Чтение онлайн

Не G36, [55] но тоже неплохо. Главное — чтобы выдержала, не отказала…

Уцелевшие десантники первой линии наступления залегли. Перед их линией обороны поднялись облачка разрывов — китайские десантники были вооружены носимым автоматическим гранатометом — и сейчас гранатометчики пытались их накрыть.

Тут китайцы сделали глупость — и сразу поплатились. Взвыв двигателем и вывернув из-за горящего собрата, легкий штурмовой автомобиль наподобие американского — рванулся вперед, с легкостью перепрыгнул небольшой каменный барьер, отделяющий дорогу и рванул в сторону немецких позиций, с него одновременно били и из пулемета и из станкового гранатомета. Проехал он недолго — кто-то выстрелил из подствольника и попал аккурат в ничем не прикрытое водительское место. Полыхнула вспышка, автомобиль начал терять ход, несколько очередей скрестились на нем — и он вспыхнул быстрым, дымным костром…

— Отлично! — закричал Крайс во весь голос — держаться! Держать позицию!

— С фланга заходят! С фланга!

— Огонь во фланг!

— Пулемет на фланг!

Последующие события — лейтенант помнил плохо. Все спрессовалось… следить за количеством патронов в магазину, успевать отдавать команды, стрелять в быстро мелькающие впереди тени. Германцы опирались на край зеленки, китайцы тоже наступали по зеленке, тут были поля, засеянные самым разным, как бы квадратами. Была и пшеница, были и какие-то кустарники, в которых хорошо было прятаться. Перемещались только ползком, Крайс изодрал всю форму и стал похож на бездомного… тут еще какие-то колючки были. Но они держались…

Держались, пока их не начали накрывать из миномета. Тогда — лейтенант понял, что дело дрянь. С минометом, со «сталинским органом» спорить глупо, он просто смешает тебя с землей. Как только твою позицию начинают накрывать из минометов — ты просто отходишь…

Они отошли — и китайцы пошли за ними. Много неприятностей доставляли те самые гранатометы, которые можно было носить, они значительно увеличивали огневую мощь китайского десанта. Доставляли неприятности и обычные гранатометы — по прикидкам Лейтенанта гранатометчиков в боевых порядках китайского десанта было едва ли не вдвое больше, чем в европейских армиях. РПГ-7 с осколочной гранатой — не так опасен, если на тебе современная защитная форма НАТО. Но бывает всякое — достаточно было осколку найти незащищенную щелочку и все — смерть или тяжелое ранение.

Когда они откатились к своим машинам, и Крайс стал думать, что дело дрянь — он услышал со спины знакомый отрывистый стук ПК и понял — пришли. Англичанин их не подвел…

Китайцы же, поняв, что силой силу не переломить и, видимо, уже испытывая нужду в боеприпасах (а сколько боеприпасов может иметь при себе десант?) — начали разворачиваться, чтобы бить во фланг проходящей колонне…

Кто-то тяжело плюхнулся рядом — и лейтенант повернулся, рука на автомате сунулась за пистолетом…

— Спокойно, Ганс, это я.

Это был англичанин

— Что с колонной? — спросил лейтенант

— Попали под обстрел. Но это не первый раз, там ребята проверенные, выдержат, отобьются. Что здесь?

— Сам видишь. У них ракетные комплексы!

— У меня несколько машин! Пустим их по дороге, прикроемся ими!

— На дороге нас всех перебьют! Они могли успеть заминировать ее впереди!

— Что предлагаешь?!

— Прочесывание местности. Они не успели поставить мины. Техника идет по дороге, а мы — перебежками по флангам, прикрываем ее. Выставь снайперов на позиции, пусть ничтожат!

Англичанин хлопнул по плечу.

— Заметано! Пять минут!

— Две и не больше!

Мамонт — тронулся вперед, окатив всех клубом вонючего дыма. Германские солдаты и британские контрактники — прятались за идущей вперед техникой.

— Крупный узел сопротивления впереди! — предупредили по связи — раскрылся.

