Чтение онлайн

— А чем расплачиваетесь вы, лейтенант? — спросил Исайя.

— Мигренями и головокружением. Однако они вызваны ранением в самом начале моей службы, чем изменениями в теле.

— Почему? — поинтересовался подполковник.

— Я стал офицером абсолютно случайно, и мне не пришлось проходить курс подготовки полной интенсивности.

Исайя распрямился, сложил перед собой руки, как примерный школьник, и попросил:

— Расскажите все более подробно.

Ен поерзал на стуле и, устраиваясь поудобнее, откинулся на спинку.

— Я начинал службу как рядовой пехотинец регулярных частей, — начал он, — но во время одной из стычек наш полк попал в горах в окружение и моему взводу было приказано идти на прорыв и отвлекать на себя силы землян, чтобы все остальные части могли бы выбраться на равнину. Однако во время задания наш лейтенант и сержант погибли, и тогда мне пришлось взять на себя командование. Это получилось случайно, из-за обвала склона скалы, но наш взвод тогда успешно выполнил задание, обеспечил безопасное отступление для полка и при этом не понес практически никаких потерь. А мне выдали медаль, сделали героем и отправили в военную академию, где весь курс подготовки мне пришлось пройти всего за шесть месяцев, после чего я получил первое офицерское звание. Дальнейшее обучение проходило уже в части под руководством моего бывшего командира.

Ен замолк, затем растерянно моргнул и заметил:

— Но вы ведь уже это знаете…

Исайя кивнул, наклонился вбок и посмотрел за спину Ена на его спутников.

— Мы-то знаем, но вот ваши товарищи до сих пор в полном неведении относительно настоящего вас и знают только ваше место службы, должность и имя, которое тоже вам не принадлежит, Ен. Или же вы предпочтете, чтобы я называл вас полным именем — Денис Вацлав?

Лейтенант поморщился и чуть напрягся, почувствовав направленные на его спину взгляды. Что в этот момент о нем думали его спутники, он не знал и даже не хотел оборачиваться, чтобы попробовать прочитать их мысли по их лицам. На них должно было быть написано «лжец», и он боялся их выражений.

— Нет, — поморщился лейтенант, отвечая на вопрос Исайи, — за четыре года меня никто так не называл, и я уже давно привык считать себя Еном.

— Хорошо, — кивнул подполковник, — тогда давайте будем откровенными до конца и расскажем, кто именно помогал им добраться до нас и почему вы так внезапно травмировались.

Позади Ена послышался сдавленный возглас Марата, на которого тут же зашипел его брат. Они действительно ничего еще не знали. Их просто привели в эту комнату, где уже сидели Ен с подполковником, встретивший все вопросы пленников гробовым молчанием. Он что-то затевал в их отношении, но раскрываться пока не спешил, решив подойти к главной теме, собравшей их всех здесь, издалека.

— Тогда начинайте вы, Исайя, — предложил Ен, скрестив на груди руки.

Подполковник кивнул, набрал в легкие побольше воздуха и приступил к рассказу, тщательно подбирая слова, дабы ни у кого не оставалось никаких вопросов.

— Для начала позвольте мне объяснить причину, побудившую нас наложить на руку вашего товарища шину. Если вы подумали, что это наших рук дело и мы подвергали его «контактным» методам допроса, то вы глубоко заблуждаетесь — мы не применяем настолько варварских методов. — Подполковник поднял со стола консоль и продемонстрировал своим собеседникам запись. Экран был совсем небольшой, однако всем удалось прекрасно понять, что там происходило и кто был главным действующим лицом. — Как вы понимаете, ни я, ни кто-либо другой из командования нашей части не имеет отношения к этим людям в масках. Если бы я хотел каким-либо образом причинить лейтенанту боль, то ничто не помешало бы мне это сделать. К тому же мы обошлись бы без этого маскарада и моим людям было бы выдано настоящее оружие, а не какие-то трубы и ножи. — Исайя встрепенулся, словно вспомнив что-то, и задумчиво посмотрел на Ена, — Кстати, лейтенант, а почему вы так милосердно обошлись с нападавшими и никого не убили?

Ен пожал плечами.

— Просто не видел в этом смысла. У них ведь не было настоящего оружия.

