Чтение онлайн

492 91. Луи де Можирон, барон д’Анпюс (1560-1578) – фаворит короля, сын Лорана де Можирона, генерального наместника Валета [493], Молеона [494], Ливаро [495] и некоторых других – покинуть его дом и перейти на службу к королю. Он очень сожалел, что позволил [124] мне совершить путешествие во Фландрию, так как стало известно, что на обратном пути мне готовят какие-то неприятности из-за ненависти к нему: то ли посредством испанцев, предупредив их о том, что я вела переговоры во Фландрии в его пользу, то ли силами гугенотов, дабы отомстить за поражение, которое он нанес им, начав с ними войну после того, как оказал им помощь.

Все изложенные выше обстоятельства заставили меня призадуматься. Я поняла, что вынуждена буду на обратном пути проезжать через земли разных партий, тем более что самые знатные лица в моем собственном окруДофине. Славился безудержной храбростью, в 1577 году при захвате гугенотского Иссуара потерял глаз. В 1578 году покинул дом Франсуа Алансонского, где числился ординарным камергером, и перешел на службу к королю в должности ординарного камер-юнкера. Погиб во время знаменитой «дуэли миньонов» 27 апреля 1578 года. Двоюродный брат барона де Ливаро (см. ниже).

493 92. Жан-Луи де Ногаре, сеньор де Ла Валетт (1554-1642) – сын гасконского дворянина Жана де Ногаре и Жанны де Сен-Лари, будущий герцог д’Эпернон (1581) и «архиминьон» Генриха III. В 1575-1576 гг. – камер-юнкер герцога Алансонского. В 1576 году сопровождал Генриха Наваррского во время его бегства из Лувра, позже (в 1577 году) перешел на службу к королю Франции в должности камер-юнкера. Сыграл важную посредническую роль между обоими монархами в 1580-е годы. Во времена малолетства Людовика XIII приобрел огромную самостоятельность, которой лишился при кардинале де Ришелье.

494 93. С этим персонажем долгое время происходила путаница. Французские ученые – издатели мемуаров королевы Наваррской – Ив Казо (1971) и Элиан Вьенно (1999) уверенно определяли его как Жиро де Молеон. Дело в том, что в 1570-х годах в доме герцога Алансонского действительно формально числился Жиро де Молеон, сеньор де Гурдан (1509-1593), губернатор Кале, кавалер ордена Святого Духа (1585), который редко бывал в Париже и постоянно проживал в своем губернаторстве. В описываемое время, в 1577 году, он прибыл ко двору в связи с заключением мира с гугенотами. Однако ему не было надобности переходить на службу в дом короля, поскольку он и так был доверенным лицом Генриха III. Поэтому (и не только) в своей книге «Фавор короля. Миньоны и придворные во времена последних Валуа» (2001) французский историк Никола Ле Ру усомнился, что речь идет именно о нем. Для роли и статуса миньона короля (по определению, молодого человека) престарелый сеньор де Гурдан явно не подходил. Скорее всего, Маргарита имела в виду не его. В штате Генриха III с 1578 года числился некто Жан-Антуан, сеньор де Молеон, ординарный камергер короля. Г-н Ле Ру с сожалением отметил, что документальных сведений о нем почти нет (правда, известно, что в 1579 году он женился на Жанне де Шомон-сюр-Луар) // Nicolas Le Roux. La faveur du Roi. Mignons et courtisans au temps des derniers Valois (1547-1589). Paris, 2001. P. 233. Очевидно, что Ле Ру не был знаком с исследованием регионального гасконского историка начала прошлого века Жана де Жаргена, много писавшего об истории семьи Грамонов. В одной из своих статей Жарген подтверждает, что именно Жан-Антуан, барон де Молеон и Барусс (род. ок. 1550), также из гасконцев, которых так любил приближать к себе король, являлся фаворитом короля Генриха III. Он был сыном барона Франсуа де Молеона и Катрин де Клермон и приходился двоюродным братом другому королевскому миньону – Филиберу де Грамону, графу де Гишу (см. выше), см.: Jean de Jargain. Corisande d’Andoins, Comtesse de Guiche et dame de Gramont // Revue internationale des 'etudes basques. № 1, 1907. P. 118-119.

495 94. Ги д’Арсес, барон де Ливаро (1556-1581) – сын дворянина из Дофине Жана д’Арсеса, сеньора де Лисье и Ливаро, камер-юнкера Генриха III, и Жанны де Можирон. До 1577 года числился шталмейстером Франсуа Алансонского, затем стал камер-юнкером дома короля. Фаворит Генриха III, как и его двоюродный брат Можирон (см. выше), участник «дуэли миньонов» 1578 года, в которой получил серьезное ранение. Погиб во время очередной дуэли с маркизом де Меньеле, поссорившись с ним во время королевского бала в Блуа. Лакей Ливаро в отместку убил маркиза.

