Чтение онлайн

Тут в голове щелкнуло! Ведь делать отродье из разумных запрещено! Будь то человек, эльф, дворф или демон. Да, любая разумная раса. Но что же тогда случилось? Может и не была она такой громилой от рождения? Вон, взять того же Бруно. Как пес-то преобразился.

Она пришла в расстроенных чувствах. Я стоял на крыльце, подумывая чем бы заняться в первую очередь.

– Ну? Как прошло?

Ни слова ни говоря, Натали рухнула на колени и сгребла меня в охапку, уткнувшись лицом в живот.

– На нас смотрят.

– Плевать! – всхлипнула она и обняла еще крепче.

Поглаживая отродье по волосам, я терпеливо ждал, пока у нее кончатся слезы.

– Матушка сказала, что это даже хорошо, что я теперь с тобой.

– Почему?

– Я нарушила кучу законов и запретов. Теперь мне никуда нельзя. А с тобой, как фамильяр, я могу побывать дома… и вообще, где угодно. Даже вон, как лис, могу письма носить. Никто слова не скажет.

– А что там за история с матушкой? Почему она была присмерти. Что за страшный обряд?

– Не скажу! Теперь я – отродье, и все на этом. Что было – то прошло, понял?

– Как скажешь. Захочешь – расскажешь.

– Правда? – она подняла глаза.

– Ни пытать же тебя… А у меня тоже есть новости. Вчера богини аж три раза приходили. Одна за другой, представляешь?

– Да ладно? И что?

– Ну, теперь у меня есть благословение Исидис. Вроде как совесть ее заела. Нет, тетка мировая… поговорили. Могу поднимать ее флаг где захочу и когда захочу. Вроде как официальное признание. Посвящение в настоящие лекари.

– Постой, а как твои пальцы?! – спохватилась она.

– Ну, чем-то же я тебя глажу? – улыбнувшись, я показал обе руки.

– Фуф… круто. У матушки тоже все приросло. Я это… чего-то притомилась. Пойду посплю, а?

– Поспи. Мне есть чем заняться.

Рабочий поселок, не считая поляны у обрыва и подпаленного дома, уцелел. Вернулись рудокопы, блудниц новых завезли. У них что-то вроде вахты здесь. Таверна в корнях великого дуба снова открыла свои двери. Транспорт, взяв на борт груз руды и серы, который должен был забрать еще в прошлый раз, отправился в сторону Солуса. Я помахал капитану Туру издали. Все, как обычно, кроме одной детали.

Краем глаза, на мосту, я заметил высокий силуэт. Женщина в легком, развевающемся на ходу платье, придерживая шляпку с широкими полями, искала кого-то взглядом. Под руку с ней шел Бремер. Углядев меня издали, парочка направилась прямиком к таверне.

– Госпожа Санара!? Вы ли это? – я решил немного подыграть.

– Еще один… Может хватит меня смущать? Я платья кучу лет не носила. Как вам удалось достать все это, наместник?

– Знаете… – я оглядел приросшие пальцы. – У моего фамильяра, как оказалось, есть связи в высших кругах.

– Я даже не знаю как вас благодарить. Проснулась… а ноги при мне. И рука тоже. Как родные. Даже стыков не видно, представляете! Анри чуть не заплакал.

– Как вы себя чувствуете?

– У меня словно выросли крылья… Не знаю, что еще сказать.

– А мне, знаете ли жалованье выдали. В местной таверне отлично кормят. Не желаете отобедать за компанию? Анри?

– Я бы лошадь сейчас съел, честное слово!

– И я, - краснея призналась Санара.
– Вы так изменились, Павел. И мундир вам к лицу.

— Значит, есть что отметить!

Обед плавно перетек в ужин. Санара очень расстраивалась что не видела боя. Пришлось показать. Я заранее договорился с рыцарем Саари. Ее фамильяр – огромная птица. Мы прикрепили камеру ей на голову и объяснили что нужно делать. Кино получилось коротким, но очень красочным. Все эти всполохи, взрывы, выстрелы из мушкетонов, рассыпающиеся фонтаном разноцветных искр…

Вскоре подтянулись и остальные участники событий. Пришлось сдвинуть столы, чтобы все уместились.

– Наместник, а где вы взяли все это оружие?

– Кузнечное дело в вашем мире сильно отличается от привычного мне. Все можно делать быстро, а при желании - достаточно точно. Норм и его подмастерья – отличные ребята. Схватывают все на лету. Подвалы завалены порохом и железом, так что самым редким ресурсом было время.

– Поразительно… Но как в столь короткий срок вы привели гарнизон в боевое состояние?

– Признаться… на это ушли все деньги, что дал ваш брат. Если бросить в грязь пару серебренных монет, даже самые брезгливые закатают рукава. А потом появился Рори – бык отродья. Он теперь каждое утро подметает плац. Удивительно покладистая скотинка, главное кормить вовремя. Овес любит, рожь…

– А с отродьем как? – осторожно спросила Санара.

– А что со мной не так? – Натали, бесцеремонно подвинув кузнеца, уселась за стол. Тот даже ухом не повел.

– Вам как обычно? – не весть откуда нарисовался хозяин таверны.

Она уставилась на меня.

– Не жалей мяса, хозяин, сегодня я угощаю! И вина!

– Сию минуту! Сделаем в лучшем виде!

Санара немножечко офигела. Нервозный смешок вырвался из ее груди.

– С Натали у нас теперь любовь и взаимопонимание. Ее тут давно никто не боится. Кстати, это она отнесла вас в лазарет. Поначалу были, конечно, сложности. Но тут больше вопрос доверия. Одежду стала носить, чистенькая ходит, почти не хамит. После того, как они с Бруно сопроводили ваш конвой, солдаты их прям зауважали. Кстати… Бруно теперь тоже отродье, не удивляйтесь. И мой второй фамильяр.

– Так… теперь у вас их двое? – уточнила она.

– Ага, трое, если точнее. Отродье, адский пес… Еще есть ящерка, но она пока не умеет себя вести на людях. Как-нибудь покажу, - я подмигнул побледневшему Бремеру.

– Может вопрос прозвучит не к месту, но здесь собрались только свои, – она посмотрела мне в глаза.
– Что с книгой, наместник? Она действительно уничтожена?

Я уверенно кивнул.

– Если она была на борту яхты, то безусловно. Человек, выдававший себя за графа Фарона, вероятнее всего, держал ее при себе.

– И… что теперь? Все, знания Альбера пропали?

– Я бы так не сказал. Вы знали, что Альбер был перерожденным, не так ли? Он с младенчества помнил все, что знал в прошлой жизни. Талантливый хирург получил молодое тело и десятки лет для своих исследований. Книга – бред сивой кобылы. Она же приманка, она же ключ!

– Как вас понимать? – губернатор сдвинула брови.

– Я детально изучил книгу. Альбер оставил подсказки, которые смог прочесть лишь человек знающий один из языков моего мира. Причем, использовал очень известное литературное произведение. Известное в его время. К счастью, я знаю этот язык достаточно хорошо и, однажды, прочел Шекспира. Теперь, стало понятным, почему он сунул мне книгу перед смертью?