Чтение онлайн

Прошло, наверное, около часа. Девушка и сама не заметила, как голоса, доносящиеся из открытого подвала, постепенно сошли на нет. Может, беженки решили отдохнуть, кто знает. Затем вновь послышались чьи-то шаркающие шаги, а после раздался знакомый звук чиркающей спички, и сквозь толстые прутья решетки стал пробиваться тусклый огонек, похожий на светлячка.

В окошке показалось уродливое лицо Хранимиры. Оно было крайне сосредоточенным и серьезным. Она поднесла свою ручную лампадку к самому носу, чтобы понять, все ли в порядке с ее пленницей и не совратил ли ее за это время дьявол. Судя по тому, как девушка испуганно жалась к стене, монашка поняла, что дьявол до нее еще не добрался.

Несколько раз перекрестив отделяющую их дверь, Хранимира неторопливо отперла замок, а затем величаво проплыла в камеру, заинтересованно оглядываясь по сторонам. За все это время она не произнесла ни слова.

Наконец блеклый свет лампадки осветил предмет, которого так испугалась Димитрия. Человеческие останки.

Но все же они были относительно "свежими": кое-где проглядывались еще не сгнившие куски мяса. Вряд ли все это лежало здесь с начала вторжения.

Их приносит сюда монашка, догадалась Димитрия.

И тут одна несущественная мелочь привлекла внимание девушки, отчего она даже сначала не поверила своим глазам. Позабыв про страх, она приблизилась к тому, что когда-то, наверное, было тазобедренной костью. Облеплявшее кость мясо не только уже начало гнить, но и проявляло признаки жизни…

— Личинки… — прошептала Димитрия. — Не может быть…

Но все же могло. Личинки шевелились, копошились и выглядели очень довольными своей жизнью.

Хранимира уже заметила, как на прекрасное ангельское личико ее пленной снизошло озарение, дарованное ей самим Богом. Беженка не знала и не понимала, что такого важного Димитрия нашла в каких-то там личинках, но ее волновала совсем другая сторона вопроса.

"Господь избрал нас, чтобы мы помогли ей выйти на нужный путь. Да, мы спасем ее".

Открытие так поразило Димитрию, что она была не в силах рационально мыслить. Раньше она думала, что все живое на земле стремительно погибает, самоуничтожается. Исчезли все животные, птицы, в считанные месяцы перевелась вся рыба. Посланцы потрудились на славу — они отравили всю планету. Но где-то осталось стремление к жизни.

Внезапно Димитрия поняла еще кое-что важное.

Это слишком очевидно, уговаривала она себя, такого не может быть, повторила она в который раз, но истина от этого не менялась. Вирусы выжили в этом мире точно так же, как и личинки. А это значит, что еще был шанс все восстановить.

Массовые эпидемии в начале войны, болезни, от которых повально умерло двадцать процентов населения земли, — вирусы перехватили у человека венец царствования. Теперь невидимые силы руководили брошенной планетой. Непобедимые, неприхотливые. Им нужен был организм-хозяин, а остальную работу они выполняли сами.

Димитрия в отвращении отдернулась от гниющей плоти и уставилась на монашку.

— Где выход из здания? — жестко спросила она. Девушка не планировала умирать в дурдоме, имея на руках такие сведения, которые она смогла бы выложить на слете. Это пригодится им даже не меньше, чем мое тело, не облученное радиацией, ликовала Димитрия.

Хранимира смотрела на пленницу, широко раскрыв глаза, как будто действительно не понимала, о чем та говорит.

Димитрия подлетела к беженке и схватила ее за грудки. Маленькая легкая беженка тут же задергалась, пытаясь высвободиться. Но напрасно.

— Где. Выход, — раздельно произнесла Димитрия, но от Хранимиры по-прежнему не было никакой реакции.

Монашка ждала от своей пленницы чего-то другого. В ее напуганных до смерти глазах плутало почти что вожделение перед девушкой, которую она чуть было не убила, пустив на нее мощнейшую струю воды из шланга. В былые времена такой сильный напор ставили, только если пациент был слишком буйный или же он отказывался давать какие-либо показания. Все это не афишировалось, конечно же.

"Мы помогли ей стать блаженной. Наша доброта спасла ее от адских врат".

— Чего ты от меня хочешь? — раздраженно прорычала Димитрия, не выпуская грязные лохмотья Хранимиры.

Та молчала.

Левая рука монашки незаметно поднялась и осторожно вложила Димитрии в боковой карман маленькую невесомую вещицу. Девушка этого даже не заметила.

Неожиданно Хранимира заговорила:

— Мы всегда знали, что Господь не забывал о нас… Он обещал нам славу, и он снизошел до нас, прислав нам ангела… — Беженка без малейшего сопротивления Димитрии подняла сухую руку и нежно провела ей по гладкой коже Димитрии. — Господь не позволит нашему имени затеряться… О нас будут писать книги и слагать легенды… Мы участвовали в священном действе… После все изменится…

Хранимира явно молола какую-то чушь. Затем ее речь сменилась бессвязным бормотанием — она обращалась уже не к Димитрии, а к самой себе.

— Чего ты от меня хочешь?! — уже начиная терять терпение, перебила ее девушка надрывным шепотом.

Словно в страшном сне на лестнице вновь раздались шаги. Кто-то уже точно знал, куда нужно идти.

Монашка резко развернулась в ту сторону, от которой доносился звук, а затем повернулась обратно, взглянув на Димитрию обезумевшими глазами. Она схватила ее за плечи и довольно-таки сильно для своего хрупкого вида встряхнула.

— Мы поможем. Мы знаем, где выход.

И они помчались по коридорам. Димитрия чувствовала, как хрустит под ногами разбитый вдребезги кафель, и слышала тяжелые быстрые шаги позади себя в темноте. Лампадка осталась в камере вместе с личинками и страхами Димитрии.

— Они знают, что мы помогаем, — сказала Хранимира на бегу, громко пыхтя. — Они нас накажут. Ох, как накажут.

Димитрия сразу вспомнила о той беженке, что поймала ее, около которой еще крутился мальчик-дьяволенок, а затем о той, коренастой, что ощупывала ее в подвале. Наверняка их преследовала сейчас одна из них.

Впереди себя Димитрия видела только пустоту, но ведшая ее монашка зрела перед собой божественный ореол из света и тепла. Ноги сами несли ее, а на лице расплывалась блаженная улыбка. Как бы все ни сложилось потом, свою миссию она должна исполнить до конца.

Но тут Димитрия поняла, что Хранимира вела ее вовсе не к выходу — они летели куда-то вверх по этажам, преодолевая один лестничный пролет за другим. Пару раз девушка чуть не навернулась, но вовремя удерживалась на ногах, прислуживаясь к топоту ног позади нее.