Меченосец. Рассвет войны
Шрифт:
— Слабаки! — фыркнул он, и щит вспыхнул ярче, отражая оба шара. Взрывы прогремели над морем, подняв фонтаны воды, но «Морская ведьма» осталась цела.
— Ну всё, хватит! — рявкнул я, чувствуя, как энергия рвётся наружу. — Моя очередь!
Я выбросил руки вперёд, выпуская искру — маленькую, но живую. Она вылетела с моих ладоней, мерцая, как звезда, и понеслась к пиратскому флагману. Сначала она была крошечной, но с каждым метром росла, разгораясь всё сильнее. Матросы на нашей палубе затаили дыхание, Эллехал, стоящий позади, присвистнул, а Шарик запрыгал от восторга.
— Да! Да! Вот оно! — вопил он. — Расти, мой красавчик!
Искра превратилась в огненный шар, потом в ревущий сгусток пламени, а к тому времени, как она долетела до пиратов, стала размером с дом. Её жар был виден даже с нашего корабля — раскалённый воздух дрожал, а море под ней кипело. Пираты на флагмане начали маневр уклонения. Их маги — пара фигур в мантиях — выбросили руки вверх, создавая щит, похожий на тот, что ставил Шарик. Стена вспыхнула перед их кораблём, и мой шар врезался в неё с оглушительным рёвом.
Щит выдержал удар, но не полностью. Маги смогли отклонить мой шар, и вместо флагмана он влетел в соседний корабль, шедший рядом. Удар был сокрушительным: огненная вспышка поглотила судно целиком, палуба разлетелась в щепки, мачты рухнули, а паруса вспыхнули, как сухая трава. Взрывная волна ударила по воде, подняв огромный столб пара и брызг. От жара оснастка соседнего корабля, шедшего слишком близко, занялась огнём. Матросы с криками бросились ее тушить.
На нашей палубе раздались восторженные крики. Эллехал хлопнул по ляжкам, заорав:
— Вот это я понимаю, Эридан! Давай ещё раз, разнеси их к чертям!
Шарик запрыгнул мне на плечо, и ткнул лапкой в сторону пиратов.
— Видел, дуболом? — завопил он. — Это мы с тобой! Ещё один такой, и они сами утопятся! Где моя шляпа, кстати, Джон?!
— Шьем, но я тебе на острове еще лучше сошью из дорогой ткани! Давай, мелкий, не подведи!
— Чувствуешь усталость? — спросил Шарик, ткнув меня лапкой и наклонив свою круглую голову.
Я вытер пот со лба и покачал головой.
— Нет, ничего такого, — ответил я, удивляясь сам себе. После полигона я думал, что магия выжмет меня досуха, но сейчас я чувствовал только прилив сил, как будто энергия кипела внутри, готовая вырваться снова.
Шарик подпрыгнул, хлопнув лапками, и его скрипучий голос взлетел до визга.
— Поразительное количество энергии! — воскликнул он. — Ты не дуболом, ты целый вулкан! Но сейчас они ответят, готовься ставить щит!
Я вытаращился на него, чувствуя, как внутри всё холодеет.
— Я ж не умею! — выдавил я, глядя на него с ужасом. — Ты меня только огню научил, а про щиты ни слова!
Шарик фыркнул, скрестив лапки на пузе, и закатил свои светящиеся глаза.
— Учись в бою, тупица! — заявил он. — Всё просто: собери энергию, как для шара, и представь, что выставляешь щит. Такой структуры, как внутренности пчелиного улья. Как соты! Плотные, крепкие!
Я открыл рот, чтобы возразить, но времени не осталось. С пиратского флагмана в нас полетело сразу три огненных шара — ярких, ревущих, оставляющих за собой шлейфы дыма. А следом за ними из другой точки палубы выстрелило ледяное копьё — длинное, острое, с голубым сиянием, от которого воздух вокруг замерзал.
— Эридан, маневр уклонения?! — рявкнул он. — Быстрее думай!
Я вытаращил глаза, лихорадочно раздумывая, что делать. Мелкий поганец меня знатно подставил. Огненные шары и копьё приближались. Шарик запрыгал рядом, тыча меня лапкой в ногу.
— Не поставишь щит — и нам хана! — «подбадривал» он, его голос дрожал от нетерпения. — Давай, дуболом, шевели мозгами! Соты, соты, представляй!
Я стиснул зубы и развёл руки. Энергия снова собралась в груди — горячая, живая, как в прошлый раз. Я сжал её в кулаках, чувствуя, как она пульсирует, и попытался представить щит. Соты? Пчелиный улей? Я видел их еще в детстве — шестигранные ячейки. С виду хрупкие, но на самом деле плотные и крепкие. Закрыв глаза, я мысленно выстроил эту структуру перед собой, выталкивая энергию наружу.
Шары и копьё были уже в десятке метров, когда я выкрикнул:
— Давай, работай!
В последний момент перед нами вспыхнул щит — не такой, как у Шарика, гладкий и сияющий, а грубый, неровный, с золотистым оттенком. Он раскинулся, как соты, переплетённые нитями света, и я почувствовал, как энергия вырывается из меня, поддерживая его. Три огненных шара и ледяное копьё врезались в него почти одновременно, но вместо взрыва произошло нечто странное. Заклинания не отскочили и не пробили щит — они всосались в него, как вода в губку. Огонь и лёд растворились в сотах, их энергия растеклась по ячейкам, погаснув без следа.
Палуба затихла. Матросы замерли, глядя на меня с открытыми ртами. Джон выматерился, а Эллехал расхохотался.
— Эридан, мать твою, — выдохнул он. — В последний момент успел! Ох и не завидую я тебе! Даже я так не учил. Мое почтение, Шарик!
Я опустил руки, тяжело дыша, и посмотрел на свои ладони. Щит медленно растаял, оставив лишь слабое тепло в воздухе. Шарик подскочил ко мне, хлопая лапками так громко, что эхо разнеслось по палубе.
— Ха! Видел, дуболом? — завопил он. — Я же говорил, ты гений! Ну, почти как я! Щит из сот — это моё лучшее изобретение, а ты его освоил с первого раза!
— С первого раза?! — рявкнул я, всё ещё дрожа от напряжения. — Я чуть не сдох от напряжения, мелкий! Предупреждать надо!
— А смысл? — фыркнул он, ткнув меня в ногу. — В бою учишься лучше всего! Теперь давай ещё шар, разнеси их корабли, пока они в шоке!
Я бросил взгляд на пиратскую эскадру. Они уже готовили баллисты для атаки и явно отступать не собирались. Маги на флагмане суетились, явно готовя очередную гадость. У нас было всего несколько секунд передышки.
— Джон, где шляпа? — крикнул я, веселясь.
Джон, всё ещё держа недошитую шляпу, бросил её матросу, который лихорадочно заканчивал стежки.
— Уже почти, — буркнул он. — Но, если он нас подведёт, я его в баллисту заряжу.
Шарик подпрыгнул, ткнув лапкой в сторону пиратов.
— Да мы с Эриданом сейчас такое устроим, что эти мокрые крысы будут молить о пощаде! Давай, Эридан!
Я снова начал собирать энергию, чувствуя, как она гудит в руках. Щит удался, но усталость всё-таки подкрадывалась пока не такая уж сильная.