Чтение онлайн

Джонни стоял у двери, за которую только что вывалился Шад, и смотрел, как тает его послание на отпотевавшем стекле. Он написал именно то, что хотел. Но при этом до смерти перепугал паренька. Ну и поделом. Черт, да у этого парня на него зуб! Но Джонни он все равно нравился. Он был отчаянным – и преданным. Лучшего друга для Мэгги и представить нельзя. Он сделает так, как велел ему этот паренек: исчезнет. Это лучшее, что ему остается.

Почти все рождественские каникулы Мэгги провела, стараясь быть лучшей в мире внучатой племянницей. Она перемыла и перебрала весь дом тетушки Айрин, от подвала до чердака, и в процессе уборки обнаружила множество потрясающих вещей: старые пластинки и работающий проигрыватель, одежду, сумочки и туфли, при виде которых и девчонка, и даже вполне взрослая девушка запищала бы от восторга. Айрин сказала, что она может взять себе все, что захочет, но Мэгги чувствовала, что тетушкины наряды будут снова и снова напоминать ей о голубом платье и о том, как она танцевала с Джонни. Голубое платье было упрятано обратно в чехол и отправлено в самый дальний угол шкафа в комнатке Мэгги.

Мэгги отложила несколько вещиц, которые ей не хотелось сейчас примерять, но и отдавать не хотелось, разобрала и рассортировала все остальное и сложила в коробки все, от чего Айрин была согласна избавиться. Генеральная уборка навела Мэгги на мысль о запертом ящике под подоконником у нее в спальне. По понятным причинам она еще не спрашивала о нем у тетушки. Нельзя ведь просто взять и рассказать за завтраком о том, что ночью к тебе в комнату заходил призрак.

– Тетя Айрин… – осторожно спросила Мэгги, вытирая пыльные ладони о свои сильно заношенные джинсы.

Айрин рассеянно подняла голову от фотоальбома, целиком поглотившего ее внимание. Волосы у нее растрепались, на носу виднелось грязное пятнышко. Мэгги снова подметила, как они с тетей похожи… Одного взгляда на Айрин было достаточно, чтобы понять, как она сама будет выглядеть лет через пятьдесят.

– Да, дорогая?

– У меня в комнате, под подоконником, есть дверца. Она заперта. Что там, какой-то ящик? – Порой лучше не юлить, а спросить напрямую.

Айрин нахмурила брови и очаровательным жестом склонила голову к плечу:

– Кажется, я не до конца понимаю тебя, дорогая.

– Под подушкой на подоконнике есть замок. Вы наверняка знаете, где от него ключ. Если в ящике пусто, я бы могла его использовать.

Айрин захлопнула альбом и поднялась со старой табуретки:

– Покажи мне этот ящик.

Они спустились с чердака и вошли в спальню Мэгги. Там Мэгги подняла подушку с сиденья на подоконнике и указала на небольшой замочек, врезанный в гладкую деревянную доску.

Айрин растерянно уставилась на замок, а потом взглянула на Мэгги с озадаченной гримаской, исказившей ее красивое лицо.

– Я и не знала, что в этом доме есть тайник.

Мэгги взялась за подоконник, подергала его, но он не поддался.

– Кто-то запер этот ящик… Может… мистер Карлтон? – запинаясь, проговорила она и залилась румянцем оттого, что не слишком удачно изобразила равнодушие и полное неведение.

Айрин с царственным видом вскинула брови:

– Это мой дом… пока еще мой. И я секретов не потерплю. Особенно секретов Роджера. – С этими словами она вышла из комнаты, но уже через минуту, чуть запыхавшись, вернулась обратно. В руках она держала огромную связку ключей. – Эта связка принадлежала Роджеру. Он все время держал их при себе, даже когда мы лишились всех предприятий и домов, двери которых они открывали. Я хотела их выбросить, но потом просто сунула в ящик его письменного стола – подумала, вдруг они мне когда-нибудь пригодятся. Надеюсь, я не ошиблась. – Она наклонилась и принялась перебирать ключи, ища тот, который подошел бы к замочку на подоконнике. Пару минут спустя она радостно воскликнула: – И у нас есть победитель! Что ж, Роджер Карлтон, посмотрим, что ты скрывал.

Айрин подняла крышку. Мэгги придвинулась ближе: ей тоже не терпелось заглянуть в ящик. Книга, которую она видела в руках у призрачного Роджера Карлтона, лежала на самом дне тайника. Кроме нее, в ящике обнаружилась толстая, стянутая резинками папка и коричневая книжечка в кожаном переплете, с защелкой на боку. Айрин вытащила из тайника все его содержимое и захлопнула крышку. Усевшись рядышком на подоконнике, на котором наверняка много раз сиживал Роджер, Айрин и Мэгги открыли книгу, а точнее, альбом со старательно собранными газетными вырезками.

