Чтение онлайн

– Так вот господа, я хочу, чтобы вы знали, кто на самом деле привёл к власти эти гнилые роды...

Экипаж мерно стучал колёсами по мостовой, лошади с энтузиазмом отрабатывали вложенные в них человеком усилия. Виктории оставалось лишь сидеть и терпеливо ждать пункта назначения. Этот стук в купе с равномерной качкой неожиданно успокоили альту, до того пылающую гневом и готовую задать возлюбленному хорошую трёпку.

"В самом деле, что это я так распалилась? Вроде бы альты, с утратой возможности обращаться в драконов, утратили и способность к огнеметанию", - подшутила над собой связующая, и её темперамент чёрной драконы окончательно успокоился. Всё-таки опыт нескольких веков беспрерывной борьбы с самой собой кого угодно заставит быть сдержанней, научит справляться с любыми вспышками необузданного темперамента.
– "Интересно, что было бы, если бы я встретила Вереска на пару веков раньше? Может быть, он и не дожил бы до свадьбы, а я сама, убив или покалечив своего собственного возлюбленного, завяла бы за пару лет. Нет, зря я переживала, что встретила его так поздно: на самом деле, ничего ещё не поздно, даже в самый раз.

Итак, что же я, собственно, злюсь? Вереск для альт - сущий ребёнок, по крайней мере, по возрасту. У него нет такого опыта самоконтроля, как у меня, я же втянула его в довольно сложную интригу. Ничего удивительного, поэтому, что он не удержался, и после двух дней этих жутких визитов попросту сбежал. Да и нужно учитывать напряжение последних не дней даже, а теперь уже недель! Сначала гнала его без отдыха, и он ввязался в драку на том постоялом дворе, чуть не погиб. Потом полёт на драконе, Малый совет, новые впечатления. Дальше - больше. Проблемы с семьёй, начавшиеся с самого первого мгновения его появления в родных стенах, война родов, мои бесконечные требования. Если уж быть до конца правильной в оценках, то вообще удивительно, как он всё это выдерживал так долго. Действительно, армия дала ему великолепную закалку, и граница только усилила её. Но мне всегда нужно помнить, что он, всё же, человек, имеющий свой предел выносливости, как я помнила это тогда, в постоялом дворе, дав ему полностью восстановить свои физические силы. Сейчас же ему, судя по всему, нужно восстановить силы душевные. Итак, решено: беру его и везу куда-нибудь подальше от всех этих бесконечных проблем. Пусть денёчек отдохнёт, и я ему в этом помогу. Можно и девочек подключить, устроить ему хорошую охоту в местных лесах, а если он так хочет выпить, пусть, в конце концов, хорошенько напьётся".

Погружённая в свои мысли, альта отметила остановку кареты лишь краем сознания. Открывшаяся дверца заставила её отбросить мысли и шагнуть на подножку.

– Мы прибыли, миледи Лилия, - с учтивым поклоном сообщила Рыся.

"Нет, как он её всё же выдрессировал! И нужно-то было всего лишь подключить к мужским делам рода и показать один раз, кто главный. Какой у меня, всё же, милый мальчик!" - умилилась Виктория, наблюдая за эмоциями девушки.

– Спасибо, Рыся. Не хочешь, кстати, составить мне компанию? Заодно посмотришь, чем занимаются мужчины в наше отсутствие, - она мило улыбнулась юной воительнице. Ей почему-то захотелось запустить руку в волосы девочки, поддержать её, направить. Материнские чувства всё сильнее начинали играть зрелой драконой, лишний раз сообщая ей о скором появлении потомства.

Конечно, Рыся согласилась, с радостью восприняв приглашение леди эр Альянти. С некоторых пор, а именно, когда она увидела, как та спокойно и без криков осаживает баронессу во время какого-то маленького конфликта по женской части, она стала уважать даму едва ли не больше, чем своего брата. У неё самой так никогда не получалось, Рыся понимала, что ей ещё многому предстоит научиться, и видела в зрелой женщине достойного учителя. А ещё женщина тоже была воительницей, только более опытной, побитой жизнью, что только увеличивало питаемое к ней юной эль Дарго уважение.

Сёстры рассказывали о веронском представительстве, но только сейчас связующая смогла до конца осознать масштаб принятых мер безопасности. Вызывало уважение уже одно подключение к защитной системе сразу двух артефактов! Веронцы знатно окопались в Глацинии, и неудивительно: с последней войны Глация стала основным предметом работы императорской теневой службы. Веронцы ждали подвоха, веронцы вели беспрецедентную по масштабам разведку, веронцы учились, учились у альт. Это было и хорошо и плохо одновременно, потому что давало альтам дополнительный рычаг влияния на Глацию через императорские спецслужбы, но, в случае выхода самой империи из-под контроля, обещало много проблем. Альты рисковали столкнуться с самыми настоящими агентурными войнами, которые в своё время вынуждены были вести в Торговой Республике. Вспоминая те времена, Виктория поморщилась: сохранить баланс тогда удалось с огромным трудом и путём самого кровавого за последние сто лет переворота. Повторения того кошмара в любимой лично ею и многими сёстрами Веронской империи очень не хотелось.

