Механик и все-все-все
Шрифт:
— Это ты опять на гроб намекаешь?
— Так он у тебя все-таки есть?!
Привычный обмен колкостями легко рассеял возникшее в начале разговора напряжение и помог на некоторое время забыть о щепетильной теме. Всего лишь на время. О том, что Алдар вскоре снова поднимет этот вопрос, я нисколько не сомневалась.
В Сатту-Маре приехали за полночь, но даже ночной заснеженный город поражал красотой улиц и завораживал обманчивой хрупкостью мостов. Ярко освещенные фонарями улицы, горящие неоновым светом витрины ресторанов и магазинов, старые особняки и здания с ажурными лоджиями, декоративными балконами, парадными входами, украшенными колоннами, статуями и лепниной… Все было гармонично и прекрасно. Казалось, что я окунулась в прошлый век, полный чопорности и загадок. Хотя насчет последнего я погорячилась. Мне вполне хватало и своих.
Въехав в Сатту-Маре, мы миновали столько мостов, соединяющих улицы, кварталы и дороги, что я сбилась со счета. Недаром его еще называют Речным. Десятки рек и ручьев пронзали город, словно серебряные вены, то сливаясь воедино, то развиваясь в самостоятельные потоки. Возможно, я ошиблась и не смогла рассмотреть всех деталей, но мне показалось, что в Речном городе не было одинаковых мостов. По крайней мере, среди тех, которые мы проехали такие не попадалось. Они отличались по ширине, высоте, форме — прямые или дугообразные, материалом, из которого были сделаны, отделкой перил и цветом фонарей. Некоторые были с длинными крышами, установленным на резных колоннах и украшенные фантастическими животными. Вдоль других стояли ажурные фонари и каменные изваяния то ли львов, то ли котов, я не успела рассмотреть, но, бесспорно, прекрасные и неповторимые. Каждый мост имел свой цвет фонарей и темные, не замерзающие даже в самую лютую зиму, воды отражали разноцветные огоньки ночных светил. Моментально возникла ассоциация с Новым годом и елкой. Мне даже на мгновение почудился аромат мандарин. Красивое место, которое могло принести мне как очередные неприятности, так и ответы на вопросы.
Алдар остановил машину недалеко от центра города в тихом уютном квартале с большими в основном трехэтажными домами. Старинный особняк, крыльцо и крышу которого украшали каменные горгульи различных размеров, производил удручающее впечатление. И именно в него (кто бы сомневался) постучал сир. Ему открыла высокая миловидная женщина с правильными тонкими чертами лица и собранными на затылке в тугую гульку каштановыми волосами. Ее губы растянулись в радушной приветливой улыбке и в свете фонарей блеснули аккуратные белоснежные клыки.
— Доброй ночи, Кира. Надеюсь, мы тебя не побеспокоили? — бархатным голосом спросил Алдар и галантно поцеловал протянутую женщиной руку.
— Я всегда рада видеть вас в моем доме, сир. Для меня это честь.
Голос у нее оказался нежным, обволакивающим и приятным на слух.
— Познакомься, Кира, это Катерина — мой очень хороший друг. Позаботься об этой девушке. Я оставляю под твою опеку очень важное для меня.
Сказанные слова прозвучали настолько двусмысленно, что я невольно покраснела. Крайне не хотелось, чтобы Кира поняла его неправильно.
Женщина окинула меня изучающим взглядом темно-синих миндалевидных глаз и приветливо улыбнулась. Я вежливо поклонилась в ответ и украдкой перевела дух. Опасаться мне было нечего — меня приняли в этот дом, а значит, и под свою опеку.
В ярко освещенной элегантной гостиной Алдар помог снять мне пальто и, положив его на спинку мягкого кресла, сказал:
— Свободно располагайся и чувствуй себя здесь, как дома. Если тебе что-нибудь понадобится, смело обращайся к Кире.
— А ты разве не останешься?
Было неприятно признавать тот факт, что без него я чувствовала себя не защищено и не так уверенно. Алдар тоже это понимал и не скрывал самодовольного злорадства, ярко отражающегося в его глазах.
— Нет, сегодня я здесь не останусь. Мне нужно кое с кем увидеться и решить пару текущих вопросов. Я заеду за тобой завтра вечером, но если ты хочешь… — соблазнительно протянул вампир, опасно сощурив змеиные глаза и низко наклонил ко мне лицо.
— Не-не-не, я ничего не хочу, — нервно затараторила я, махая в воздухе раскрытыми ладонями. — Меня все устраивает.
