Чтение онлайн

Уолтер медленно открыл глаза и понял, что кошмар не закончился.

Вокруг все еще было темно, а Эльстер действительно плакала.

Он с трудом встал, будто не веря, что может это сделать. Подошел к ней и сел рядом прямо на пол.

Она спала и во сне глухо, бессильно рыдала, сжав зубами край подушки.

— Эльстер? Эльстер, просыпайся! — позвал он, тряся за плечо. Она не слышала и не отзывалась. — Просыпайся, ну же!

Наконец она открыла глаза, и в них Уолтер который раз читал только бессмысленную панику.

— Уолтер! Я… я… видела… слышала… Мне таких снов раньше не снилось никогда!

Она дрожала, прижимаясь к нему, будто он пытался вырваться. И как только он хотел ответить, как рядом тихо засмеялась Зои. Ее кошмары явно не мучили, но этот смех, тихий и надтреснутый, был страшнее крика и слез.

— Что происходит?! — прошептал он.

— Ты снова что-то видел? — прошептала Эльстер, вытирая слезы. — Кстати, ты меня не душить пришел?

— Вроде планы были другие.

Уолтер отпустил ее и подвинулся к Зои. Успел подумать, что лучше попросить Эльстер, но она сама была напугана и вряд ли смогла бы кого-нибудь утешить.

— Зои? Зои, солнышко, просыпайся, — позвал он, с некоторой опаской трогая ее за плечо. Все же она до сих пор пугала его.

Она обернулась к нему и медленно открыла глаза.

— Что? — хмуро спросила Зои. Сонно пробормотала что-то, что Уолтер не смог перевести. — Мне там было хорошо. С Беном.

— Я думал, тебе снятся плохие сны, — тихо ответил он, убирая руку.

— Хорошие. А ты соврал, сказал, что ему не больно! — зло огрызнулась она, отворачиваясь.

— Прелестное дитя, — проворчал Уолтер, возвращаясь к Эльстер. — Что тебе снилось?

Она только мотнула головой. Он, вздохнув, поправил у нее на плечах одеяло.

— Либо мы все устали и нервы сдают, либо я заразный, либо что-то в еде. Но нас не могут травить все, кто нам встречается — это глупость.

— Давай думать. Тебе кошмары снятся с тюрьмы. У тебя галлюцинации, а один раз ты во сне попытался меня убить, — сказала Эльстер, снова вытирая глаза.

— Ты один раз слышала голоса в Колыбели и тебе приснился кошмар сейчас. Но это может быть совпадением.

— Мне и раньше снились, но другие. Такие — в первый раз.

— И Зои вторую ночь подряд слушает Бена, но это тоже ничего не значит — девочка слаба рассудком и только что брата потеряла.

Эльстер притянула колени к подбородку и мрачно посмотрела на Зои.

— Мне все равно кажется, что это не совпадения. Помнишь, Бен в поезде тоже слышал голоса?

— Да. Но ему могло послышаться, в конце концов мы ехали в одном вагоне с Идущими. Там вообще тихо не бывало.

— Вот именно! Там разговаривали, пели песни, дрались и ругались постоянно. И тут он говорит: «Слышите? Голоса!»

Эльстер встала и нервно заходила по комнате.

— Что мы делали? Все, ты, я, Бен и Зои?

— Пили? — предположил Уолтер.

— Зои не пила, — возразила Эльстер.

— Но она в поезде и голосов не слышала.

— Бен достал запечатанную фабричную бутылку. И джин у него был фабричный. У «Пташек» много денег, но не настолько, чтобы лить отраву во все партии алкоголя, надеясь, что ты наглотаешься и меня прирежешь!

— Потише нельзя?! — раздался снизу раздраженный голос.

— Как по-вашему «лек михь»? — спросила она Уолтера.

— «Простите, сэр», — подсказал он.

— Зануда. Возьмите что-нибудь в рот, да поглубже, вам полезно! — громко посоветовала она полу.

— Если он придет с тобой разбираться — мне придется устроить драку, — лениво отозвался Уолтер, слушая приглушенные ругательства снизу. Сосед ответил на вопрос Эльстер и добавил несколько слов от себя.

— Тоже мне, новость, — фыркнула она, узнав слово «шлюха». Уолтер поморщился, но просить так не шутить не стал.

— Дурацкий у вас все-таки язык, даже это слово на кайзерстатском лучше звучит.

— Язык как язык, — слабо улыбнулся он.

— Да ты только послушай, что вы со словами делаете! У тебя такое имя красивое, «Вальтер»! А вы чего из него сотворили?

Она честно старалась обращаться к нему на альбионский манер, но иногда все же получалось «Волтер».

— «Уолтер», вроде несложно.

— «У-о-о-олтер». «У-о-о-о»! Да так собаки воют, когда жрать хотят. Или любиться.

В ее глазах застыло искреннее возмущение издевательством над языком. Он несколько секунд ошеломленно смотрел на нее, а потом не выдержал и рассмеялся, зажав рот рукой, чтобы не потревожить Зои.

Эльстер все-таки села рядом и положила голову ему на колени. Несколько минут они просто слушали, как возится разбуженный постоялец, как он затихает, и наступает тишина.

— Звала бы Вальтером тогда, чего мучаешься, — наконец прошептал он.

— Да ладно уж, привыкла. Ладно, давай с Колыбели.

— Давай. Мы прибыли в Колыбель и мне сделали операцию. Я спал спокойно пару дней, но все время видел и слышал Джека.

— Я не знала…

Уолтер рассказал, как очнулся во время операции и про то, как левой рукой чувствует его прикосновения.

— Слушай, а помнишь ты про дневник рассказывал, про последние записи? Ты сказал, твой брат мужика какого-то застрелил, потому что он вроде как мертвых слышал.

— Мужик сидел в сумасшедшем доме и на нем психотропное оружие тестировали, — резонно заметил Уолтер.

— Но он сказал, что видел Кэт!

— Джеку по-хорошему тоже полагалось сидеть в сумасшедшем доме, — вздохнул он. — Мужик мог вообще молчать.

— Ладно, пусть его… В Колыбели я слышала голоса, когда нас на нижний этаж перевели. Тебе как раз стало получше. И тогда же ты опять начал кошмары видеть… Потом ты слышал голоса и видел кошмары в поезде, и голоса слышал Бен. Давай вспоминать, что мы делали такого.

— В Колыбели я едва ходил, пил воду, как советовали Бекка и патер Морн, и пытался подружиться с протезом. В поезде… в день, когда Бен слышал голоса… мы проснулись с похмельем, умылись, попили водички и я сел читать дневник. И в Колыбели я тоже его читал, но сомневаюсь, что он пропитан ядом.

— Ты сказал, что Зои вчера всю ночь слушала Бена. И сегодня опять…

— Она переживает, к тому же я спросил — ей не кошмары снятся.

— И мне приснилось… и тебе опять…

— Что-то мы упускаем.