Чтение онлайн

— Я займусь тобой чуть позже, — сказал я Иглышу. Тот лишь молча кивнул. — Других осмотрю — и начнем.

Мы двинулись дальше. Возле нескольких кувшинов с водой сидел толстый, откровенно толстый мужик лет тридцати. Его кожа блестела от влаги, словно он только что вынырнул из болота, а между пальцами виднелись плотные перепонки.

— Мокрец… — начал было Рыхлый.

— Да не глухой я! — ответил он и внимательно взглянул на меня.

— А какой у тебя… — начал было я.

— Дар? — не дал мне договорить Мокрец. — Чувствую всё, что в воде или сырой земле. А тебе-то зачем знать?

— Просто интересно, — ответил я, — Дары гнилодарцев очень разнообразны.

— Я бы не прочь иметь какой-нибудь Дар пополезнее, — тяжело вздохнул Мокрец, погрузив свои перепончатые руки по локоть в кувшины.

— Тяжело вдали от болот? — спросил я.

— А ты как думаешь, парень… Я вообще люблю дышать под водой и могу часами не вылезать оттуда. Но тут, у дома Морны, ни одного водоема или болотца…хорошо хоть воды Рыхлый добыл.

Я присел и сделал вид, что осматриваю раны мужчины, а сам осторожно прикоснулся к нему. Пожалуй, это был наименее пострадавший гнилодарец, потому я встал и сказал:

— Ты как будто в полном порядке.

— Потому что вовремя смылся — как чувствовал, что случится какая-то дрянь, — пожаловался он, — А потом деревню как отрезало. Кошмар…страшно было.

Рыхлый покачал головой. А я понял, что этот гнилодарец, похоже, из самых-самых трусливых. Наверняка он прибился к Морне просто потому, что вариантов не оставалось. А один он забоялся быть. Но я понимал, зачем Рыхлый при гнилодарцах рассказывает об их способностях мне, как бы чужаку. Тем самым он показывал, что доверяет мне, и что они могут поступать так же.

Последней на заднем дворе оказалась женщина лет двадцати пяти. Выглядела она жутковато: ее шея была неестественно длинной и тонкой, как у журавля. Вместо ногтей на пальцах росли короткие, загнутые черные когти. Глаза были огромными, золотистыми и…пугающими.

На удивление, она сама протянула свою руку мне и выжидающе уставилась — будто проверяла, пожму я ее или нет, забоюсь.

Я пожал — мне нужно было провести Анализ. И этот Анализ дался очень тяжело. Меня аж затошнило от сильнейшей головной боли.

[Объект: Человек (Мутация 3-й стадии) Тип дара: Приручитель. Птицелов. (Искаженный)

Духовный корень: Поврежден (несколько крупных трещин)

Примечание: Перьевой покров обладает высокой плотностью и частичным сопротивлением к агрессивным энергетическим средам.]

— Не боишься, мальчик? — сипло спросила женщина, не отрывая от меня своих немигающих золотистых глаз. — Это хорошо. Не люблю тех, кто боится и тех, кто испытывает отвращение.

Я выдержал ее взгляд, не отводя глаз.

— Дар не выбирают, — ровно ответил я. — Все мы живем с тем, что дала природа. У кого-то это внутри, у кого-то снаружи.

Я имел в виду, конечно же, внешние проявления Дара при разрушенном или треснувшем духовном корне.

— Правильные слова, травник, правильные… — тихо сказала она.

— А ты…приручитель? — уточнил я, глядя на ее руки, и неприкрытые части тела, покрытые почерневшими перьями.

— Мои возможности чуть шире, — улыбнулась она своими тонкими губами.

— Орла может управлять птицами…многими одновременно, — сказал Рыхлый, — Смотреть их глазами…

— И еще разное, — добавила она, усаживаясь обратно. — Я в порядке, так что займись мальчишкой. Мои перья меня защитили.

Я еще раз взглянул на те самые почерневшие перья и подумал, что видимо их слой был более плотным. Но вопрос в другом: если эти перья действительно могли защитить от черного тумана, пусть и ценой того, что они почернели, то их ценность высока, особенно в текущей ситуации. Такие перья мне нужны.

Я кивнул женщине и вернулся к Иглышу. Все-таки именно его состояние было самым тяжелым.

— Иглыш, пошли внутрь, — сказал я. — Нужно помочь тебе и убрать всю эту черную дрянь с твоего тела. Поверь, сразу станет легче.

— Он будет тут! — снова влезла Шипастая, преграждая мне путь. — Тут делай, на моих глазах!

— Я сам решу, где мне делать свою работу, Шипастая, — устало ответил я. — Если волнуешься за брата, то просто не мешай. Неужели непонятно, что я хочу помочь, а не навредить?

Рыхлый молча взял Иглыша под руку, помогая ему подняться. Подросток поморщился, но встал твердо. Он посмотрел на сестру исподлобья.

— Не мешай, Арна.

— Это ты мешаешь! Если бы не ты, я бы ушла с Хельмом, — рыкнула на него девушка, и иглы на ее руках угрожающе выдвинулись.

— А я сразу сказал, что не уйду с этим старым идиотом, — упрямо ответил Иглыш.

Они вперились друг другу в глаза.

— И я тебя не заставлял оставаться ради меня, — добавил он тише, но с вызовом. — Сама решила остаться. Я бы и один…справился.

— Вижу, как справился, чуть в тумане не сдох, — ответила она и стиснула зубы.

Не обращая внимания на нее мы двинулись внутрь дома. Я же задумался о сестре Иглыша. Шипастая могла быть шпионом Хельма, — агрессивная, недовольная, — но то, что она в открытую заявила при всех, что хотела уйти с Хельмом и осталась только из-за брата… это было слишком честно для шпиона. Они так себя не ведут. Это словно бы отводило от нее подозрения. Впрочем, без прямой проверки системой знать наверняка нельзя.

Ладно, это потом, сейчас лечение.

Я с Рыхлым усадил Иглыша поближе к свету, подальше от лежащей Морны, и приступил к работе.

Нужно было снова повторить то, что мы делали со знахаркой. Вот только у нас не осталось спиртовой настойки, так что в этот раз придется действовать так, полагаясь на чистую воду и на чистый, прокипяченный кинжал. Давать живу парнишке я не мог — он это сразу почувствует. А мази на все его обширные черные раны просто не хватит. Придется экономить и использовать ее только в самых «глубоких» местах.