Чтение онлайн

Элементаль внезапно бахнулся на колени и протянул мне свой огромный меч, опуская голову:

— Вправе вы лишить меня чести, — провозгласил он и замер, лишь язычки огня срывались и тихо оседали в песок.

Вот норовят мне все своё оружие всучить. Толку-то мне от такого арсенала? Разве что духа предка порадовать.

— Честь воина не в его оружии, — покачал я головой.

— А в умении им пользоваться, — вздохнул элементаль.

— А в умении им не пользоваться, когда того не требуется, — поморщился я. — Поднимись.

Хакан послушался неохотно, но всё же встал на ноги. Меч он по-прежнему протягивал мне.

— Убери, — я хотел было сделать грозный вид и потребовать клятв, но передумал. — Мне нужен не слуга и не защитник. Мне нужен друг, Хакан. Тот, кому я могу доверять свою жизнь и жизнь своих близких. Понимаешь?

Я не был уверен, что эта человеческая концепция будет ясна для элементаля. Что уж, не для всех людей она понятна. Преданность далека от дружбы. И привести может к неприятностям, во благо меня же.

Джинн нерешительно опустил руки, и горящий меч исчез. Задумался он надолго, словно пытаясь сопоставить мои слова с тем смыслом, что я вкладывал.

— Это… как братство? — спросил он наконец.

— Похоже, — кивнул я, тоже немного поразмыслив.

Я не так и много знал о джиннах. Ну, кроме того, как они рождались и что у них родовая общая память, пусть и весьма избирательная. Истинные воины, объединяющиеся в братства. Так что да, похоже.

— Но вы правитель, — нахмурился элементаль.

— Разве не сражались мы с тобой рука об руку против полчища гулей? — напомнил я.

Хакан воспрянул и разулыбался.

— Славная то битва была! Я песнь о том уж сочинил. Желаете послушать?

— Обязательно, — невольно и я улыбнулся в ответ. — Но позже. В общем, вместе мы бились, так что это важнее прочего, согласен?

— Правы вы в мудрости своей, — поклонился джинн.

— И в терпении, — едва слышно добавил я и уже громче продолжил, всё же схитрив: — Значит, не подведёшь?

— Клянусь вечными песками и памятью моего народа, Искандер-амир! — серьёзно заявил элементаль, ударив себя кулаком в грудь.

Вот этого точно у людей нахватался.

Я и моргнуть не успел, как вновь очутился на ночной набережной Санкт-Петербурга, в том самом месте, где и был. Вот только ассасин метался тёмным силуэтом возле домов, уже погрузившихся в сон.

Увидев меня, он стремительно прыгнул через тени.

— Господин? — прерывисто, кратко и вместе с тем очень многозначительно спросил Хаамисун.

Пожалуй, слишком он беспокоился. Универсал я или нет, но внешне молод, что порой создаёт вот такие проблемы.

— Всё в порядке, мне нужно будет отлучиться на… какое-то время.

Могло пройти и пять минут, и вся ночь, пока я гощу в пустыне. Раньше это не занимало много времени, но кто знает, как случится в этот раз. Главное, успеть до вечера, когда назначена встреча с Мейснером.

Он кивнул и потянулся к поясным кинжалам, выражая готовность следовать за мной.

— Нет, я пойду один.

Ассасин нахмурился и явно собрался возразить, но тут объявился джинн. Хакан миг помедлил, затем коротко поклонился и пропел:

— Искандер-амир отправится туда, куда нет дороги для людей чёрных песков. В мой мир. Мне жаль.

Я даже закашлялся. Ну вот может же, когда захочет! Не учитывая этих совсем чуть-чуть презрительных «чёрных песков» прозвучало вполне миролюбиво. Слегка обалдел и Хаамисун.

— И мне жаль… — протянул ассасин, правда, не перестав хмуриться.

— Возвращайся в особняк, я приду туда, когда закончу, — я похлопал его по плечу больше для того, чтобы он перестал пристально разглядывать джинна.

— Мне жаль, что в этот раз я не смогу обеспечить вам должную безопасность, — Хаамисун перевёл-таки взгляд на меня.

За спиной очень по-человечески фыркнул элементаль, но прежде чем он что-то ответил, я велел:

— Отправляемся.

Ей-богу, проще примирить врагов, чем тех, кто никогда и не враждовал…

— Видите? — спрашивал меня дух джина, указывая полупрозрачной рукой на песок.

Честно говоря, видел я откровенно плохо. Поэтому лишь промычал что-то неразборчиво, но присел, рассматривая то, что так взволновало хозяина оазиса.

Мы ушли очень далеко от гостеприимной долины с шатром, озером, водопадом и прекрасной пустынной розой, которая как раз расцветала, когда я прибыл. И шли долго, пока сумерки не поглотили всё вокруг.

Стёрлись очертания барханов, в этом месте над нами всё ещё царила буря, сводя видимость на нет. Но при этом магическая непогода не стирала следы.

— Какой-то зверь? — распахнул я глаза, наконец разглядев, и тут же пожалел.

В пустыне так таращиться — получить знатную порцию мельчайших песчинок. Проморгавшись, я вновь взглянул на следы.

Чёткие отпечатки лап, сомнений не было.

— Какой-то зверь? — немного расстроенно повторил Мухариб. — Искандер-амир, это не какой-то зверь. Это Гончая.

Я распрямился и всмотрелся в горизонт, которого было не разобрать.

— Гончая.

— Вы понимаете, что это значит? — дух джинна, к моему удивлению, впервые проявил нетерпение.

— Честно говоря, уважаемый, вообще не понимаю. Если бы мне кто-нибудь объяснил толково…

Но мой намёк улетел с горячим ночным ветром, растворившись в чёрном небе, а Мухариб немного увеличился в размере.

— Они пришли. Значит, всё началось.

— Что? — спокойно уточнил я.

Интересно, оставил мне Прохор что-нибудь вкусное на кухне, как всегда делал? Я бы сейчас хоть диковинный кактус съел, а не вот это всё.

— Сближение миров. Три соприкосновения разорвано, а значит, четвёртый натравит тварей, чтобы остановить вас.

— Меня?

И откуда во мне столько хладнокровия? Я настолько погрузился в этот важный анализ, что пропустил следующую фразу Мухариба.

— Извините, не могли бы вы повторить?