Чтение онлайн

– Здесь мы остановимся на ночь, – объявила леди Дорна, едва экипаж проехал первые дома.

– Я уже стала бояться, что вы этого не скажете. – Лицо Зивери, отражавшее доселе вселенскую скуку, мгновенно посветлело.

Сам Слов почувствовал, что слова леди Дорны обрадовали его не меньше.

– Я заранее послала слуг позаботиться о ночлеге, – продолжала леди Дорна. – Несколько раз я останавливалась в здешнем трактире, когда ездила в Тройной город.

– Наверное, еще тот клоповник! – фыркнула Зивери, умудряясь одновременно и выглядеть радостно в предвкушении того мига, когда она наконец-то покинет опостылевший экипаж, и выразить свое презрение к сельским трактирам.

– Зивери! – шикнул Слов. Странно, ведь еще недавно девушка была недовольна тем, что они не остановились на обед в другом трактире, не лучше этого.

– Отчего же, трактир довольно приличный. – Леди Дорна ничем не выказала своего неудовольствия. – Конечно, местное заведение довольно непритязательно, но уверяю вас, милочка, это отнюдь не клоповник, как вы выразились.

Экипаж остановился у самых дверей таверны, и Слов, с удовольствием покинув наконец опостылевший ящик на колесах, помог выйти дамам.

– Не думаю, что здесь хуже, чем в той гостинице, в которой мы останавливались в Вуллире, – добавил Слов, понизив голос, чтобы не расслышала идущая впереди леди Дорна.

– Тогда у нас не было денег на что-нибудь получше, – возразила Зивери, и в голосе девушки слышалась неуверенность.

– А у нас и сейчас нет денег, – шепнул Слов.

В самом деле, таверна была не так плоха. В большой общей зале, занимавшей почти весь первый этаж, стояло с десяток длинных, выскобленных добела столов. К каждому столу были приставлены длинные лавки. У дальней стены, возле распахнутой настежь двери, за которой, судя по запаху и звону посуды, располагалась кухня, выстроились в ряд пять пузатых бочек на подставках, а на них – два небольших бочонка. Хозяин таверны – грузный лысоватый мужчина в белом переднике – сидел на табуретке между рядом бочек и дверью на кухню и полировал тряпицей глиняную кружку. Слева от входа Слов увидел лестницу, ведущую на второй этаж, где, скорее всего, располагались комнаты, которые сдавали путникам.

Несмотря на поздний час, людей в таверне почти не было. Или, возможно, так казалось лишь на первый взгляд, в сравнении с размером зала. В правом дальнем углу, поближе к хозяину, заняла стол компания из шести человек, судя по одежде – местные жители. Мужчины разного возраста, от юношей до седовласого старика, пыхтевшего сизыми облаками табачного дыма, чинно обсуждали какие-то, несомненно, важные вопросы местной жизни. Слева от входной двери обосновалась другая компания. Эти-то уж точно не местные. Одежда троих молодых людей, лет двадцати пяти от роду, была заметно лучшего качества, чем у местных селян. Широкие шаровары их были сшиты из настоящего шелка и даже на первый взгляд выглядели как новенькие. Вдобавок у одного из них короткий жакет, по местной моде, был украшен богатой вышивкой. Четвертый из их компании, лет на пять старше остальных, был одет в обычные штаны, заправленные в высокие черные ботфорты. Он сидел, поставив локти на стол и уперев подбородок в сложенные ладони, а широкие рукава белоснежной шелковой рубахи обнажали запястья. Скорее всего – проезжие путники, как и вновь прибывшие. В отличие от местных, они вели себя не столь сдержанно – то и дело оглашали зал взрывами хохота, а кружек на их столе было столько, словно они вознамерились опустошить все бочки в этом трактире.

Слов бросил на посетителей лишь один взгляд. Но вот взгляд Зивери задержался на компании разодетых молодых людей гораздо дольше. Впрочем, не настолько долго, чтобы те смогли заметить явный интерес к своим персонам. Быстро отвернувшись, девушка последовала за Словом и леди Дорной.

– Милости прошу, милорд, миледи… – Трактирщик, едва увидев гостей, бросился к ним навстречу. Кружка и тряпица, словно по волшебству, исчезли из его рук. – Сюда пожалуйте!

Рассыпаясь комплиментами, которые перемежались сетованиями на погоду и пыльные дороги, причем звучало все это так, будто трактирщик лично виноват в том и в другом и искренне раскаивается в содеянном, он, беспрестанно кланяясь, провел путников к одному из столов.

– Уж простите мой недостойный трактир, – тяжко вздыхая, разводил толстяк руками, – но не могу предложить вам отдельную комнату. Редко здесь останавливаются столь почтенные гости…

– Не волнуйтесь, милейший. – Леди Дорна, оценив чистоту стола, присела на лавку. – Мы вполне можем поужинать и в общем зале.