Еще один прием, он отрабатывался американцами и потом — передавался коллегам по НАТО. Техника, колонна — неважно — продвигается вперед. Снайперы — поражают любые раскрывшиеся огневые точки. Все держалось на подавляющем снайперском превосходстве сил НАТО — снайперы противника могли точно поражать цели метров на триста, у снайперов НАТО нормальными дистанциями были от семисот метров и до полутора километров.

— Огонь, огонь!

— У них снайпер и он хорош! Чуть не попал!

— Твою мать! Долбанный полтинник!

— Прикройте нас огнем от брони!

От бронемашин — ударили прикрывающим из автоматов и пулеметов. Неточно — но главное просто отвлечь противника и дать работать снайперам.

— Техника противника впереди… черт!!!

Полоснули трассеры автоматической пушки, снаряды врезались в гору камней. От бронеколонны — ответил крупнокалиберный пулемет на Мамонте.

— Попадание, техника горит.

— Продвигаемся вперед!

Мамонт полз вперед, как осадная башня, принимая на себя пули и ракеты РПГ стрелков.

— Еще гнездо! На час! Четыреста!

— Стоп колонна! Стоп!

— Ракета!

Лейтенант не понял, что к чему — ракеты РПГ Мамонту были не опасны. Потом вдруг — они прижимались к машине и почувствовали это — вся тридцатитонная машина содрогнулась, их окатило горячим воздухом. С грохотом, едва не размахав одного из англичан — раскрылась кормовая, взрывозащитная дверь

— Попадание! Попадание! Вашу мать, попадание!

Лейтенант — сориентировался, полез внутрь. Бронемашина горела, в кабине ничего не было видно — китайцы ударили какой-то термической ракетой, и броня не выдержала. Он нащупал большой контейнер с огнетушителем, перевернул его, рванул рычаг. Огнетушитель сработал, с шипением выбросив на огонь огнегасящую смесь, дышать было нечем. Совсем…

Лейтенант пришел в себя за машиной. Плыл дым, из дымовых шашек и горящего Мамонта, англичане, немцы и немногочисленные афганцы отчаянно обстреливались из-за брони. Слезились глаза, жгло горло.

— Курт…

Шрадт, один из его людей — только покачал головой. Курт был тем солдатом, который вел вперед бронемашину. Это его — попытался спасти Лейтенант.

— Твою мать, да сколько же их?!!

Этот отчаянный крик — привел лейтенанта в чувство. Он знал, что здесь если и не старший по званию — то один из немногих, способный послать людей на смерть и сам пойти на смерть. А это сейчас — было необходимо.

Он напился из фляги. Проверил свое оружие.

— Так, слушать! — получалось плохо из-за обожженного дымом горла, но получалось — их не больше, чем есть, мы просто всех перебьем! Дым по моей команде — и вперед! Использовать укрытия! Прикрывать друг друга! Экономить патроны!

Кто-то бросил дымовуху. Затем еще одну.

— Дым готов!

— Пошли!

И они рванули вперед.

Это кстати, легко так сказать — рванули вперед. Китайцев было больше, все еще больше, и это были настоящие солдаты. Не боевики, не повстанцы — а те, кто сознательно хотел стать солдатами и стал ими, тех, кого учили дисциплине, меткости, взаимной поддержке, выполнению приказов командира. Их командиры тоже учились — они изучали технику и тактику их врагов, придумывали наиболее эффективную технику и тактику их нейтрализации, обучали этому своих людей и учились сами. Они получили приказ — блокировать долину и никого не выпускать из нее, они принадлежали к десантным войскам — элите своей армии и для них немыслимо было отступить и не выполнить приказ. Коммунистическое воспитание придавало им необходимый фанатизм и способность к самопожертвованию. Но против них — стояли люди, которые сделали войну профессией, а не долгом, которые учились убивать настоящих людей, а не черные силуэты на мишенях, которые вели войну здесь уже пятнадцать лет. И перед которыми — был всего лишь еще один противник, которого надо было убить. Только и всего — ни больше, ни меньше.