Чтение онлайн

И, признаться честно, внутри меня росло противное, липкое нетерпение, смешанное со страхом.

Я боялся увидеть Морну, боялся увидеть ее обезображенной. Она всегда была воплощением дикой, первобытной силы и красоты, хищницей. Черный туман сжигал плоть, и я слишком ярко представлял, что он мог с ней сделать. А она мне нравилась, пусть я и понимал, что иногда она на меня воздействовала. Это не отменяло того, что она была красивой, пусть и своеобразной женщиной.

Я вздохнул. Да уж, глупо спорить с тем, что она была для меня чем-то большим, чем просто местом сбыта отваров. А ведь мне завтра будет только шестнадцать, и даже по меркам этого мира я молод. И с этим ничего не поделаешь.

Я тряхнул головой, отгоняя эмоции. Переложил мази в корзину, взял эликсиры, слабенькие отвары (для себя) и несколько пустых кувшинов. На обратном пути нужно будет зайти в рощу железных дубов. Для закалки Душильника-Старшего потребуется уйма сока, возможно не меньше трех кувшинов. Да и младшего душильника тоже нужно закалять ежедневно. Даа… Дел была куча, и как только всё успеть?

Я отправил Виа в корзину, туда же пересадил душильника. Скиталец в земле уже был готов отправиться за мной. Я чувствовал его нетерпение. Сидеть на одном месте он мог, конечно, долго, но через связь я чувствовал — он хочет и должен путешествовать. И его нужно выпускать на подобные «прогулки», тем более, что он легко может найти во время такой прогулки что-то особенное.

Эх…мечты-мечты.

— Готов? — спросил Грэм уже весь экипированный всем тем оружием, что у нас было. Вдобавок он надел свои самые плотные штаны и куртку. Даже перчатки взял. Старик был настроен серьезно.

— Готов. — ответил я.

На мне тоже была уже рубаха, а сверху моя кожаная броня из ржавозуба. Грэм захватил также пару фляг воды.

— Ну так пошли.

Я кивнул и позволил Скитальцу рвануть вперед. Сердечника я опять пересадил в небольшую кадочку и поместил в корзину. Как говорится, всё свое ношу с собой.

Седой уже сидел у меня на плече и оглядывал всё с очень важным видом. Может, думал, что сегодня мы пойдем к его сородичам.

Мы вышли со двора.

Дом был заперт, волк Трана скучающе лежал у калитки. Рядом с ним валялись две тушки саламандры. Видимо, Грэм утром дал ему перекусить. Ну а Шлепа недовольным взглядом (как всегда) провожал Грэма. Не любил он, когда оставался один дома.

Я же попытался задать Скитальцу цель.

ИЩИ КОСТИ И КРИСТАЛЛЫ.

Не знаю насколько он понял, с этим у него было посложнее чем у Виа, будто он «говорил» на каком-то другом языке команд, но вперед он всё же двинулся, перейдя в режим поиска.

В любом случае, найдет что-то — хорошо, нет — что ж, не каждый же день находить ценности.

Пока мы шли по знакомым тропам Кромки, я передал Виа массивный заряд живы. Сегодня нужно продолжить ее эволюцию. На ее три процента ушло треть моего запаса, зато она была теперь готова, и если мы повстречаем меченую крысу или просто метку, то это пойдет ей на пользу. Она сможет поглотить черную живу и поднять свою устойчивость. Сейчас, когда черный туман стал главной угрозой, Виа превратилась одновременно и в мое главное оружие, и в единственное лекарство против черной живы.

[Потенциал эволюции: +3%]

Однако мы шли уже полчаса, и вокруг было чисто: ни одной черной точки в тепловом зрении лианы. Вдобавок мы несколько раз видели патрули, состоящие пусть из молодых, но все же охотников. Видели и приручителя с волками. Похоже, тех охотников, что постарше и поопытнее отправили патрулировать места поглубже и опаснее. И в чем-то это, конечно, правильно.

— Что-то нет ни одной метки, — сказал я немного недовольно.

— Потому что их уничтожили, — удовлетворенно хмыкнул Грэм и указал носком ноги на обугленный ствол сосны. — Джарл все-таки заставил этих ублюдков из гильдии алхимиков шевелить задницами. Выжигают заразу. Хоть какая-то от них польза появилась.

— Да, — кивнул я, а сам с досадой подумал: «Хоть бы одну оставили для Виа, старательные засранцы».

Пока мы шли к дому Морны, а я продолжал использовать Поглощение.

Оно выросло совсем незначительно, на доли процентов. Но и то хорошо.

Постепенно места становились знакомыми, и я замечал ориентиры, которые мне показывал Грэм еще в первое посещение дома Морны. Их я запомнил хорошо.

Да уж, давно я не был у Морны дома. С того самого боя с Измененным, после которого мы перестали сюда ходить. Я приглядывался к деревьям: где-то тут, помнится, оставались следы от его когтей.

И скоро я их заметил. Вот они, никуда не делись. Значит, мы совсем близко от дома.

Грэм же замедлил шаг, его рука легла на рукоять топора. И почему — стало скоро понятно.

Мы еще не дошли шагов ста до дома Морны, а нас уже заметили.

Нас окружили тучки мелких, серых насекомых. Они не жалили, просто кружили, создавая раздражающий фон — своеобразная сигнализация. И это были не насекомые Лиры или Майи, они никогда не использовали мошкару. Да и если подумать — для мошкары нужен был более точный контроль. Возможно, нас так «приветствовал» один из гнилодарцев, который нашел приют у Морны и защищал это место.

Впрочем, не мошкарой единой. Черви тоже проявили активность под ногами. И вот они меня немного успокоили. Значит Рыхлый тут и всё видит.

— Ну…хоть кто-то из них отвечает за охрану, а то если бы незамеченными подошли, у меня были бы к ним вопросы, — заметил Грэм, двигаясь вперед.

— И Рыхлый тут. — сказал я.

— Или кто-то с похожим Даром, — уточнил старик.

— Да.

Скитальца я отправил гулять чуть подальше, чтобы его не «засекли», а Виа ползла позади нас, прикрывая спину. В корзине был только душильник, но он сейчас был малоактивен.

Мы сделали еще несколько шагов, и я заметил тончайшие, прочные нити, натянутые между кустами и деревьями на уровне колен и груди. Паутина.

— Шурша Восьмиглазая тоже тут.

— Пи! — тихо подал голос Седой.

— Ничего-ничего, — успокоил я его, — Тут все…кхм…свои. Нам ничего не грозит.

— Пи.

Видимо, он немного сомневался в моих словах.

Мы двигались осторожно, стараясь не задевать паутинки, но это было конечно же невозможно, так что Шурша (если это была она) уже знала, что кто-то потревожил ее сигнальные сети раскиданные везде на расстоянии пятидесяти шагов от дома.

Мы вышли к самому дому. Изгородь, разнесенная Измененным, так и стояла полуразрушенной. Точнее те места, которые я срастил были как будто в порядке, но сама изгородь пожухла. Ей нужна была подпитка и побольше. Думаю, при желании я смогу это быстро исправить.

На камне у крыльца сидел Клык. Исхудавший до состояния скелета, с глубоко запавшими, воспаленными глазами. Заметив нас, он с трудом оперся на свои костяные наросты на руках и встал. Лечение, и последующий выход через черный туман ему дались явно тяжело. Кожа у него тоже облезла, кое-где обнажая белые костяные наросты. Только теперь было со всей очевидностью заметно, насколько в нем больше «костей» и как сильно они выпирают.