Чтение онлайн

Покалывание на пальцах стихло, и Арди отпустил осколок Имени. Отряхнув ладонь от остатков прилипших льдинок, юноша повернул незапертую дверную ручку и толкнул створку вперед.

— Клац! — щелкнул взведенный курок.

Уже в который раз Ардан оказался перед дулом чужого револьвера.

— Плохая идея, госпожа, — прозвучало за спиной.

Милар, заходя внутрь и тут же делая шаг в сторону, направил свое железо на эльфийскую полукровку, державшую Арда на прицеле.

— Кто вы такие? — прошипела девушка.

Ардан хорошо её помнил. Все те же темно-синие, вьющиеся волосы. Только вместо сценического наряда, скорее открывающего, нежели прикрывающего атласную кожу стройного, соблазнительного тела, она была одета в простое домашнее платье и свитер. Прищуренные миндалевидные глаза цвета только-только занявшегося пламени и изгибы тела, которым могли бы позавидовать лучшие манекенщицы Бальеро.

Но Арда внешний вид Лиаэлиры нисколько не прельщал. Он лишь отметил её не то чтобы даже красоту, а некую, почти животную сексуальность, и на том все и закончилось. Все равно как увидеть картину или скульптуру.

— Терпеть не могу таких, как ты, — все той же интонацией лесной змейки произнесла Лиаэлира.

— Прошу прощения? — удивился Ардан, нисколько не беспокоящийся насчет револьвера.

После всех сотен часов тренировок он легко бы успел не только сотворить Щит Орловского, но и, при необходимости, лишить эльфийку руки, держащей оружие. И было бы хорошо, чтобы до этого не дошло.

— Тех, чье сердце действительно принадлежит другому… или другой, — пояснила певица, все так же не сводя прицела с лица Арда. — Для сатиров это хуже железа. А во мне сильна кровь отца. Он был последним из Лесных Шутов.

Лиаэлира закончила предложение на языке Фае. «Лесными Шутами» действительно называли сатиров — полукровок Фае и людей, рожденных на заре эпохи человека. В те времена, когда Градом на Холме правили не только Королевы, но и Короли. И вместе они запретили Фае оставлять потомство с созданиями не духа, а плоти.

Дела давно минувших даже не веков, а тысячелетий.

— Меня зовут…

— Я знаю, кто ты, Ард Эгобар, — буквально сплюнула наполовину эльф, наполовину сатир. — Правнук Арора, да будет его имя забыто.

Ардан слегка выгнул бровь. Он никак не ожидал, что Лиаэлира окажется одной из тех, кто следовал учениям Конклава. И уж точно не ожидал, что в небольшой квартире у владелицы подобных характеристик окажется Лей-проводка, питавшая плиту и холодильник. А еще весьма себе добротная железная дровяная печка и кровать на металлических пружинах.

— У вас, госпожа, очень много человеческих вещей для той, кто верит Конклаву.

Полыхнули и без того пламенные глаза певицы. Она резко повернулась к Милару и в приказном тоне произнесла:

— Выстрели ему в задницу.

Краем глаза Ард увидел, как Милар несколько раз недоуменно хлопнул ресницами.

— Предложение, должен признать, весьма заманчивое, но…

Милар не договорил. Его заглушило шипение эльфийки. Поддавшись приступу боли, она согнулась пополам и выронила револьвер. Тот со стуком упал на пол, и на короткое мгновение в квартире повисла тишина. Кажется, все трое ожидали, что раздастся выстрел, но, благо, ничего подобного так и не произошло.

— Мне, видимо, сегодня повезло увидеть сразу два уникальных явления, — скривилась Лиаэлира и, даже не глядя в сторону собственного железа, села за стол и налила себе воды из графина. — Два любящих мужчины… мне же никто не поверит… Что вам надо, ублюдки?

Да уж, манера речи Лиаэлиры разительно отличалась от того образа, в котором певица представала на сцене. От пусть и соблазнительной, но загадочной дивы не осталось и следа. Ардан, если бы не знал, и вовсе решил бы, что имеет дело с кем-то из Шестерки. Или теперь уже Пятерки? Сложные нюансы криминального мира Метрополии…

Юноша посмотрел на Милара, но тот лишь качнул револьвером в сторону певицы. Мол: «Твое расследование, ты и решай». А времени спорить, учитывая, что в любой момент прикрытие, организованное Урским и Эрнсоном, могло лопнуть, не оставалось.

Ардан, опираясь на посох, подошел к столу и отодвинул второй стул.

— Можно? — спросил он вполне себе учтиво.

— Можешь перевернуть его и выбрать любую из ножек, которая тебе подойдет, Эгобар, — огрызнулась певица.

Ард уныло покачал головой и уселся напротив певицы, все еще отпивавшейся водой. Она изрядно побледнела и явно боролась с подступающей тошнотой. Впрочем, никто её не заставлял пытаться, в самом прямом смысле, очаровать дознавателя второй канцелярии. Хотя, скорее всего, Лиаэлира понятия не имела, кто именно заявился к ней в гости.

Скорее всего, она предполагала, что Ардан состоит в…

— Что Пиджакам и их ручному псу от меня потребовалось? — прикладывая стакан к виску, спросила эльфийка.

Ну да, вполне логично. Она ведь видела Арда в компании с Аркаром, когда они разнесли часть «Морского Бриза», а потом еще и устроили погоню по главному проспекту района Первородных. В результате чего подожгли вышеупомянутый проспект, снесли несколько фонарных столбов, повредили тротуар, а под конец их арестовал сержант Боад. И любой зевака видел, как Аркара увезли запертым в грузовике.

Арда в ту ночь, конечно, отпустили, но о причине подобного решения можно было лишь догадываться. Хотя, скорее всего, большинство пришло к самому элементарному выводу: все дело в посохе и регалиях Звездного мага.

— Я опишу вам, госпожа Лиаэлира, одно заведение и двух посетителей, а вы постараетесь вспомнить, где и при каких обстоятельствах их видели.

— Валяй, Эгобар, — качнула стаканом певица.

Ардан как мог подробно, до самых мелочей, описал воспоминание, увиденное в разуме Линды Дэй. На это не ушло так уж много времени. Всего несколько минут. И по мере рассказа Ардан внимательно следил за мимикой Лиаэлиры и ритмом её сердца. В какой-то момент он понял, что эльфийка узнала по описанию что-то знакомое.

Но кроме бара она узнала и что-то еще… Вернее — кого-то еще.

Милар не сводил взгляда с Первородной. Пока Ард описывал неизвестный бар, капитан успел забрать чужой револьвер и все так же держал курок своего взведенным. Расслабляться в районе Первородных Милар не собирался ни на секунду. И дело вовсе не в том, что он разделял политические убеждения Тавсеров и им сочувствующих.

Вечные Ангелы — в его собственном доме, за одним столом с его детьми и женой, несколько раз ужинал Ард Эгобар, потомок Арора Эгобара. Не это ли свидетельствовало о том, что Милар не ограничивал свои взгляды историей, оставшейся в прошедших веках?