жении разделились в своих симпатиях на приверженцев испанцев и гугенотов: господин кардинал де Ленонкур уже давно был подозреваем в сочувствии к партии гугенотов, а о господине Дескаре [496], брате господина епископа Лангрского, говорили, что он обладает сердцем испанца. Переполненная сомнениями и противоречивыми мыслями, я могла поделиться ими только с госпожой принцессой де Ла Рош-сюр-Йон и мадам де Турнон, которые, представляя себе грозящую нам опасность и видя, что потребуется пять или шесть дней, чтобы добраться до Ла Фера, уповая каждый миг на милосердие враждующих сторон, ответили мне со слезами на глазах, что только Бог один сумеет спасти нас от этой опасности, и чтобы я доверилась Его воле и приняла то решение, которое Он мне подскажет. Что же касается их самих, одна из которых нездорова, а другая стара, то я не должна опасаться и оглядываться на это, ибо обе они будут находиться рядом со мной повсюду, чтобы помочь выйти из трудного положения.

Я говорила на эту тему с епископом Льежским, который относился ко мне по-отечески и поручил своему главному распорядителю сопровождать меня на лошадях так далеко, как только возможно. И так как было необходимо получить разрешение на проезд от принца Оранского, я отправила за этим Мондусе, который был знаком с ним и склонялся к его религии. Мондусе [125] не вернулся. Я прождала его два или три дня и поняла, что если его ждать и дальше, как постоянно советовали мне 496 95. Сеньором д’Эскаром (Дескаром) был брат епископа Лангрского (см. выше) Жан де Перюсс, граф де Ла Вогюйон, принц де Каранси (ок. 1517-1595). Однако, в отличие от своего брата, он не принимал участия в миссии Маргариты. Французских издателей «Мемуаров» этот факт ставил в тупик. Элиан Вьенно предположила, что Маргарита, будучи знакомой с ним во время своего пребывания в Наварре, перенесла его происпанские настроения на более раннее время – в 1577 год; видимо, младший брат д’Эскара, епископ, придерживался таких же взглядов. См.: Marguerite de Valois. M'emoires et autres 'ecrits. 1574-1614 / 'Ed. 'Eliane Viennot. Paris, 1999. P. 165.

поступить господин кардинал де Ленонкур и шевалье Сальвиати, мой первый шталмейстер [497], плетущие одну интригу, я тут и останусь, не тронувшись с места. Я приняла решение выехать утром следующего дня. Эти двое поняли, что не смогут помешать мне с отъездом, используя этот предлог, и [тогда] Сальвиати, вступив в сговор с моим казначеем (также являвшимся скрытым гугенотом), попросил его сказать мне, что у нас совсем нет денег, и нечем даже расплатиться за гостеприимство. Это оказалось ложью. Ибо когда мы добрались до Ла Фера, я пожелала ознакомиться со счетами и увидела, что денег, которые были выделены на мое путешествие, оставалось еще в таком количестве, что можно было содержать мой дом в течении более шести недель! Сальвиати сделал так, чтобы моих лошадей задержали, подвергая меня опасности публичного оскорбления. Госпожа принцесса де Ла Рош-сюр-Йон не могла перенести такое бесчестье и, видя положение, в которое меня поставили, приготовила необходимую сумму денег. Оставив интриганов в смущении, я выехала, предварительно подарив господину епископу Льежскому бриллиант стоимостью три тысячи экю, а всем его служителям – по золотой цепочке и кольцу. Мы направились в сторону Юи, чтобы переночевать там, имея в качестве пропуска на проезд только свою веру в Господа Бога [498].

Этот город, как я уже писала, располагался во владениях епископа Льежского, однако горожане, взбудораженные и мятежные, подобно остальным жителям, под497 96. Франческо Сальвиати (ум. 1586) – родственник Екатерины Медичи, в тот момент – рыцарь (шевалье) Мальтийского Ордена, глава совета королевы Наваррской. Занимал также должности ее первого шталмейстера и камергера герцога Алансонского. В 1578 году стал командором Ордена Святого Лазаря Иерусалимского.

498 97. Маргарита покинула Льеж 8 сентября 1577 года и в тот же день приехала в Юи.

нявшим восстание в Нидерландах, более не принимали власть своего епископа из-за того, что он соблюдал нейтралитет, и поддерживали [Генеральные] Штаты. Поэтому, не признавая [полномочий] главного распорядителя двора епископа Льежского, который был со мной, и пребывая в тревоге после захвата доном Хуаном Намюрской крепости, через которую пролегал мой путь, вскоре после того, как мы расположились в доме, [горожане] начали звонить в колокола, стягивать артиллерию на улицы и нацеливать ее прямо на мои окна, натянув цепи, чтобы [126] я не смогла соединиться со своими людьми. Всю ночь мы провели в тревоге, не видя никакого смысла вести переговоры со всем этим сбродом, грубиянами и невеждами. Утром они позволили нам уехать, расставив по краям всей улицы вооруженных людей.

Мы держали путь в Динан, рассчитывая провести там [следующую] ночь [499]. К несчастью, мы попали в то время, когда в городе праздновали избрание городских бургомистров, подобно консулам в Гаскони и эшевенам во Франции [500]. Целый день в городе царил разгул, все были пьяны, городских магистратов не было видно, короче говоря – настоящий хаос и сумятица. Наше положение изначально усугубляло то, что главный распорядитель двора епископа Льежского когда-то воевал с Динаном и считался там заклятым врагом. Этот город, когда его жители пребывали в уравновешенном состоянии, держал сторону [Генеральных] Штатов. Но когда они находились 499 98. Город Динан в то время располагался на землях епископства Льежского, на самой границе с Намюрской провинцией. Кортеж королевы прибыл туда 9 сентября.