Чтение онлайн

— Я не сказал маме. Я просто пришёл, — продолжает он, бормоча что-то в хлеб. — Я знаю, Адокс говорит, чтобы мы никому не рассказывали. Но он также говорит не покидать Ире, и он знает, что я всё время это делаю, — бормочет он.

Я прищуриваю глаза. Джимми слишком беззаботен. Он притворяется, что не знает, что натворил.

— Адокс говорит это не просто так, Джимми. Это защищает людей, которые живут в Ире.

Я действительно не хочу вести этот разговор здесь, хотя мы и находимся вдали от столов.

— Ты сказала, что я должен сообщить тебе, если увижу что-то важное. А событий было так много. Я знал, что ты захочешь знать, — говорит он, его голос повышается от расстройства.

Его слова останавливают меня на моём пути.

Я прижимаю палец к его губам, когда он открывает их, чтобы продолжить.

— Придержи эту мысль.

Я без слов смотрю на брата, когда он подходит к нам.

— Скажи Джовану, что он захочет это услышать, — говорю я.

Джован тратит пять драгоценных минут на то, чтобы убедить своих советников, что им не нужно находиться с нами в одном помещении. Я знаю, он понимает, что Джимми может разоблачить меня. Он подумает, что я хочу поговорить с ним об этом. На самом деле это просто предлог, чтобы оставить его одного. Я прислоняюсь к двери зала заседаний, закрыв её. Собравшись с силами, я кладу Флаер на круглый стол и поворачиваюсь к Джимми, с ужасом ожидая, что он скажет.

— Джимми, это мой брат, Оландон, и Король Гласиума, — говорю я. — Пожалуйста, скажи мне, что ты видел в Оскале.

Звуки удивления Оландона и Джована заглушил ответ Джимми.

— Солати! Их сотни. Они уже дошли до третьей пещеры, но линия растянулась до самого дыма, и они продолжают приближаться. Я смотрел целую вечность, чтобы убедиться, — рассказывает он.

— Что? О чём он говорит?

Джован смотрит на мальчика, сидя на стуле.

Сейчас не время для выяснения личных обид. Я подхожу к нему.

— Мать послала свою армию.

Он, замерев, пялится на меня.

— Что?

— Именно это и хотел сказать Джимми. Он скаут в Великом Подъёме.

Я держу остальное в тайне. Может быть, остальные решат, что Джимми живёт в Гласиуме, а не в Оскале. Он, конечно, может сойти за Бруму.

— Армия Солати находится примерно на трети пути сюда.

Джован рывком поднимается на ноги, но качает головой.

— Это невозможно, — говорит он. — Пару дней назад я получил сообщение от твоей матери о принятии моего последнего предложения. Мир близок.

Почему он удивлён, что моя мать солгала? Я оставляю его работать над своим отрицанием и возвращаюсь к Джимми.

— Как быстро они движутся?

— Медленно. Они несут кучу вещей. Мечи и луки. Их ведёт жуткий мужчина.

— Дядя Кассий, — бормочу я про себя.

Он не заслуживает того, чтобы стоять во главе любой армии.

— Никто тебя не видел? — спрашиваю я.

Мальчик выпячивает грудь.

— Конечно, нет.

Я крепко обнимаю его. Хотела бы я, чтобы он смог передать мне весточку, не раскрывая свой народ, но это было слишком большое ожидание от семилетнего мальчика. И если его предупреждение предотвратит войну, то его приход стоит того.

— Ты отлично справился. Возможно, ты спас много людей. Мама может злиться на тебя, но, в итоге, она будет тобой гордиться, — говорю я.

Его маленькие плечи расслабляются.

Я двигаюсь к двери и распахиваю её, зову Рона и озвучиваю короткую просьбу. Я не могу выпустить Джимми из комнаты, но и не хочу, чтобы он подслушал слишком много.

Джован расспрашивает Джимми. Мальчик дрожит, он так боится этого внушительного мужчину. Я беру его за руку, поскольку Джован решил наконец-то поверить в то, что сюда направляется армия.

— Эта чертова вероломная сука! — кричит он.

Я закрываю уши Джимми, пока Джован не останавливается. Хотя я не могу винить его. На его месте я сказала бы то же самое.

— Откуда ты знал, где меня искать? — спрашиваю я Джимми.

От его озорной улыбки я прищуриваю глаза.

— Я последовал за тобой, когда ты ушла, чтобы помочь своему другу. Всю дорогу до этого большого серого дома. Я думал, что ты могла увидеть меня, когда свернула один раз.

Я помню вспышку красного цвета, которую я списала со счетов. Во второй раз Джимми успешно прошпионил за мной. Я должна познакомить его со Льдом.

— А потом я не знал, как попасть внутрь, но заметил эти большие двери наверху, — продолжает он.

Джован рычит от этого.

— Там должен был быть чёртов стражник, — говорит он.

— Там был мужчина. Но я не сразу его увидел. Я заглянул в одну из огромных дверей, увидел людей и подумал, что надо попробовать другой путь, чтобы никто не увидел. Но потом я услышал, что он идёт за мной, и я запрыгнул внутрь, чтобы сбежать.

Я, молча, проклинаю Дозорного. Если бы он не напугал Джимми ястребиным входом, тайна Ире осталась бы в безопасности.

Рон возвращается с Каурой и уходит. Надеюсь, моя просьба вызвала некоторое замешательство в любопытствующей снаружи ассамблее. Я подсаживаю Джимми к Кауре и оставляю пару играть в дальнем конце комнаты.

Я поворачиваюсь к Оландону.

— Во-первых, ты должен кое-что увидеть.

Я тянусь к вуали и наполовину поднимаю её.

Мой брат спотыкается о свои же ноги, спеша подойти ко мне.

Я делаю глубокий вдох и закрываю глаза — обман — перед тем, как полностью снять вуаль. Ободок падает на пол.

Руки хватают меня за лицо. Дрожащие руки.

— Сестра, — говорит он густым голосом. — Я всегда знал, что ты будешь сногсшибательной. Подумать только, мать завидовала тебе! Всё это время.

— Э-э, — осторожно отвечаю я.

Я не могу унять дрожь в голосе. Тёплая мозолистая рука сжимает моё плечо. Рука Джована.

— Открой их, Олина. Твои глаза прекрасны, — говорит Джован.

Возбуждение, которое вызывают его слова, пробивается сквозь панику.

Я открываю глаза.

ГЛАВА 25

Если я считала реакцию Джована слишком эмоциональной, то реакция моего брата просто позорна. Оландон, пошатываясь, падает на одно колено. Полагаю, это крайне сильный шок для того, кто знал меня всю жизнь. Проходит так много времени, пока он в ужасе смотрит на меня, что я чувствую, как слёзы жгут мне глаза.

— Скажи что-нибудь, дурак! Ты расстраиваешь её, — требует Джован.

Оландон отрывает свой взгляд от меня и смотрит на Короля.

— Т-ты знал? Как? — спрашивает Оландон Короля.