Чтение онлайн

Орель оглядел море, но не увидел ни лодок, ни парусов вдалеке. Хотя, на его взгляд, было самое время для рыбного промысла. Но предположил, что рыбаки просто уплыли глубже в море.

— Орель, пока нас никто не слышит. Думаю, ты сам это осознаешь, но проговорю. Не называй моего имени.

— Я понимаю.

— И особенно перед стражниками. В Совете Меркаторов отец занимал должность командира ополчения и первого капитана стражи. И вот именно они не простили предательства. Даже нам.

— Буду молчать, понимаю. Ты знаешь, как найти ныряльщиков?

— Они помечают дома ракушкой. Пошли посмотрим.

Орель и Готтольд приблизились к краю деревни. В ближайших к ним дворах залаяли собаки. Из-за плетеного забора выглянул подросток. Механик махнул ему, тот не ответил на приветствие. Прошли вглубь. Остановились рядом с каменным домом. Виглер огляделся и указал рукой на распахнутые ворота хозяйства. На каждую створку прикрепили по дюжине крупных, с ладонь размером, раковин от моллюсков.

Орель первым зашел во двор. В тени от дома на трехногом табурете сидел сильно загорелый мужчина. Он чинил рыбацкую сеть, подвязывал пеньковую веревку, восстанавливая порванные ячейки. Увидев гостей, ныряльщик отложил работу.

— Вас из Наяхафена прислали?

— Что? — переспросил готовившийся заговорить кукольник.

— Мы ждем помощь от городских. Но это, похоже, не вы двое.

— Да. У тебя на воротах прилеплены ракушки. Меняешь веркштейн?

Рыбак тяжело поднялся, отряхнул ладони и подошел к гостям. С уважением посмотрел на механический глаз Готтлиба.

— Бывает, и меняю. Что предлагаешь за камень?

— Серебро. Таллеры.

Это явно заинтересовало рыбака. Он неожиданно вернулся за табуретом, встал на него и тоскливо посмотрел на залив. Орель проследил направление взгляда мужчины. На границе моря виднелась плоская серая скала. А на ней лежало нечто… яркое. Отсюда не удавалось рассмотреть, что именно там находилось.

— До сих пор на солнце греется.

Готтольд привстал на цыпочки и зажмурил правый глаз. Через веркштейновую линзу он лучше смог рассмотреть предмет на скале. По лицу стало заметно, что увиденное ему не понравилось. Виглер повернулся к ныряльщику.

— Давно приплыл?

— Позавчера. Они двигались в город и от стаи отбился один. Хромой старик. Поселился у нас на мелководье. Ну и в море не выходят ни рыбаки, ни ныряльщики.

Орель прищурился, стараясь лучше рассмотреть создание на камне. Но размеры и пропорции явно отличались от человеческих или даже увиденных у народа моря.

— Я не могу разобрать, что там. Это не озирт.

И кукольник, и ныряльщик одновременно шикнули на него. Не нужно называть существ вслух. Орель понимающе кивнул и жестом пообещал больше не говорить. Готтольд перехватил инициативу.

— Чуть попозже объясню. Хозяин, так что, у тебя может есть запасы камня?

— Сколько хотите?

Механик показал сжатый кулак.

— Примерно такого размера. Можно чуть меньше. Ну и если предложишь мелочь, не откажусь.

— Большого точно не продам. Есть постоянные покупатели, нужно им отправить. А новые искать сейчас не с руки, со стариком в заводи.

Орель непонимающе спросил:

— А почему просто не отойти на милю-две в сторону и нырять в безопасности?

— Стражники обещали прогнать его за следующие несколько дней. Если не справятся — то конечно начнем по берегу ходить. Но тогда придется искать новые выходы жил или на удачу высматривать принесенные волнами самородки.

— Понял тебя, хозяин. В деревне еще у кого-то можно купить веркштейн?

— Попробуйте, конечно. Но уверен, что все в такой же ситуации.

Орель и Готтольд вышли со двора, подошли ближе к морю. Отсюда удалось лучше рассмотреть создание на скале. Ничего подобного механик прежде не видел. Внешне оно напоминало ракообразных из его родного мира. Вытянутое тело, покрытое хитиновой броней в разноцветных ярких пятнах. Издалека насчитал пять пар ног и большие поджатые клешни, которые выглядели словно сложенные в молитве руки. Пара сферических глаз на стеблях. Заканчивающийся плоским плавником рачий хвост.

Потом пришло осознание размеров существа. Оно было крайне крупным. Высотой со среднюю лошадь и раза в два длиннее. По оценке механика, от удара клешни этого создания не защитит даже полный стальной доспех.

— Готтольд, что это?

— У нас их называют морскими медведями.

Механик хмыкнул. Никакого сходства не заметил.

— Подобно людям, море тоже приручают разных существ. Создание на скале — это одновременно и ездовое животное, и боевое. Обычно обитают на больших глубинах, но могут всплывать и даже кое-как двигаться по суше. Честно скажу, своими глазами вижу медведя впервые. Помнишь, к нам приходили с заказом на раскраску гарпуна? Наверное, от их процессии отбился.

— Такой и борт корабля может пробить.

— Запросто. Панцирь у них крепкий, а сила удара клешнями чудовищная. Их надежно только огнестрельное оружие убивает. И ядра, и брошенные в воду бочки с порохом. Ну так что, пройдемся еще по ныряльщикам или отправимся в следующую деревню? До нее мили три с половиной.

— Подожди.

Орель задумчиво смотрел на радужный хитин морского медведя. На его глазах существо поднялось на ноги, повернулось и снова легло, приняв более удобную позу. Расстояние от крайних домов деревни до скалы составляло порядка двухсот ярдов. В это время был отлив. Ближе к вечеру вода подберется к самой границе поселения.

— Мы должны им помочь.

Это станет еще одним камнем в фундамент его репутации. Деревня, которую спасет лично он, либо в союзе с республиканской стражей. И в этом случаем потребность механика в веркштейне станет приоритетнее для местных ныряльщиков. Но прежде нужно прогнать или убить пришельца.

А вот Готтольд его энтузиазма не разделил. Он скептически покачал головой.

— Орель, как ты хочешь это осуществить? Заколоть шпагой?

— Пока не знаю. Можно поговорить с местным гарнизоном, предложить свою помощь.

— Ты не ответил. Что именно собираешься делать?

Но механик только пожал плечами. Пока он знал слишком мало, чтобы предложить хоть какое-то решение. Он вспомнил увиденных утром стражников с пушкой в телеге. Похоже, ехали они именно сюда. Возможно, стоило дождаться их и предложить помощь.

На всякий случай посетили еще двоих ныряльщиков из Глубокого. История повторилась — у обоих были обязательства перед постоянными покупателями. Последний ныряльщик, молодой парень, живший в глинобитной лачуге на окраине, предложил самородок примерно в половину от требуемого. Пока механик думал, Готтольд отказался. Озвученная цена показалась завышенной раза в полтора.