Мать Вода и Чёрный Владыка
Шрифт:
Он прикоснулся к её губам, в его пальцах было что-то, похожее на крошечный ледяной кристалл, и он тут же растаял в её рту, а губы стали как замороженные.
— Но если тебе важны слова, то я люблю тебя… Ты ведь столько ждала этих слов.
— Любишь? А я уже нет.
— Ты не успеешь и пару раз моргнуть своими бесподобными глазками, как эта дрянь, что проникла в твою кровь, будет нейтрализована.
— Неужто, ты волшебник, в самом деле? И даже сама Мать Вода ничто перед твоим заклинанием?
— Я не подданный твоей Матери Воды, и все её ухищрения ничто перед могуществом земной науки.
— При чём тут твоя земная наука? Даже такой маг как Тон-Ат был не всесилен над законами нашего мира.
— Он и в своих манипуляциях над твоим сознанием оказался бессилен. Ведь ты так и не забыла меня, как ни старался он усыпить твою память обо мне.
— Значит, не того и добивался, — Нэя погладила его мускулы и ничего не ощутила. Точно также она могла бы погладить какую-нибудь уродину из Парка Скульптур.
— Мы будем с тобой нежничать, любоваться друг другом,… — прошептал он ей в уши. — Нам будет хо — хо отлично! Ты же согласилась прийти ко мне. Убедишься, этот сеанс насыщенного секса и будет таким вот «хо-хо отлично»!
— Что ты прицепился к этому детскому выражению? «Хо-хо — отлично»! — так мы играли в детстве. Что творится в твоей голове или душе? Ты точно не душевнобольной?
— Ещё какой здоровый! Здравомыслие давно уж трансформировалось в вашу всепланетную расчётливость и подлую корысть. За всё надо платить. У вас же нет ничего бесплатного.
— Ни за какие деньги не купить любви, — она коснулась его губ, и ей захотелось стереть его улыбку вместе с его же лицом, — Отпусти! Я тебя разлюбила. Меня не привлекает любовь, превращённая в товар…
«Твоя без проблем и сытая жизнь, которой ты не ведала в столице, это что? Это и есть то, чем он оплатил свой личный досуг. Ему было нелегко продавить свою волю среди жадных, хитрых и своекорыстных насельников как бы Лучшего города континента. Каким образом ты смогла бы попасть сюда без его на то желания? Тут так называемый элитный мир, куда пропускают лишь умнейших и самых нестандартно одарённых людей Паралеи. Ему пришлось защищать тебя от их посягательств, от их неутихающего желания тебя выкинуть за стены как нечто тут инородное. Сами жрецы Надмирного Света не смогли пролезть сюда и завладеть тем зданием, где ты развела свой соблазнительный и звонкоголосый питомник. Они даже обратились с жалобой в саму Коллегию Управителей. И что? А ничего. Тут власть несколько другой уже Коллегии. Тут собран совокупный интеллект мира Паралеи. А ты со своей «Мечтой» мнишь себя тут значимой? Для них твой чудесный балаганчик с показом изысканных прелестей настолько ничтожное, хотя и чарующее баловство, что они мирятся с ним лишь ради скудоумия своих любимых жён и дочерей. А вот сугубо тайный и закрытый его отсек исключительно важен ему. Ради личного интима он всю эту декорацию и соорудил. Но изысканный интим с кружевной феей того стоит..», — слова, не являющиеся словами в прямом смысле, напоминали течение реки, подвижная поверхность которой держала её на себе как стекло.
— Если бы я знала….
«Ты всё знала. Ты уже не прежняя девочка из квартала «Крутой Берег….».
— Оцени, как мне было важно дать тебе настоящую радость творчества и наполнение твоей жизни значимостью, — произнёс Рудольф. Внезапно Нэя сделала попытку куснуть его, едва он прикоснулся к ней губами.
— Ах ты, кусачий лягушонок! — возмутился он и сжал её руки в зажиме своих ручищ. — Я разрешил тебе быть только певчей птичкой. Если позволишь такое ещё раз, я…
— Вышвырнешь наружу? Но ведь именно этого я и хочу.
