Чтение онлайн

Медсестра проходит через толпу студентов, которые, с округленными глазами, не верят своим ушам, или просто не успели понять, что происходит.

Лев зашел в палату после медсестры. Все тихо. Два студента стоят над мертвым телом. Не знали бы, чтоб женщина умерла, то подумали бы, что пациент просто спит.

Рука болит от крепкой хватки. Женщина ослабила освободила мою руку только под конец.

– Выйдите из палаты, - сказала медсестра.

Я не могу понять, хорошо ли это, - что человек ушел из этого мира, и ему больше не придется страдать. А может, это плохо?..

Я не хотел об этом думать, но я думал. Это только один человек, но в крыле еще с десяток человек, которых ждет та же участь, и этот запах... ничто так не пахнет.

Хоспис - безысходное место, куда мы пришли поздравлять таких же безысходно-больных людей.

Но мне не страшно. Я видел смерть не так давно. И та смерть была страшнее на мой взгляд. Тело лежит на снегу, который скоро растает, руки раскинуты по сторонам, ноги подкошены, словно человек в самом начале упал на колени, а потом на землю; глаза пусты и смотрят в ночное небо.

На улице вонь.

Галя спрашивает:

– Откуда такое амбре?

– Так это с птицефабрики, - отвечает Женя.
– Я, когда еду в шарагу, тоже чувствую. Карачуры насквозь провоняли этими отходами.

– Не представляю, как тебе живется, - влилась в беседу Даша.

– Живется-то нормально, вот только вонь, - просто убейся об стенку.

– Ты как?
– спросил Лев у меня.

– Нормально, - говорю, - я... видел подобное один раз.

– Посторонний кто, или...
– Лев замолчал, не хотел давить на больное, но мне было терпимо.

– Друг.

Я не уверен в свой невиновности, мне кажется, что я виноват в том, что произошло тогда. Погибнуть ради защиты другого, и все равно не спасти. Я понимал, что у нее не было выбора, она не могла поступить иначе. Однако можно было справиться и без нее, а мы взяли ее собой.

В первое время я навещал ее на кладбище, но потом забросил, потому что от этого ничего не поменяется, как и от моих визитов. Об этом надо было забыть, как и обо всем остальном. Говорили жить настоящим и стараться ради будущего, но прошлое оставляет след, и оно, как клеймо, не исчезнет.

Лучше бы так - в хосписе, - собственной смертью, чем от чужих рук.

Женя сидел на скамейке в парке, недалеко от дома Полины. Он настоял на том, чтобы прийти, но она сказала, что к ней приехал отец.

На улице тепло, пурпурное небо нависает над Чебоксарами и готово вывалить новую порцию снега. В парке никого нет, тишина. Дворняга рылась в мусорной корзине, что-то вытащила и начала вынюхивать носом. Нюхает какие-то помои минуту, а потом уходит, не убрав за собой. А чего он ожидал, чего-то вкусного?

Женя начинал сомневаться. Странное чувство, особенно, после всех прогулок, которые были после той драки с Павлом. Этот придурок говорил, что уезжает в шесть часов утра, предлагал проводить его, но никто не пришел. Никому нет дела, и сон - дело святое для каждого студента.

Тут через арку прошел знакомый силуэт. Грация в каждом шаге, уверенность, что это Полина, мелькнула в сердце Жени. Не ошибся, это она.

Они встретились под чистым, белым светом фонаря. Лицо девушки бледное, небольшие круги под глазами ей шли. Только недавно вышла из дому, видно, что не успела замерзнуть.

– Ты не устал меня ждать?
– спросила она, впав в объятия своего парня.

– Нет, - ответил Женя, в этот момент он не чувствовал холода, не чувствовал себя одиноким. Теплота и любовь окружали его в этот момент.

– Значит, замерз - видно по твоему лицу. Идем, я знаю, где можно посидеть и отогреться.

Гирлянды свисали на окна, медленно переливались из одного цвета в другой. Дух приближающего Нового года не покидал ни на секунду сердца возлюбленных. Полина заказала чай, Женя то же самое.

– Я, кстати, прочитала «2033», - сказала Полина.
– Если честно, ожидала большего.

– Чего ты ожидала?
– любезно спросил Женя.

– Не знаю. Просто читаю и чувство, будто я читаю о быте людей в метрополитене.

– А ты когда-нибудь сама была в метро?

– Думаю, каждый был хоть раз в Москве, а там в метро. А ты не был?

– Был, конечно, просто... Ладно, забудь, я почему-то предчувствовал, что тебе не понравится. Так, погоди... мы же обсуждали ее только вчера. Ты прочитала ее за день?

Полина ухмыльнулась и пожала плечами.

– Ну, что я могу поделать? Я проглатываю книгу за книгой.

Разговоры продолжаются, появляются новые темы, а из них вытекает еще несколько. Студенты узнавали друг о друге все больше, наслаждались вечером, но долго не засиживались.

– Слушай, Полин, - сказал в какой-то момент Женя, когда они шли к ее дому.
– Я должен спешить на вокзал. Автобус, который едет в Карачуры, скоро перестанет ходить...

– Я понимаю, - сказала Полина. Она пристроилась к Жене, встала на цыпочки и нежно поцеловала. Много целовались, почти всегда по инициативе Полины.
– Я дойду сама, увидимся в колледже, на экзамене.

– Ох, совсем забыл о нем.

– Сдадим, сестринское дело не такое трудное, если учить.

А Женя учил мало, только читал. Тоже мало.

Галя только что приняла душ, хотела смыть с себя всю усталость, которая не отпускала с самого ухода из хосписа.

В спальне лежала Алена.

Они жили вместе, снимали квартиру на двоих. Эту идею предложила Алена, она жила самостоятельно не первый год, а Гале пришлось бы искать квартиру, так как она родом из Канаша. Галя переехала за пару дней до начала учебного года к Алене. В самом начале договорились насчет оплаты, обязанности по дому - как пойдет, кто не идет на пары, той и убираться по дому.

– Нам не стоит тратить так много горячей воды, - сказала Алена, листая распечатанные лекции по микробиологии.

– Что не так?
– спросила Галя, падая на свою кровать.

– Деньги, Галь. Мы подрабатываем, но этого мало. Скоро у нас не будет денег либо оплатить квартиру, либо купить еды.

– А как же родители? Я могу своих попросить, они помогут.

– Мои тоже, но вопрос: сколько это будет продолжаться? Я не намерена висеть на шее у родителей, я давно таким не занимаюсь, и тут вот!..