Мэллори
Шрифт:
— Я чувствовала в вас фальшь… — произнесла Энн. — Хорошо, я не буду сопротивляться. Я слышала, что сказал ваш приятель. Он убийца, да?
— О господи, нет! Ренли и мухи не обидит. Он приехал в Англию с товарищами вашего брата. Стрелял Ян. Ян, помните? Поляк?
Девушка была в таком смятении, что даже не испытывала страха.
— Что все это значит? Зачем вы оба сюда пришли?
— Извините, объяснения позже, — ответил Корридон, когда в комнату вошел Ренли с охапкой ремней и шарфов, найденных в спальне Энн. — Наблюдай за двором, — велел он, взяв два ремня.
Ренли подошел к окну.
— Так вы не будете сопротивляться?
Корридон отпустил руку девушки, но внимательно за ней следил, подозревая, что она станет кричать. Однако Энн тихо сказала:
— Нет. Что я должна делать?
— Повернитесь и заложите руки за спину.
Она повиновалась, и Корридон быстро связал ее запястья.
— Не очень туго? — спросил он, удивляясь, до какой степени ему не нравятся собственные поступки.
— Нормально.
Корридон смял в кулаке шелковый носовой платок, который дал ему Ренли.
— Откройте рот.
Теперь ей стало страшно.
— Я не буду кричать, — пообещала она и попятилась.
— Послушайте, если произойдет какой-нибудь срыв, и вас найдут в таком виде, то непременно захотят узнать, почему вы не позвали на помощь, — терпеливо разъяснил Корридон. — Кляп необходим — для вашей же пользы.
Энн немного побледнела, но позволила заткнуть себе рот.
— Ну вот и отлично, — бодро проговорил Корридон. — Давайте пройдем в спальню. Будете лежать на кровати, пока все не останется позади. Как только они уйдут, я вас развяжу.
Они миновали крошечную прихожую и попали в спальню. Девушка села на кровать и подняла на него полные страха и беспокойства глаза.
— Я хочу, чтобы вы мне верили, — сказал Корридон, становясь на колени и связывая ее ноги. — С вами ничего не случится, даю слово. Как только они уйдут, я вас тут же освобожу. А теперь лежите спокойно. Надеюсь, вам не очень неудобно?
Энн откинулась на подушки.
— Приставляю, что вы сейчас думаете, — продолжал он, желая во что бы то ни стало ободрить ее. — Все будет хорошо. Вы ведь не боитесь, а?
Девушка поколебалась немного, потом отрицательно покачала головой. Корридон похлопал ее по плечу, улыбнулся ей и поспешил в студию.
— Ну как? — спросил он, заглядывая через плечо Ренли в окно.
— Думаю, они осматривают каждый дом, один за другим, — ответил Ренли. Стоя рядом, Корридон чувствовал его дрожь.
— Должен сказать, что вы просто напрашиваетесь на неприятности. Чистое безумие — говорить о таких вещах при посторонних!.. Так что же произошло?
Ренли глубоко вздохнул.
— Ян прикончил двух полицейских! Дурак, сумасшедший кретин!.. Он что-то заподозрил и обвинил меня в предательстве. Я все отрицал. Тогда он вытащил пистолет и стал мне угрожать — прямо в гостинице, в комнате отдыха! И, разумеется, вошел постоялец и это увидел. Жанна поняла, что пахнет жареным, и велела нам складывать вещи. Мы уже спускались по лестнице к выходу, когда появились полицейские. Один из них бросился к Жанне, и Ян спокойно его застрелил. Второй и пошевелиться не успел, как Ян и его ухлопал… Самое хладнокровное убийство, какое я видел!
Корридон закурил.
— Единственное, чего не следует делать в этой стране, так это убивать полицейских, — мрачно сказал он. — Хуже неприятностей не бывает… Что потом?
— Я, наверное, потерял голову, — продолжал Ренли тихим голосом. — Сообразив, что они мертвы, я бросил вещи и выскочил на улицу. На гостиницу глазели прохожие — видимо, услышали выстрели. Представляю, какой у меня был вид. Один тип попытался остановить меня, но я вывернулся. — Ренли неожиданно обернулся. Его лицо подергивалось. — Вы можете мне не поверить, но Жанна выбежала из гостиницы с диким криком «Держите его!», словно я убийца. Естественно, все бросились за мной, а Жанна и Ян в суматохе сели в полицейскую машину и укатили. Они проехали мимо, даже не взглянув, на меня, а за мной гналась разъяренная толпа…
Корридон скрыл усмешку.
— Железное самообладание!.. Ну, продолжайте. Как вы сюда попали?
— Мне повезло. Один раз я налетел прямо на полицейского, но вырвался и удрал. Я путал следы, прятался, снова бежал. Потом взял такси до вокзала Виктория. Когда я расплачивался с водителем, нас догнала полицейская машина, и один из фараонов заорал шоферу, чтобы тот меня задержал. Но мне опять удалось бежать, и все началось сначала. Потом я сообразил, что нахожусь рядом с Чейни-Уок. Если бы я не завернул сюда, меня бы поймали.
Корридон хмыкнул.
— Долго оставаться вам здесь нельзя. Вы все испортили, Ренли, спутали мои карты. Я только успел наладить контакт, как появились вы.
Однако Ренли не слушал, занятый собственными переживаниями.
— Кто поверит, что я невиновен? — пробормотал он сквозь стиснутые зубы. — Те двое — настоящие дьяволы! Сперва они свалили на вас убийство Крю, а теперь хотят подставить меня.
— Действительно, дьяволы, — согласился Корридон с улыбкой. — Но это не значит… — Он замолчал, ткнул Ренли локтем и кивнул в окно. — Вот они!
Двое полицейских и плешивый человечек в бежевом вельветовом костюме, скромно державшийся чуть сзади, вышли из-за ряда коттеджей и направились к дому номер 2-а.
— Ступайте в спальню! Предоставьте это мне, — велел Корридон. — И будьте наготове — возможно, вам придется уходить в спешке.
Звонок раздался, когда Ренли был уже в спальне. Корридон дал ему время закрыть за собой дверь, потом пошел открывать.
— Что вам угодно? — небрежно поинтересовался он.
— Мы ищем человека, который находится где-то здесь, — резким голосом ответил один из полицейских и вытянул шею, заглядывая в прихожую. — Высокий, худой, однорукий и одноглазый. На лице шрам. Одет в плащ зеленого цвета и черный берет.
— Такого не видел.
К двери протолкался плешивый. Его маленькие водянистые глазки смотрели напористо и зло, небритый подбородок был агрессивно выпячен вперед.
— А вы кто? — спросил он. — Я вас раньше не видел.
Корридон смерил его надменным взглядом.
— Вам не мешало бы побриться, — заметил он с издевательской улыбкой. — Или вы отпускаете бороду?
— Кто вы такой?!
Толстые и дряблые щеки человечка в бежевом костюме налились пунцовой краской.
— Меня зовут Хэнли. Я старый знакомый мисс Мэллори. А вам что за дело?