Чтение онлайн

— Я хочу сказать, — продолжала воровка напряженным голосом, — что ты ведешь себя так, будто мы для тебя не важны. Что наши мысли и чувства не имеют значения.

— Что? Нет, это неправда…

— Ты делаешь это сейчас, — перебила Ашра, сузив глаза. — Говоришь мне, что я не права, даже не дав мне высказаться. Отвергаешь мое мнение, потому что это не то, что ты хочешь услышать. — Она шагнула к нему, и в этот момент, казалось, заполнила собой всю камеру, вся напряженная и с острыми углами, и Лукан почувствовал, что может порезаться о нее, если она подойдет слишком близко.

— Прости, — сказал он, выдавливая из себя слова. — Говори, что хочешь.

— Ты думаешь только о себе, — сказала Ашра. — Ты не думаешь о других. Только о том, чего хочешь ты.

— Возможно, ты могла бы уточнить, — ответил он, ненавидя то, как грубо это прозвучало, но не в силах сдержаться.

— В ту ночь, когда ты потерял свой ключ, — сказала Ашра, выдерживая его взгляд. — Когда ты пошел пьянствовать. Ты думал о том, что чувствовала Блоха, оставшись одна в незнакомом городе? Ты даже не подумал спросить?

— Вообще-то, я спросил.

— И что она сказала? Она была счастлива, что ты ушел?

Лукан вспомнил, как скривилась девочка, и то, с какой неохотой она ответила.

— Не совсем, — признался он, — но она сказала, что будет в порядке.

— В порядке? — повторила Ашра, практически выплевывая это слово. — Значит, она не рассказала тебе о пьяном?

Лукан почувствовал, как у него сжался желудок.

— Каком пьяном?

— Пьяном мужчине, который пытался вломиться в комнату, пока тебя не было. Который отступил только после того, как Блоха открыла дверь и направила на него свой арбалет.

Лукан смог только покачать головой.

— Она никогда не упоминала о нем, — ответил он. — Но, я уверен, она сталкивалась и с худшим. — Слабое оправдание, и он это знал. — Кровь Леди, — добавил он, тяжело вздохнув. — Почему она ничего не сказала?

— Потому что, — сказала Ашра с оттенком раздражения, — ты только что потерял свой ключ и жалел себя. Блоха не хотела сыпать тебе соль на рану. Она такая тактичная. — Воровке не нужно было добавлять в отличие от тебя, но Лукан мог прочитать это по выражению ее лица.

— Я понятия не имел, — сказал он, почувствовав укол вины.

— Да, — согласилась Ашра. — Ты никогда не имеешь. Потому что ты не тактичный. — Она отвернулась, и Лукан горячо понадеялся, что она исчерпала свой запас сарказма и теперь даст ему возможность зализать свои душевные раны, но затем она снова повернулась к нему лицом. — Когда ты в последний раз спрашивал Блоху, как она себя чувствует?

Он не смог удержаться и приподнял бровь.

— Серьезно? Она бы только закатила глаза, если бы я это сделал.

— Когда это было в последний раз?

— Не знаю. — Он не был уверен, что когда-либо спрашивал об этом. Ему и в голову не приходило. Черт возьми. Он предположил, что Ашра имела в виду именно это. — Но, кажется, она чувствует себя хорошо.

— Нет, это не так, — ответила Ашра, почти нахмурившись. — Она знает, что мы с тобой не сходимся во взглядах. И она беспокоится, что я уйду, и ей придется выбирать между нами.

Лукан вздохнул. Он догадывался об этом. Не то чтобы он пытался что-то с этим сделать. Еще одна неудача с его стороны. «Она должна была сказать мне», — пробормотал он.

— Ты бы ее послушался?

— Конечно.

Блеск в глазах Ашры подсказал ему, что он только что угодил в ловушку.

— Так же, как ты послушался меня, когда мы нашли тело Зеленко? — спросила она. — Когда я сказала тебе, что мы должны уходить?

Лукану потребовалась вся его сила воли, чтобы не отвести взгляд. Как бы ни раздражало его ледяное молчание воровки, он предпочитал его ее раскаленной версии.

— Ты могла бы уйти, — попытался он, зная, что это бесполезно. — Тебе не обязательно было оставаться.

— Не в этом дело, — мгновенно парировала воровка. — Ты думал только о себе. Чего ты хотел. В чем ты нуждался. И твое безрассудство подвергло меня опасности, как и Блоху в ту первую ночь. Вот почему я злюсь на тебя. Мы обе заслуживаем лучшего. — Она отвернулась и вернулась в свою постель. — Впрочем, сейчас это не имеет значения, — добавила она, садясь.

Лукан стиснул зубы, подыскивая ответ. Он был зол на обвинения, которые обрушила на него Ашра. Но только потому, что знал, что она права. Он никогда не видел, чтобы воровка говорила так страстно и выдавала столько слов сразу. За последние несколько мгновений она сказала ему больше, чем за все время их трехнедельного путешествия.

И все же…

— Ты права, — сказал он, стараясь говорить непринужденно и подавляя свой гнев. — Я недостаточно тактичен. Я не уделяю должного внимания. Но я не полностью безнадежен. — Он поймал ее взгляд. — А вот ты. Ты что-то скрываешь. Ты чего-то недоговариваешь.

Ашра не отвела взгляда, но по ее лицу пробежала тень.

Я так и знал, подумал Лукан. «Так в чем же дело? — спросил он. — Поскольку мы вывешиваем наше грязное белье, будет справедливо, если ты…»

— Тихо, — прошипела Ашра, взглянув на решетку. — Кто-то идет. — В коридоре раздались шаги. — Два человека, — прошептала она.

Широкоплечий Искра вышел из тени, неся поднос, который он поставил рядом с решеткой их камеры.

— Еда, — проворчал он. — Вода. — Он повернулся и махнул рукой молодому человеку, стоявшему у него за спиной. — Адвокат.

— Вообще-то я секретарь суда, — ответил другой мужчина с нервным смешком. Искра бросил на него суровый взгляд и снова исчез в тени, его шаги эхом отозвались в коридоре.

Вдалеке хлопнула дверь.

Мужчина прочистил горло и подошел к решетке.

— Привет, — сказал он, толкая свои маленькие очки к переносице только затем, чтобы они тут же соскользнули обратно. — Меня зовут Миша Миско. Секретарь суда Позолоченный Молот. Насколько я понимаю, я имею удовольствие обращаться, — он взглянул на лист бумаги, — к Лукану Гардова?

— Лорду Гардова, — поправил Лукан, надеясь, что его титул будет иметь какой-то вес.

— О! — Мужчина кивнул головой. — Приношу свои искренние извинения. — Он повернулся к Ашре. — И вы, мадам…