На входе даму встретил веронский чародей. В обычной для этого класса мантии, с обычным глазом на цепочке, что всегда так нервировал Вереска. Необычным был только цепкий, колючий взгляд. Он словно бы проникал сквозь все телесные покровы, и даже маскировку игнорировал.

– Я предупредил Посланника, он сейчас прибудет. А пока... не составите ли мне компанию во время прогулки по этому чудесному саду?
– чародей предложил даме руку, и той ничего не оставалось, как принять настойчивое приглашение.

– С огромным удовольствием, господин...

– Обычно эр Альянти меня определяли без представления.

– И всё же, я вынуждена настаивать, - Виктория оказалась в крайне щекотливой ситуации. Она знала далеко не всех сановников Империи лично, зато знала всех по фамилиям и именам. А этот, судя по эмоциям, имел если не зуб на её род, то уж точно был от него не в восторге.

– Не понимаю, зачем вы ведёте эту игру, миледи. Вспоминайте. Благодаря вашему роду я оказался в этом вертепе. Скажу больше. Старик эр Альянти очень не любил, когда его отпрыски не побеждали на дуэлях, а уж если они умирали...

– Что, и вам досталось от моего рода?
– альта решила ударить самым чувствительным способом, использовав на мужчине своё женское обаяние, поэтому в её интонациях плескалось глубочайшее сочувствие.
– Благодаря вам, а также многим другим пострадавшим от эр Альянти людям, история рода оборвалась. Человеческое общество исторгло из себя слишком строптивых, непокорных и жестоких. Вы, хотя и не приложили напрямую своей руки к событиям, невольно стали их соучастником, потому что именно ваша праведная ненависть, объединившись с ненавистью таких же, как вы, ударила по эр Альянти. А что до меня... Я уже давно не принадлежу роду, я принадлежу только своему возлюбленному, Вереску эль Дарго. Вам нет смысла извергать на меня свою ненависть, потому что эр Альянти больше нет; ни во мне, ни в других женщинах, случайно уцелевших в кровной мести. Будьте выше своих поверженных противников, не бейте уже мёртвого: это не делает вам чести, сударь.

В это время появился Посланник Императора. Чародей растерянно поклонился, и передал её с рук на руки новому кавалеру. Его взгляд больше не метал молний, он был погружён в себя, в попытке переварить свалившееся в словах альты на него откровение. Когда человек долго вынашивает в себе некую мысль, такие неожиданные отповеди, с ней связанные, бьют очень сильно.

– Миледи, искренне рад вашему визиту!
– между тем воскликнул худощавый, вытянутый, словно жердь, веронец, в учтивом поклоне касаясь протянутой ручки. Альта привычно попыталась найти на его теле оружие, но взгляд упорно наталкивался лишь на узоры парадного костюма.

Мысли невольно скользнули на новый предмет. Эта веронская мода на узоры, последние годы бытовавшая в среде высшей веронской аристократии, была явным подражанием альтам, и всегда умиляла Викторию своей наивной непосредственностью. Считать модой или традицией то, что альты всего-навсего пытаются показать людям себя, свой внутренний мир? Ну не наивны ли после этого короткоживущие? Настроенная на меланхоличный лад, Виктория вспомнила и другую сторону этого обычая. Когда-то давно люди очень помогли драконам в Древней войне, помогли настолько сильно, что лишь благодаря им род драконов только и смог тогда сохраниться. С тех пор альты, открывая всем без исключения людям себя в узорах одежды, показывали своё к ним уважение. Ирония состояла в том, что люди со временем утратили историческую память столь давних времён, и усилия альт одеждой подчеркнуть свою благодарность попросту утекали в песок. Если развивать дальше иронию ситуации, получается, что веронцы, дублируя узоры, то ли благодарят за этот жест уважения, то ли сами довольно косолапо пытаются так подчеркнуть своё уважение к альтам.
– "Уважение на уважение. Это так соответствует поведению дворянского сословия людей друг по отношению к другу, всем этим требованиям этикета... Нужно будет когда-нибудь просветить Альберта насчёт этого забавного момента жизни его собственной империи, думаю, он посмеётся над ним, и выйдет в свет с каким-нибудь особенно заковыристым узором на одежде. Просто затем, чтобы всё его окружение чуть позже воспроизвело в уборах императорский узор".
– Зная живой нрав Алисии, можно быть уверенной, что та сможет придумать узор, над которым будут потешаться все альты.

– И я вам рада, господин посланник. Ваше присутствие в этом вертепе всегда грело моё сердце, - с открытой улыбкой отвесила глубокий реверанс женщина. Она не кривила душой: веронцы, с их традицией воинской аристократии, были ей неизмеримо ближе тщеславных и надутых глацийцев. С другой стороны, фраза могла быть понята самим дворянином как радость от присутствия в Глацинии форпоста соотечественников, где в любой момент можно найти убежище.
– "Слова, слова, слова... Сколь виртуозно пришлось научиться ими играть ради интересов альт! А ведь эта игра чужда прямой и откровенной природе драконов, это ещё одна уступка людям, ещё одна плата за выживание".