Чтение онлайн

При этом выражение на его лице сразу стало скорбным. Такое происходит, когда человек вспоминает о чём-то плохом.

Правда для меня всё это прозвучало загадкой. Начиная с утра я только и делал, что занимался расследованием налёта на типографию, так что последние новости могли пройти у меня мимо ушей.

— И что же случилось сегодня утром?

Райнер вздохнул.

— До вас поисками Лавровой занимался товарищ Гаврилов. Именно он должен был подготовить и передать вам все материалы. Сегодня утром Гаврилова нашли в кустах, неподалёку от дома, где он живёт, с проломленной головой. Сейчас наш сотрудник находится в больнице. Говорить не может и врачи не ручаются за его жизнь, — огорошил меня Райнер.

Я задумался. История, в которую меня вписали, нравилась мне всё меньше. Хотя, конечно, ещё рано делать какие-то выводы.

— Это может быть связано с делом Лавровой? — задал самый главный вопрос я.

— Не знаю, товарищ Быстров. Как и все мы, он вёл одновременно много самых разных дел. Врагов у него хватало, — признался Райнер. — Мы учитываем любые версии.

— Знаете, пожалуй, у меня пропал аппетит, — признался я, вновь поворачиваясь к кабинету, но Райнер преградил мне путь.

— Товарищ Быстров, начальство приказало мне всячески помогать вам. Думаю, товарищ Артузов не простит мне, если вы доведёте себя до голодного обморока… Пойдёмте в столовую.

— Хорошо. Не буду спорить с новым напарником. И да, давайте перейдём на ты, Борис? Так право гораздо сподручней!

— Замётано, Георгий! — с лёгкостью откликнулся чекист.

Мы взяли в столовой подносы и встали в очередь на раздачу. Очередь двигалась быстро и минуты через две я и Райнер уже сидели в углу за столиком.

— Щи да каша — пища наша, — улыбнулся я. — Приятного аппетита.

Райнер кивнул.

К разговору мы приступили, когда перешли к компоту из сушеных яблок.

— Для начала мне бы хотелось узнать побольше о гражданке Лавровой, — сказал я.

Райнер щёлкнул замком портфеля и достал оттуда фотографию.

— Для начала изучи внешность. Карточка свежая, ей и полгода нет.

Я внимательно всмотрелся в фотографию, сделанную явно очень хорошим фотографом. Он намеренно добивался романтического эффекта, когда делал этот снимок, и у него получилось. Взгляд Ольги не был направлен на камеру, она смотрела чуть в бок. Вьющиеся локоны чуть ниже ушей, томный взгляд с поволокой, умело подчёркнутая линия изогнутых бровей, тонкие и выразительные черты лица… Она была очень фотогенична и, похоже, знала это.

— Красивая, — сказал я, возвращая карточку Райнеру.

— Что есть, то есть. Как понимаешь, от мужиков отбоя не было. Да, карточку можешь оставить себе, я специально сделал несколько копий.

— Спасибо. Просто удивительно, что Кандаурова не побоялась позвать её к себе. Такая красотка запросто могла бы отбить жениха, — заметил я.

— Ольга расцвела года два назад, а до этого была типичным гадким утёнком, — пояснил Борис.

— Тогда понятно, — сказал я.

Лидия просто не знала, в какую красавицу превратилась её двоюродная сестра, иначе я бы не был уверен в том, что она захотела бы приблизить девушку к себе. И даже не потому, что не доверяла, просто такие персонажи как её жених в любой момент могли переключиться на другую.

— Биография тебя интересует?

— Спрашиваешь!

— Тогда поехали, — начал делиться информацией Борис. — Родилась в 1899-м году здесь, в Москве. Отец погиб во время империалистической, воевал на австрийском фронте, даже «Георгия» получил. Мать скончалась от болезни три года назад. Ольга закончила гимназию, поступила в московский университет на химический факультет, но не доучилась, бросила. Замужем не была, на момент исчезновения работала учительницей химии в школе. Кстати, в школе её первой и хватились, когда Лаврова не явилась на работу и сорвала уроки. До этого характеризовалась исключительно положительно. В школе за неё очень переживают.

— Где живёт?

— Снимает комнату у гражданки Скарабей, — Борис назвал адрес. — Хозяйка тоже отзывается о жиличке только хорошо — плату отдавала вовремя, чистоплотная, аккуратная, покладистая, не вертихвостка какая-то, всегда ночевала дома, мужиков к себе не водила. В общем, сущий клад, а не жиличка.

— На квартире у Лавровой уже были?

— Да. Гаврилов делал осмотр.

— И как результаты?

Райнер пожал плечами.

— Ничего интересного или такого, что могло бы пролить свет на её исчезновение. В материалах есть подробная опись, — он похлопал по портфелю.

— Хорошо, учту. А как она исчезла, кто видел последним и при каких обстоятельствах?

— Ну как… как… Она вышла на работу в половину восьмого утра, попрощалась с хозяйкой. Дворник видел, как Лаврова выходила из подъезда, даже поздоровался. Никто к ней больше не подходил и не разговаривал. Свернула за арку и на этом все наши знания о ней заканчиваются. Как в воду канула, — посетовал Райнер. — До школы так и не дошла, хотя, как все твердят в один голос, Лаврова была очень ответственной и работой дорожила.

— То есть должно было произойти нечто из ряда вон, чтобы она не явилась на занятия?

— Да. В общем, не в её это складе характера, потому все разом забили в колокола.

— Боря, а теперь как на духу. — я внимательно посмотрел на чекиста. — Скажи, могла быть утечка по вашей линии?

— Это ты на что намекаешь? — Борис, конечно, понял меня, но разом выходить на откровенность не хотел.

— Намекаю на то, что не мог ли кто-то из наших внешних врагов или внутренней контры узнать о ваших планах насчёт Лавровой и вывести её из игры? В свете истории с покушением на товарища Гаврилова, мне эта версия не кажется абсурдной, — открыл все карты я.

Райнер задумчиво сделал глоток из стакана и ответил не сразу.

— Георгий, я мог бы ответить тебе, что это не твоего ума дела, но коль начальство решило посветить тебя во все детали, то я тебе скажу так: да, мы тоже рассматриваем версию о крысе в нашем отделе. Не знаю, на кого она работает — непосредственно на Детердинга или на иностранную разведку, но со счетов мы это не сбрасываем. Правда, сам Детердинг ведёт себя на удивление спокойно, не дёргается, отставку невесте не даёт. И это нас очень смущает. Тем не менее, мы уже начали внутреннюю проверку. Если она принесёт результат, мы тебе обязательно сообщим об этом. Только эту часть работы ты оставь нам, а сам займись более приземлёнными версиями.

— Лады, — кивнул я.

Меньше всего мне хотелось заниматься шпионскими играми. Недавней схватки с отделом Бокия хватило всерьёз и надолго.

— Если всё-таки нащупаешь что-то по нашей линии — дай нам знать, а сам отойди в сторонку. Иначе напортачишь, — предупредил Райнер.

— С большим удовольствием поручу вам это удовольствие! — признался я. — Сами чистите свои конюшни, мне и без этого работы хватает.

— Приятно иметь дело с понимающим человеком, — улыбнулся Райнер. — Ну что — по коням?