Чтение онлайн

— Ты все дуешься на меня? — спросил Ромчик, когда они остались вдвоем в кабинете. — Слушай, давай упростим ситуацию. Положим, мне что-то нужно от тебя и тебе что-то нужно от меня. Значит, у нас есть общий интерес. И мы его реализуем. У тебя нет необходимости, возможности, потребности, — я в пролете. Если наоборот, то в пролете ты. Ни у кого не должно быть претензий, поскольку нет обязательств. Дэнги ест — захады дарагой, дэнег нэт — проходы дарагой! — Изображая кавказский акцент, заключил Ромчик. — Вот у меня сейчас есть возможность и потребность. Дело за тобой.

"Вот так все просто"- подумала Алена и тут до нее дошло, что Ромчик может быть опять с ней, пусть на час, на два. "Хоть на час, да мой!"

Все обиды мгновенно улетучились, она была готова прямо сейчас броситься на шею Ромчику, но решила проявить сдержаноость и, с трудом скрывая счастливую улыбку, сказала:

— Я подумаю. Могу я позвонить?

— Да звони в любое время, я на связи.

"Вот такая радость со слезами на глазах. А ты как думала? Тебя замуж позовут? Ты нужна для траха и не более того. Хочешь большей и чистой любви — приходи на сеновал."

Когда эмоции немного улеглись, Алена попыталась рассуждать рационально: "любовник нужен — да. Из всех изведанных лучший любовник кто? — Он. Но все имеет цену. Цена тебя устраивает? А почем, кстати? Чем ты платишь? Унижением? А остальные таки уважали? Особенно Русик с Антоном. А начнешь слюни пускать и губы раскатывать, он сбежит. И правильно сделает. Ему потрахушки нужны, а не мексиканский сериал. Так что, особого выбора у нас нет, надо соглашаться". И она как-то сразу успокоилась, как будто не было этих месяцев страданий и метаний.

Действительно, свидание прошло, будто и не было перерыва. Ромчик не утратил ни пыла, ни нежности. Единственный огорчительный момент был в том, что он уж слишком быстро засобирался домой.

Начался отпуск. Первые дни прошли в хлопотах по переводу Никиты в лицей, хождениях с бумагами и справками. Через несколько дней Никита с новым классом ехал на сборы в приморский город. Алена предвкушала полную свободу и строила радужные планы и на общение с подружками и на более частые встречи с Ромчиком. Но не тут-то было. Все планы и мечты рухнули после теткиного звонка.

— А ты что, никуда не собираешься? Да ты знаешь, что у них там за сборы? Небось какой-то дешевый пионерлагерь. В общем, готовься, едем вместе. Снимем квартиру, походим на пляж, в театр сходим — боже, какой там чудный театр, как давно я там не была! Заодно присмотрим за твоим оболтусом. Опять же, его подкармливать, небось, придется.

Поехать к морю тоже было неплохо, пусть и без подружек и Ромчика. Но в компании тетки? Боже, за что караешь?!

Однако, пришлось собираться.

Алена лежала на пляже и делала вид, что спит. Те несколько дней, которые она провела с теткой, вымотали ее окончательно. Она мечтала о звонке старшей с известием о каком-нибудь грандиозном ЧП, которое требует ее немедленного возвращения на работу. Теткин метод заключался в комбинированном воздействии на мозг — сначала она выпытывала какие-то детали, потом проводила своеобразный анализ полученной информации, всякий раз подтверждающий глупость, безалаберность, никчемность Алены как хозяйки, матери, и даже как медсестры. Потом шло высмеивание выявленных ущербных качеств. При этом никаких возражений, контраргументов и оправданий тетка не только не принимала, но воспринимала их как оскорбление ее лучших намерений, поскольку считала, что она проводит воспитание племянницы, спасая ее, таким образом, от неизбежных грядущих бед.

Что касается Никиты, то тетка оказалась частично права, относительно пионерлагеря. Действительно, юные спортсмены жили на территории детского пансионата, но на этом сходство заканчивалось. Жесткий график был насыщен тренировками и перемежался экскурсиями и редкими развлечениями, типа похода в аквапарк. Так что, даже увидеться с Никитой было проблемой, тем более любое общение с посторонними администрацией "сборов" не приветствовалось.