Альбом был заполнен всеми мыслимыми сведениями об исчезновении Джонни Кинросса. Здесь были бесчисленные газетные статьи на пожелтевшей бумаге, большие и маленькие, из местных и центральных газет. Роджер расположил их в хронологическом порядке, по времени публикации. Еще были листовки, которые печатались в разных округах штата и в самом городе, карты мест, где якобы видели Джонни Кинросса, и версии, которые выдвигали репортеры и полицейские. Часть альбома заполняли старые черно-белые снимки, Роджеру они явно достались от кого-то, кто хорошо знал Джонни.

На одной из фотографий Джонни стоял на фоне какой-то машины, обнимая за плечи двух других парней, голых по пояс, с ног до головы перемазанных грязью. Мэгги была почти уверена в том, что фотограф запечатлел Джонни с друзьями сразу после того, как им удалось вытащить из водохранилища знаменитый «Бель-Эр».

На другой фотографии Джонни, в шапочке и плаще выпускника старшей школы, снялся вместе с Билли и Долли. Все они обнимали друг друга и радостно улыбались фотографу. Долли Кинросс стояла в центре и крепко прижимала к себе сыновей. Сердце у Мэгги дрогнуло при мысли о том, что эта карточка была сделана всего за пару месяцев до того, как запечатленное на ней маленькое семейство перестало существовать.

Здесь были снимки Джонни, сделанные в мастерской у Джина. На одном из них к ноге облаченного в джинсы Джонни привалился малыш, умудрившийся запихнуть себе в рот сразу обе руки. Это ведь Харви? На другом Джонни, в белом блейзере, с цветком на лацкане, прижимал к себе хорошенькую блондинку в неопределенного цвета платье без бретелек.

– Это выпускной в пятьдесят восьмом, – тихо сказала Айрин. – Пэгги чуть с ума не сошла от счастья, когда Джонни ее пригласил. Джонни в те времена был тайной фантазией каждой девушки – и тайным кошмаром каждого отца, у которого имелась дочь. Репутация у Пэгги была не из лучших, и то, что Джонни позвал ее на выпускной, не пошло ей на пользу, но я помню, какой красавицей она казалась в тот вечер. Честно говоря, я ей тогда позавидовала. Они с Джонни так веселились! Он танцевал с несколькими девушками, но больше всего с одной, которую я прежде не видела… – Голос Айрин стих, словно она с головой погрузилась в воспоминания. – Помню, мне показалось, что Джонни ею сильно увлечен. Мне это запомнилось потому, что она уж очень походила на меня саму… и на тебя. – Айрин озадаченно взглянула на Мэгги, и у нее на лбу, между бровей, пролегла глубокая складка. – Как странно… я совсем забыла об этом. – И Айрин на миг погрузилась в воспоминания, но тут же словно очнулась, стряхнула их с плеч, явно решив, что уже не сумеет разгадать загадку, над которой билась все эти годы. – Если я не ошибаюсь, как раз тогда по городу поползли слухи о том, что у мэра интрижка с Долли Кинросс. На выпускном Роджер был не в духе. Мне хотелось танцевать, но он только и делал, что болтал с дружками да злился, а на меня не обращал никакого внимания. Так что я, такая нарядная, в своем чудном красном платье, сидела в полном одиночестве и мечтала только о том, чтобы наконец потанцевать. И вдруг передо мной словно из ниоткуда вырос Джонни Кинросс и пригласил на танец. – И Айрин вздохнула, увлеченная воспоминаниями о былом. – Думаю, он пригласил меня, только чтобы позлить Роджера, но мне все равно было приятно. Роджер как раз отошел за пуншем… а может, рыскал по залу, с кем бы затеять драку… Так или иначе, его рядом не было, и никто не мог запретить мне танцевать с Джонни. Но вся эта история чуть не закончилась скандалом, когда Джонни проводил меня обратно к моему месту. Может, мне и не стоило тогда танцевать с ним, но уж слишком это было соблазнительное предложение. – И Айрин по-девичьи хихикнула. – И музыка была как раз такая, под которую мне нравилось танцевать. А уж танцевал Джонни просто замечательно!

– Знаю, – тихо проговорила Мэгги, изо всех сил гоня прочь отчаяние, грозившее придавить ее тяжким грузом. Она сморгнула слезы и снова взглянула на улыбающееся лицо Джонни, смотревшее на нее со старого снимка.

Айрин замерла, а потом осторожно протянула руку, погладила Мэгги по волосам, притянула ее голову себе на плечо. Они молча продолжали листать страницы альбома.

– Да, Роджер явно был одержим, – негромко проговорила Айрин спустя несколько минут, когда они просмотрели еще пару страниц с газетными вырезками. – Какая-то часть его тоже погибла в тот страшный вечер вместе с Билли и Джонни. Сострадать он никогда не умел, характер у него был мрачный, и потому трагедия не сделала его лучше. Нет, ровно наоборот – случившееся очернило ему сердце, сгноило душу. После той истории они с отцом никогда больше не были близки, потому что Роджер, конечно же, во всем обвинял отца. У мэра Карлтона потом были и другие интрижки на стороне. И как ни смешно, у Роджера тоже были интрижки – уже после того, как мы поженились.