Чтение онлайн

должен сдаться мне по правилам ведения войны.

– Это как?
– не понял Алекс.

– Это так, что ты один придёшь на то самое место, где ты убил моего

сына. Вокруг на три километра никого не будет. А мои люди препроводят тебя

на мой корабль.

– А что со мной будет?

– Я пока не придумала, - снова улыбнулась незнакомка.
– Пока ты будешь

добираться до места, я придумаю, - пообещала она, потом лицо у неё

посерьёзнело.
– Да, у тебя нет времени на сборы. Прибудь немедленно!
– потом,

смягчившись, она добавила:

– До встречи, юноша...

– Постойте!
– Крепп позвала уже собиравшуюся пропасть с экрана

флоралику. Та замерла, удивлённо изогнув правую бровь.
– Как вас зовут?

– Кеб. Верховная командующая в секторе Кеб.

Экран опустел, сменившись чёрным квадратом.

– Как они достигают такой чёткой картинки?
– невпопад спросил Алекс,

медленно опускаясь на кресло техника, стоявшее рядом.

– Алекс!
– Крепп присела перед ним на корточки, пытаясь заглянуть в

глаза. Катармэн посмотрел на неё и кивнул:

– Не волнуйся, всё хорошо.

– Ты же не пойдёшь сдаваться?!

– Нет выбора, Кристи.

– Ты можешь не ходить!

– Полковник Крепп, - Катармэн посерьёзнел. Было непонятно - играет он

или и вправду ему было не до шуток.
– Сколько жителей в агломерации Балтимора,

не считая правительственных и общественных центров с уникальными базами

данных и штатом высококвалифицированных специалистов?

– Поняла, сенатор, - Крепп выпрямилась, поднявшись на ноги, и спросила:

– С кем-то будем прощаться?

– Я иду один, без тебя.

– Я тебя не отпущу на этот раз!

– Не получится и на этот раз, Кристи, - покачал головой Александр.
–

Флоралика чётко сказала: никого на три километра от меня. Лучше отдай приказ

о временной эвакуации населения той зоны и выставлении заградительного

периметра на расстоянии в три с половиной километра от парка. Выполняй!

– Есть, сэр!
– полковник вскинула руку к голове и, повернувшись на

каблуках, вышла из центра связи. Катармэн обвёл взглядом стройные ряды

мониторов, клавиатур, головизоров и пустых кресел. Вздохнув, он тяжело поднялся

и на негнущихся ногах пошёл в свою комнату - отдышаться и привести себя в

порядок - надо было побриться и принять душ, переодеться - если уж смерть

была неотвратима, то надо было к ней подготовиться.

Паттерсон-парк,

центр города,

Балтимор,

штат Мэрилэнд,

Восточные США,

Северная Америка,

9 июля 2308 года,

19.14

– Ну всё, ну чего?
– Александр Катармэн с силой оторвал от себя

полковника Кристи Крепп. Ему было изрядно страшно, в восприятии мир стал

ярче, острее. В глаза бросались разные мелочи, на которые ещё два часа назад

он не обратил бы ни малейшего внимания - следы на ржавой земле, руины на

горизонте, унылый остов проржавевшей насквозь машины, лежащей метрах в ста

на смятой крыше, с торчащими вверх голыми осями снятых колёс. И Кристи,

выглядевшая так соблазнительно, пахнущая так свежо, двигающаяся так нежно...

– Я не хочу тебя терять, - всхлипывая, ответила Кристи, пряча лицо в

его рубашке. Катармэн одел белоснежную рубашку, чёрные джинсы и изящные

чёрные же туфли. На груди у него висел крестик - в Бога он не особо верил, но

это был подарок матери.

– Перестань уже бояться меня потерять, - тихо, но внятно произнёс

Алекс, поглаживая полковника по волосам.
– Ты меня уже потеряла. Задание не

выполнено, но не по твоей вине - ты всё делала правильно. Вина исключительно

на мне - я мог тебя послушаться и не ходить сюда позавчера.

– Всё равно это моя вина!
– Крепп прижалась щекой к груди Алекса,

оставляя на белом полотне рубашки чёрный и влажный след туши для ресниц.

– Уже не твоя, - сенатор Александр Катармэн отстранился, снял с себя

золотую цепочку с крестиком. Взяв Кристи за руку, он положил крестик туда,

ссыпав вослед и цепочку; потом обеими руками сжал её ладонь, посмотрев в

глаза:

– Ты так и не разрешила звать тебя Джей-Джей.

– В следующей жизни, Алекс, - рассмеялась сквозь слёзы Кристи. Потом

снова гримаса исказила лицо и она расплакалась.

– Ну-ну, ну не плач, - Алекс в который раз обнял её и, кивнув стоящим

поодаль у вертолёта офицерам своего ведомства, подозвал их. Предав с рук на

руки плачущую женщину, он пожал военным руки. С остальными он уже попрощался на

базе. Для Сената и страны он записал видеообращение. Семьи у него не было.

Может быть сегодняшняя ситуация - месть за то, что он сам не отомстил убийцам

своих родителей? Поплыл по течению, получая подачки от них, должности, звания,

власть? Запоздало Катармэн-младший вспомнил и о звонке Мари Сваровски, просящей

помощи за Саниту Маклей. Уже не выполнить просьбу. Или это наказание за то, что

он тогда не помог девушке? Звонить и прощаться было стыдно.

– Прощайте, девочки, - шёпотом произнёс он. Вертолёт натужно загудел,

отрываясь от земли и отклоняясь на запад-северо-запад - там была база. Теперь

уже не его база. Проводив взглядом пропавший в красном мареве низко висящего

солнца транспорт, он достал сигару, которую взял у Крепп на базе и, раскурив

её, глубоко затянулся. Выдохнув дым вертикально в небо, он спросил вслух:

– Ну и где ты?

Ждать пришлось довольно долго - сенатор успел выкурить сигарету. Когда