— Как я и думал, — кивнув, пробормотал подполковник, — с вашей стороны это был всего лишь расчет, а этим дуракам просто повезло, что весь арсенал находится под контролем.

— Думайте, что хотите, — снова пожал плечами Ен, в нервном напряжении ожидая следующих слов Исайи. Казалось, сверлящие спину взгляды уже можно было ощутить физически, настолько внимательно все смотрели на него.

Подполковник, крутанув консоль, повернул её к себе, вызвал директорию памяти и начал водить пальцем по списку файлов. Не отводя взгляда от экрана, он продолжил:

— Так вот, напавшие на лейтенанта люди являются его давними поклонниками и все они когда-то служили в одном полку. Вы, конечно, можете мне не верить, но ваш товарищ является очень известной личностью не только среди своих, но и среди наших солдат. Ему давали множество прозвищ, самыми распространенными из которых были — Синигами — Бог смерти, Ассасин, Сатаниста и так далее, но остановиться мы все же решили на первом, как всецело отражающем сущность этого человека. Мы все признаем, что лейтенант самый совершенный убийца из всех, с кем нам когда-либо приходилось сталкиваться. — Подполковник сделал паузу, исподлобья кинул взгляд на приведенных Еном людей и, повергая их в шок, закончил: — Его умения, навыки и способности просто поражают, ведь количество убитых им за два с половиной года человек приблизительно равно тысячи.

Первые секунды никто не смог поверить словам Исайи. Это была настолько огромная цифра, что все просто отказывались в нее верить. Десять-пятнадцать куда ни шло, ведь все таки шла война, а Ен был элитным воином, но тысяча… Ни один человек не способен забрать столько жизней и остаться нормальным. Никто не может после такого просто называться "человеком".

Первым пришел в себя Марат. Он вскочил на ноги, крепко сжал маленькие кулачки и со слезами на глазах закричал:

— Я не верю! Ты все врешь, землянин! Ен не способен на такое, он… он… — Голос мальчика задрожал и он яростно выпалил: — Он ведь добрый!

Лицо Ена дрогнуло, он поднес пальцы к вискам и закрыл глаза. Он хотел обернуться к мальчику и сказать, что подполковник все врет, ошибается, путает его с кем-то другим, но не мог — это все было бы ложью, а Марат легко почувствует это. Ен просто боялся посмотреть ему в глаза. Он не хотел видеть разочарование и ненависть в глазах ребенка.

Исайя наконец нашел, что ему было нужно в памяти консоли, поднял её и продемонстрировал всем изображение черного «Ирбиса», раскраска шлема которого своими линиями напоминала череп. Изображение сменилось, и вот уже этот «Ирбис» оказался заснятым на фоне горной вершины со снайперской винтовкой в руках. Он даже не пытался прятаться — казалось, он просто красовался, выставлял себя напоказ. Картинка снова поменялась, появились машины землян, вид их челнока на взлетном поле и где-то вдалеке, за камнями, было едва различимо черно-белое пятно.

— Таких фотографий у нас несколько сотен. — Исайя положил консоль на стол и вперил тяжелый взгляд в Марата. — И на них всех изображена броня твоего доброго друга.

— Это ведь все неправда, так? — шепотом спросил Марат, на ощупь ища руку брата.

Ен обернулся, кинул на мальчика быстрый взгляд и, уронив голову на грудь, ответил:

— Правда. Все что говорит этот землянин, чистая правда.

Силы внезапно покинули мальчика, он грохнулся на стул и заплакал. Человек, который был ему симпатичен, на которого он хотел равняться, оказался обычным убийцей. Причем самым лучшим, безжалостным и беспощадным.

Илья с грустью посмотрел на брата, положил ему на плечо руку, но тот скинул её и, согнувшись пополам, уткнулся в свои колени.

— И ты, Ен, сделали все это в одиночку? — спросил Илья, посмотрев на него как на совершенно незнакомого ему человека.

— Да, — ответил за лейтенанта Исайя, — это его персональный счет. Лейтенант почему-то предпочитал выполнять все свои диверсии в одиночку. Ранее мы думали, что ваш товарищ был обычным рядовым бойцом, но он сам признался, что являлся командиром группы. Мне бы хотелось услышать от вас, Ен, объяснение этому вашему поведению. Вы считали нас такими слабыми противниками или были настолько уверены в себе?