злата. Но это, бл9ть, возможно. И не в текущих условиях торговаться о цене. Ситуация усугубляется, и будет только хуже. Сегодня ещё можно всё исправить, но действовать необходимо сейчас, немедленно. Я взялся за это дело не ради денег, земель или чьих-то благодарностей. Мне прекрасно известно, что такое близкий человек, страдающий душой и разумом. Поэтому сделаю всё от себя зависящее, чтобы избавить вас от этой чаши. У нас нет времени на торги за жизнь Златы. Мы ещё вчера были обязаны выступить единым фронтом. И за ценой победы не постоим. Чего бы нам это ни стоило.

Присутствующий при разговоре дворецкий-мажордом поклонился.

— Да будет дозволено мне высказать своё суждение, — дежурной фразой начал он.

— Конечно, Иннокентий, — Святогор (в том, что это и был отец девочек Бериславских, я уже не сомневался). — Ты в своём праве.

— Мы все и наши потомки будут вечно чтить вашу благодетель, — размеренным голосом, преисполненным уже не только дружелюбия, но и неподдельного уважения, произнёс он. — Молим вас о милосердии не покидать нас в столь тяжкий час. Вы дали луч надежды домочадцам этих стен. В вас верят, как ни в что больше, ибо больше не во что верить. Смилостивитесь, не предавайте этой надежды. Многие этого не переживут.

— Для меня это очевидно, как божий день, — буркнул я. — Я уже взялся за это дело. Потому что уверен в своих силах в рамках означенного. Но мне нужна вся история болезни. Вплоть с того момента, как девочка научилась ходить и говорить. От того, насколько точно мне передадут предысторию, я смогу правильнее подобрать лечение… или обратиться к тому, кто сможет вместо меня.

Глава 45

Анамнез

Московская губерния

Имение Бериславских

Остыли разгорячённые истерией сердца.

Высохли реки пролитых слёз.

Успокоились тревожащиеся, а утратившие надежду воспылали новой жаждой спасения.

Отец семейства распорядился сготовить нам лёгкий тактический перекус, как я называю такие пережёвывания.

Минут через пятнадцать в кабинете силами Иннокентия и помогавшей ему девушки, которую он вполголоса называл Мариной, было подано трапезничать.

Чай из местных, до сих пор остававшихся неизвестными мне, трав, резаный ровными ломтями наивкуснейший пирог из непонятных мне плодов, и россыпь фруктов.

Пирог, вероятно, уже был готов ранее.

Слишком быстро его подали: вряд ли успели испечь по распоряжению.

Пока суть да дело, у нас появилась возможность познакомиться в более спокойной обстановке.

Отец семейства оказалась мужчиной под сорок.

Крепкого, далеко не дохлого телосложения, по конституции похожий на меня.

Плюс-минус моего роста.

Был одет в простой домашний мужской костюм, по внешнему виду бывший ближе к рабочему классу, чем к барскому сословию.

А вот мать девочек чётко давала понять, в кого малышки пошли такими компактными.

Низкая, чуть выше Алины (или вровень: запас на осанку и подошву туфель с каблуками), такая же субтильная.

Стройности и грации (сразу видно, у кого унаследовала её разноглазка) добавлял зауженный где только можно длинный богато расшитый сарафан ниже колен.

С Иннокентием мы уже пересекались сегодня: внешний вид местного старшего помощника не успел претерпеть хоть каких бы то ни было изменений.

Марина мало чем отличались от Даши и Светы.

Та же собранная в аккуратную косу причёска, чтоб длинные, ниже плеч, волосы не мешались в работе.

Такой же простой рабочий, но ухоженный и явно не самый дешёвый сарафан: на одежде для девушек в этом доме не экономили.

Глава семейства выглядел куда проще, чем помощницы.

Домашние Бериславских все, без исключения, выдавали признаки смертельной усталости.

Они буквально были одной ногой в дурке.

Слишком уж нездорово выглядели для своих лет.

У нас таким убитым взором могли похвастаться мясники, кто из раза в раз ходил в штурмы без отсыпных, выходных, увольнительные, самоволок и прочих отпусков.

Если в гостях у Морозовых мы с Алиной сидели вместе напротив старших, представляя одну сторону переговоров, то сейчас Бериславская села на диван рядом со своими родителями.

Мне указали на место в кресле напротив, по другую сторону низкого столика, который и сервировали яствами да кушаньем. Такая рассадка напоминала какое-то судилище или противостояние. Не сказать, что это мне как-то досаждало или нервировало, но…

— Господь Всемогущий свидетель, — произнёс глава семейства. — Я возношу самые горячие молитвы и слова благодарения Богу за ниспосланную нам свыше помощь. Смею утверждать, что со мной это разделит не только моя семья, но и весь многочисленный род Бериславских.

— Взаимно, — отозвался я. — Была мысль познакомиться с родителями той, что… стала для меня поддержкой и опорой.

На этих словах Алина, отчего-то, густо залилась краской.

— К превеликому для всех нас сожалению, обстоятельства знакомства крайне прискорбные. Хотел бы я, чтоб наш первый разговор происходил в более… непринуждённо плоскости. Однако время не терпит, и я настоятельно рекомендую форсировать события.