Чтение онлайн

— Скорее звучит, как название книги ужасов, а не сказки, — мрачно цыкнул он, пролистывая рассказ. — Впервые вижу. А так разные байки, приметы и легенды про эту птицу знаю. Тебе, что в детстве сказок не дочитали, что ты сейчас на них подсела?

— Мне их вообще не читали, — ничуть не обидевшись на ядовитое замечание инженера, ответила я. — Мне дед на ночь механику сплошных сред читал. Я все время на тридцать второй странице засыпала.

— Трудное у тебя было детство, — наигранно сочувственно вздохнул друг. — Железные игрушки, ночной горшок ручками вовнутрь…

Я попыталась стукнуть его вырванной из рук книгой, но он, глумливо хохоча, успел вывернуться и избежать праведной (кто бы сомневался) кары.

— Ну, хоть с тобой нормально пообщаюсь, — все еще хохоча и держась от меня на расстоянии, сказал друг. — Мне к той компании подходить страшно. Такое впечатление, что я бомжара, ввалившийся на королевский прием.

— Ты тоже успел с ними познакомиться? — сочувственно улыбнулась я. — А тебе известно, что они целители?

— Да и притом довольно знаменитые. Их услуги могут позволить себе не все. Далеко не все.

— И это те, кто должен спасать людей, — грустно вздохнула я, в очередной раз, удивляясь превратности жизни.

Мы еще посидели, болтая ни о чем, вспоминая празднование Нового года, перебивая друг друга и озвучивая особенно смешные моменты. За этим нас и застала Кира.

— Только что я получила весть от Алдара — к сожалению, обстоятельства не позволяют ему освободиться сейчас и он просит передать, что сможет увидеться с вами и все объяснить только вечером. В качестве извинения сир заказал вам столики в нашем самом лучшем ресторане. Илья и девушки уже собираются туда идти.

Время как раз подходило к обеду и предложение Элиша оказалось весьма кстати. Идти вместе с целителями нам не особо-то и хотелось, но отказываться от такого (к тому же, бесплатного обеда в фешенебельном ресторане) было некрасиво, а обременять своим навязчивым присутствием Киру неловко. Я и так удивляюсь, как она вообще нас всех здесь терпит.

Переглянувшись со мной, Азарий равнодушно пожал плечами мы тоже пошли собираться.

Хотелось бы сказать, что наше триумфальное присоединение к компании целителей вызвало у них если не восторг (размечталась), то хотя бы вежливое отношение. Хотелось бы, но не могу. Нас окатили т-а-ким взглядом, что сравнение Азария с бомжами показалось мне вполне удачным.

Илья галантно помог девушкам надеть дорогие шубки и придержал для них дверь.

— Даже не думай! — предупредила я развеселившегося друга, решившего тоже побыть галантным кавалером и придержать дверь для меня. — Ты уже один раз отодвинул для меня стул в гостинице на Иштаре. Помнишь? Чуть без ноги не оставил, а сейчас на голову покушаешься?

— Тю на тебя, — беззлобно отмахнулся он. — Уже и поухаживать за собой не даешь.

— Ну ладно… — милостиво согласилась я, подхватывая дурашливое настроение инженера. — Для тебя сегодня все что угодно.

— Вашу ручку, ме-е-дам, — вытянувшись по струнке и подставляя согнутую в локте руку, шутливо прогнусавил он.

Сделав книксен, по пути зацепив подставку для зонтиков и тростей, я взяла его под локоток, и мы вышли из дома, сопровождаемые облегченной и ироничной улыбкой Киры.

Погода на улице была диво, как хороша. Яркое солнце светило с безоблачного прозрачного голубого неба. Щедро рассыпанный Хозяйкой Зимой пушистый снег миллиардами снежинок слепил глаза, сияя под морозными лучами зимнего солнца. Холодный воздух щепал нос и щеки, заставляя плотнее кутаться в шарф и поднимать воротник. При свете дня Сатту-Маре оказался еще прекраснее. Переливающиеся расплавленным серебром реки. Железные, каменные, кирпичные, мраморные и деревянные мосты и мостики захватывали разнообразием отделки и мастерством резьбы. Памятники, каменные изваяния и статуи, бюсты и обелиски изображали исторических деятелей и известных меценатов, легендарных героев из прошлого и любимых персонажей из народного фольклора, животных и сказочных существ. Над ними потрудились настоящие мастера своего дела, вкладывая в свои творения душу и вносящие в каждую черточку, линию, морщинку и складку одежды жизнь.

Вдоль мощенных дорог росли карликовые морозоустойчивые деревья, радующие глаз пышной зеленью среди белоснежной зимы. По улицам носилась детвора, радостно смеясь и вереща, совершенно не обращая внимания на холод. Степенно прогуливались жители, мелькали уличные торгаши, продающие с лотков сладости и горячую выпечку. Один раз мы прошли мимо большого круглого катка, который оказался искусственно замороженным озером. По дороге проезжали машины и цокали копытами лошади, запряженные в повозки и кареты.

Жизнь текла своим привычным чередом. Кто-то торопился, шел домой или на работу, просто гулял или занимался важным делом. Из стоящей чуть вдалеке, возле каменного изваяния крылатого волка, стайки пацанят, еще первоклашек, полетел снежный комок и попал в идущего впереди грузного мужчину в добротной каракулевой шубе. Он сердито замахал кулаками, грозя убегающей с визгом ребятне. Отряхнулся и все так же степенно продолжил свой путь.

Целители уверенно шли впереди, всем своим видом демонстрируя, что здесь они не впервой и прекрасно знают город. Анита и Кристина шагали вместе, взявшись под локотки и кутаясь в шубки. Илья шел рядом, то и дело, поглядывая на своих подопечных и изредка оборачиваясь на нас.

— Азар, ты хоть знаешь, куда нам нужно идти? — запоздало спросила я и сильнее схватилась за его руку, поскользнувшись на скрытом под снегом льду.

— Знаю, — уверено ответил он, крепче меня поддерживая. — Дом Киры находится почти в центре, а от него до ресторана «Гранат» пятнадцать минут ходу. Мы уже практически на месте.

— А ты откуда знаешь?

— У меня здесь дальняя родственница живет, я к ней иногда приезжаю, поэтому и город знаю неплохо. «Гранат» между прочим, самый дорогой ресторан в Сутту-Маре. В нем только сливки общества обедают.

Почему-то настроения мне это не добавило.

«Гранат» оказался двухэтажным зданием с широкой площадкой и украшенный золочеными узорами, вылепленными в форме листьев и плодов граната. Ярко и эффектно. Сквозь прозрачное, кристально чистое стекло парадных дверей великолепно просматривался шикарный холл, за круглой стойкой которого стояла элегантно одетая женщина.

Мне не к месту вспомнилась сотрудница регистратуры в нашей районной поликлинике. По крайней мере, похожее выражение лица, улыбающегося исключительно при виде главврача, наводило на грустные мысли о никчемности собственного существования.

Двери нам открыл, одетый в малиновый теплый фрак дворецкий. Как и ожидалось, вокруг целителей «регистраторша» запорхала майской бабочкой. Вот-вот опылять начнет, а мне и Азарию достался возмущенный, почему-то обиженный взгляд.

Я поводила кончиком сапога по дорогому ковру, и мое лицо приобрело тоскливое выражение.

— Ты чего? — шепотом спросил друг, наклоняясь мне к уху.

— Я, наверное, не пойду.

— Это еще почему?

— Вдруг там в своей обуви не пускают и разуваться заставят, а я через сапог чувствую, что у меня носок порвался… На большом пальце.