– Лишь бы комнаты у вас нашлись, – добавила, присаживаясь рядом с леди Дорной, Зивери. – Отдельные.

– Конечно-конечно! Самые лучшие во всей округе комнаты! – Трактирщик принялся кланяться чуть ли не на каждом слове, расхваливая свое заведение. И только когда Зивери, не выдержав излияний, недовольно заметила, что неплохо было бы и поужинать наконец, испарился, как та кружка.

Стайка девушек в относительно белых передниках выпорхнула из дверей кухни, едва исчез их хозяин. Вмиг вокруг стола, за которым сидели Слов, Зивери и леди Дорна, завертелся настоящий водоворот. Блюда появлялись с такой скоростью, что юноша не успел даже моргнуть, как стол перед ним был уставлен простыми, но вполне аппетитными на вид и расточающими головокружительные запахи яствами. Покончив с сервировкой стола лорда и миледи, девушки так же споро унеслись, чтобы накормить и их охрану – трое охранников леди Дорны, не привлекая излишнего внимания, заняли другой стол, стоявший поближе к двери. Гвардейцы лорда Вулхова, вместе с остальной охраной и слугами леди Дорны, по-видимому, решили перекусить на свежем воздухе. Впрочем, кое-кого из слуг Слов успел заметить, когда они быстро поднялись на второй этаж – наверное, чтобы проверить, надлежащим ли образом подготовлены комнаты для господ.

– Эй, трактирщик! – Один из развеселой компании грохнул кружкой по столу. Слов, едва взявшийся за вилку, оглянулся. Белобрысый парень, сердито топорща пышные усы, уже вздымал руку с кружкой для нового удара по столу. – Вина!

– Ты – бездонная прорва, Гит. Дай тебе волю, ты и сам Водоворот выхлебал бы. – Язык его товарища ощутимо заплетался.

Остальные двое громко расхохотались, стуча кружками по столу. Все, кроме самого Гита. Тот все не унимался:

– Да где ж тебя носит, жирный боров?!! – Опираясь о стол, Гит, покачиваясь, поднялся. – Вот я тебя сейчас найду…

– Пока ты его найдешь, я успею до ветру отлучиться. – Обладатель белоснежной рубахи стоял на ногах гораздо лучше своего товарища, хотя речь его звучала так же невнятно. – Если тебе все же удастся добраться до кухни, прихвати и мне винца.

Едва он сделал пару шагов, Слов подумал, что сильно переоценил этого человека. Шел он так, словно крепкие доски пола ходуном ходили под его ногами. Он даже налетел на стол, за которым сидели охранники леди Дорны, но на ногах устоял. Что-то неразборчиво буркнув, пьянчуга двинулся дальше к двери. В то же время другой гуляка таки сумел выбраться из-за стола и направиться к кухонной двери. Двое оставшихся сидеть за столом сопровождали каждый шаг своих приятелей бурным смехом и даже заключили пари, кто из них сможет добраться до своей цели, ни разу не упав.

– Пьяные ублюдки! – фыркнула Зивери, пренебрежительно провожая взглядом того, который направлялся к входной двери. – Нажрутся…

– Вы правы, милочка. – Леди Дорна недовольно поморщилась. – Когда я останавливалась здесь раньше, это место было намного спокойнее. Один из охранников, глядя на свою госпожу, начал подниматься, но леди Дорна покачала головой.

– Навидалась я таких… – продолжила Зивери, однако ее слова затерялись в новом взрыве хохота. Смеялись и двое пьянчуг, оставшихся за столом, и местные, доселе так же недовольно, как и дамы, наблюдавшие за компанией, и даже кое-кто из охранников леди Дорны прыснул. Направлявшийся до ветру гуляка достиг двери, умудрившись устоять на ногах, но вот мимо самой двери промахнулся – врезался в косяк так, словно намеревался пройти сквозь стену.

– Да где ж тебя носит? – Пьяный голос другого, отправившегося за выпивкой, раздался из-за спины Слова.

Парень обернулся, желая посмотреть, не расшиб ли себе нос и этот. Резкая боль в плече заставила Слова резко отшатнуться, чуть не сшибив с лавки Зивери. Это движение спасло его жизнь – кинжал, который должен был вонзиться в спину юноши, лишь пропорол куртку на его плече, оставив глубокий порез.

Опрокинув стол прямо на леди Дорну, отчего все блюда с грохотом посыпались частью на пол, а частью – на платье женщины, Слов вскочил на ноги, пытаясь одновременно вытащить меч. Не успеть… Он еле увернулся от нового выпада. Убийца, в глазах которого уже не было ни капли хмеля, оскалившись, махнул рукой. Свистнув, лезвие кинжала рассекло воздух в пальце от горла Слова.