— Всему своё время. Я не наигрался…
«Твой звёздный моллюск был прав. Этот пришелец расист, он презирает тех, кого считает низшим сортом людей. То время, когда ты была для него исключением, ушло. Ты такая же, как и те особые девы, что здесь побывали. Знаешь, сколько их тут было? Никто счёт им не вёл, не считал, их имён и лиц не запоминал. Но если ты подумала, что речь о нём, то это не так. Тут же общая приёмная для общих женщин. Ты просто очередная из них, но выбранная им для его изысканного досуга».
Нэя вглядывалась в пустые углы отсека, пытаясь понять, где тот, кто это нашёптывает? Рудольф точно таких вот странных текстов не произносил.
— Так ты после волшебной Гелии общался со шлюхами?! — Нэя изобразила самую возможную для себя презрительную гримасу.
— Ты же хотела сказать «после волшебной меня», а Гелию ты давно уж вычеркнула из памяти. И правильно. Я тоже к тому стремлюсь.
«Я же тебе сказал, а я говорю всегда внятно в отличие от тебя, что тут всеобщий павильончик для сексуальных утех. Я же не о нём говорю, а о нравах этого тайного и чистого воинства. Ты же их тут видела? Чистые мужчины с чистой кожей и с чистыми мыслями. А он над младшим составом старший, следовательно, для всех сияющий образец, поскольку стремится соответствовать вшитому в него кодексу поведения. Поэтому после «волшебной тебя» он и не мог пользоваться шлюхами».
— Кто ты? — спросила она почти беззвучно, еле шевеля губами, как-то сообразив, что тот, чей шёпот она слышит, ей ответит.
«Чёрный Владыка, мой надводный цветок, хотя и сорванный не мною. Но пока что ты свежа и бела, а твой диковинный аромат не утрачен, ты вполне сгодишься как выкуп за несчастную и предавшую меня Ласкиру, не забытую мною. Их было очень много, моих белейших и одушевлённых надводных цветов, но всякий рачительный хозяин всегда помнит в лицо свою драгоценность. Пусть посторонним и кажется, что их не перечесть».
— Кто я? Придётся тебе о том напомнить, — Рудольф опрокинул её на обширную поверхность постели. Она раскинула руки и… ощутила лишь желание уснуть.
…Очнувшись, она не могла понять, сколько времени прошло, несколько мгновений или же день давно сменил утро? Во всём теле ощущалась поразительная лёгкость, но притупленное восприятие окружающего так и осталось. Она опять увидела Кристалл Хагора на его руке. Он бережно гладил её грудь.
— Так я не умерла? Уже хорошо. Плохо лишь то, что ты рядом. Жаль, что Ласкира не отдала меня в жрицы Матери Воды. Как было бы хорошо не знать тебя никогда. Почему она не дала мне этот эликсир в те дни моей юности, когда я была настолько влюблена в тебя? Нэиль остался бы в живых…
— Я нашёл бы тебя повсюду, где бы ты ни оказалась.
— И что? Ты нашёл бы ещё одну Гелию. Жрицы Матери Воды не способны испытывать любовь к мужчине. Если такое происходит, их ожидают бедствия и страдания, а потомство подпадает под проклятие Матери Воды. Если, конечно, оно родится. Редко какой из жриц удаётся выносить нормальное потомство. Они так и остаются возлюбленными Чёрного Владыки, а он не терпит соперников…
— Ты не жрица. Никакой владыка, чёрный он, белый или крапчатый, тебе угрожать не может.
Так и не дождавшись её отклика на ласки, он перевернул её на живот и навалился сзади, будто массивной плитой придавил.
— Ты мне за всё заплатишь, маленькая сука! Я тебя проучу за твоё кривляние…
И она уже не поднимала головы, будто шея вдруг переломилась. Реальность опрокинулась в кошмар, где место Рудольфа окончательно занял Чёрный Владыка, пришедший из глубин Паралеи.
— Ласкира, — позвала Нэя, держа реальность за ускользающий край. — Ты подсунула мне эликсир безумия? Помоги же мне избавиться от этого кошмара…