Вечером тетка одевала очередной наряд и они шли в театр или на прогулку. Это было лучшее время суток, не считая ночи, так как во время спектакля теткин воспитательный процесс естественным образом прерывался, а во время прогулок ее внимание отвлекалось на обсуждение гуляющей публики.

Звонка от старшей Алена, разумеется, не дождалась, зато ей позвонил Ромчик. Перед ее отьездом он намекнул, что у них будет шанс встретиться на пляже. И вот сейчас он находился на конференции в такой-то гостинице и — "если ты можешь, давай встретимся".

Тетка подозрительно посматривала на Алену, пока та говорила.

— Кто это тебе названивает?

Алена собрала в один кулак волю и все свои артистические таланты и максимально равнодушно ответила:

— Да однокурсница, бывшая подруга по колледжу, даже и не подруга, так, приятельница. Живет здесь, приглашает встретиться. Да что-то не хочется мне идти…

— Вот такая ты — и подруг-то у тебя даже нет, одни приятельницы. Не умеешь с людьми строить отношения. Она тоже медсестра?

На Алену нашло вдохновение: — По диплому да, но не работает, помогает мужу бизнесом заниматься.

— А что у них за бизнес?

— Ой, да я не знаю, торгуют чем-то.

— "Торгуют чем-то", — передразнила тетка Алену, — вот сходила бы, поговорила, может что-то полезное узнала бы. С людьми общаться нужно.

— Вы считаете, надо встретиться?

— Разумеется, раз человек приглашает.

— Хорошо, она обещала еще позвонить, согласовать время.

Теперь надо дождаться, когда тетка пойдет в туалет или еще куда отлучится.

Ромчик не сразу взял трубку, заставляя Алену нервничать, опасаясь срыва такой тонкой операции. Но, зато быстро врубился в ситуацию. Договорились о времени и месте встречи. Чтобы закрепить легенду и продемонстрировать тетке свой разговор с мнимой подругой, Алена тянула время, дожидаясь возвращения тетки в комнату, принуждая Ромчика обстоятельно рассказать о конференции. Она и раньше знала, что иногда фармакологические фирмы стремятся мотивировать врачей на использование своей продукции, устраивая такого рода "конференции", главной фишкой которой являются не рекламные доклады, которые народу малоинтересны, а возможность гульнуть "на шару".

Алена давно не видела Ромчика таким веселым и благодушным. Наверное, подействовала курортная обстановка, а может просто от радости, что вырвался из дома. Со своей скромной персоной его эмоциональные изменения она не связывала, хотя очень хотелось, что он рад именно такой необычной встрече с ней. Знала, это не так.

Свидание закончилось быстро, им нужно было освободить "территорию" — гостиничный номер, сосед-напарник должен был скоро вернуться.

Алена прикинула, что возвращаться домой, к тетке было бы подозрительно рано и пару часов провела в блаженном одиночестве и печальных размышлениях. Рано или поздно, (а интуиция подсказывала, что рано), и это окошко счастья в отношениях с Ромчиком закроется, возможно, уже навсегда. А она с каждым новым свиданием все больше и больше влюблялась. Попытаться отбить Ромчика у жены, увести его из семьи? Ей это представлялось преступлением и, к тому же, это было непросто: Ромчик не настолько был ею увлечен, чтобы ради нее бросить семью.

По пути домой она старалась сочинить правдоподобную легенду о мнимой сокурснице. Получалось неважно и приходилось возлагать надежду на экспромт, что у нее иногда получалось неплохо.

Тетка, к ее счастью, особо не расспрашивала, была занята выбором наряда для вечернего променада.

Наконец-то, курортным мучениям Алены пришел конец. Они уезжали домой. Через несколько дней заканчивался отпуск. Вернее его половина, поскольку за один раз использовать длинный "психиатрический" отпуск начальство считало большой роскошью и персоналу настоятельно рекомендовалось делить отпуск на две части. Вторая часть обычно попадала на "неотпускной" сезон — позднюю осень или раннюю весну.