— Точно? — шутливо уточнил он, обнажив клыкастую ухмылку.
— Абсолютно. Не буду тебя больше задерживать.
Я неловко взяла с кресла пальто и направилась к Кире, стоящей возле широкой лестницы, ведущей на второй этаж, спиной чувствуя насмешливый взгляд вампира.
— А пожелать спокойной ночи? — донесся вслед ироничный вопрос.
Я обернулась и увидела небрежно облокотившегося о спинку кресла Элиша. Скрестив руки на груди, он пристально смотрел на меня, буквально сияя злорадным ехидством.
— Да, — почему-то сказала я и рассеянно скользнув взглядом по окружающей обстановке, последовала за весело хмыкнувшей вампиршей.
Вещи я разобрала сама, вежливо отказавшись от помощи хозяйки дома. Пожелав мне спокойной ночи, она ушла, тихо закрыв за собой дверь и оставив меня наедине с собственными мыслями. Считай, практически одну.
Комната, состоящая из огромной спальни и отдельной ванны, была на удивление уютной и без лишней роскоши. Элегантная, обставленная со вкусом невычурной, но дорогой мебелью мне она очень понравилась. Правда сразу заснуть не получилось и я долго ворочалась сбоку на бок на атласных простынях. Тело хотело отдыха, а мозг требовал активности. То ли я выспалась в машине, то ли так сильно встревожилась от встречи с Алдаром, но сон бежал от меня. А еще я сильно переживала, как меня сможет найти Шэйн, и когда мы встретимся. О работе, которой предстоит заняться с «доброй руки» Элиша я даже не вспоминала. К рассвету, когда небо потихоньку начало светлеть я все-таки уснула и счастливо проспала несколько часов на удивление крепким сном без всяких кошмаров и странных сновидений.
Утро встретило меня яркими теплыми лучами солнца, светящими прямо в лицо через незашторенное окно. Умывшись и приведя себя в порядок, я спустилась на первый этаж, где меня ждал сюрприз. Как оказалось впоследствии — неприятный. В гостиной, расположившись в тесной компании в мягких креслах вокруг овального журнального столика, сидела небольшая компания из трех человек — двух девушек и одного мужчины. Девушки приблизительно моего возраста, обе высокие, длинноногие сидели рядышком и что-то увлеченно обсуждали. Загорелая с золотистой кожей блондинка с ярко-зелеными глазами и чуть вздернутым носиком эмоционально рассказывала коротко стриженной изящной шатенке с алебастровой кожей, полными чувственными губами и холодными голубыми глазами о каком-то мужчине, посмевшем к ней обратиться. Ее возмущения были настолько громкими и полными обиды, что мне невольно стало жалко того незнакомца. Откровенно говоря, я так и не поняла, что больше всего оскорбило блондинку — то, что к ней обратились или то, что обратился не тот мужчина, которого бы ей хотелось. Шатенка согласно поддакивала и выражала искреннее сочувствие.
Не хочу выглядеть ханжой (притом, что именно таковой и являюсь), но эти девушки были из той категории людей, которых я больше всего не любила — самовлюбленные, эгоистичные барышни, не сложащие себе цены, прекрасно знающие, как их внешность влияет на окружающих и беспринципно этим пользующиеся.
Сии нелестные умозаключения подтвердились, когда на мое вежливое приветствие они окатили меня волной презрения и скуки, отразившиеся в профессионально отработанных взглядах. Оценили с ног до головы, не сочли достойной их общества и снова, демонстративно, хочу уточнить, возобновили прерванную «архиважную» беседу.
Раньше бы это меня сильно огорчило, выбило из колеи, расстроило и даже вызвало приступ самокритики. Это было бы раньше. А сейчас моей сформировавшейся, испытавшей тяжелые жизненные удары неустойчивой психике (отрицать последнее глупо), вредному холерическому характеру и самореализовавшейся личности было, пожалуй, больше смешно, чем все равно. На подобные вещи я научилась смотреть с иронией. Оказавшись в обществе таких людей (а как хочется нелицеприятно назвать особей) никогда не следует поддаваться их психологической атаке, направленной на унижение. Игнорируйте их, ведите себя спокойно и, естественно, тогда к вам либо потеряют интерес, либо сами растеряются. А в идеале лучше не травмировать себя и не искать общения с такими людьми. Ничего полезного это не принесет, а вот хлопот и плохое настроение — сколько угодно.