Чтение онлайн

– Будут доказательства – и обвиним! – пообещал следователь, одёргивая полы форменного кителя и возвращаясь в своё кресло.

– Вот именно! – Максим смотрел на Лямина, дурея от его непрофессионализма. – До-ка-за-тель-ства! – по слогам произнёс он и повторил: – Доказательства, Коля, а не голимый наезд на «гоп-стоп»!

– Сколько раз повторять: не называй меня «Коля», – потребовал Лямин, прихлопнув своё требование ладонью по папке с делом, лежавшей на столе перед ним, – я тебе не друг-приятель.

– Ну-ну, гражданин следователь Лямин, – произнёс с сарказмом Коломин и, стремительно прошагав через кабинет, вышел, так же выразительно, как смотрел на него в запале, в сердцах хлопнув за собой дверью.

Дарья размышлять и дребезжать душевно о попытке следователя обвинить её в убийстве этой самой Рыковой не собиралась, были у неё заботы посерьёзней, чем крутить в голове весь этот бред, что выдвигал ей гражданин Лямин.

Выйдя из дверей здания Следственного комитета, она спускалась по лестнице, по которой в это же время навстречу ей поднимался молодой мужчина.

Высокий, явно увлекающийся силовыми тренажёрами, с хорошей «бицурой», как говорит парень Полинки, то есть с такими себе прокачанными мышцами, намеренно подчёркнутыми дорогой, стильной одеждой в обтяжку, с правильными, классическими чертами лица, для многих женщин суперкрасавчик, но Дарье такие писаные, несколько искусственно-слащавые экземпляры никогда не нравились. А так, в общем и целом, по нынешним меркам практически эталонный мужской образчик.

Дарья бы скользнула взглядом да и пошла бы себе дальше, не фиксируясь на «объекте» – не интересен. Но мужик как-то нестандартно и неправильно отреагировал на неё, невольно обратив на себя более пристальное внимание Даши и вызвав недоумение.

Ещё издалека, заранее демонстрируя симпатичной девушке, явно дежурную, отработанную улыбку, он окинул её изучающе-оценочным взглядом с ног до головы, но, подняв взгляд на лицо Дарьи, вдруг резко прекратил излучать дружелюбие, словно кто-то стёр его невидимым ластиком. При этом он настолько пристально-изучающе засмотрелся на Дарью, что споткнулся о следующую ступеньку, сбившись с шага, чуть было и вовсе не упав, а выражение его лица стало каким-то нервно-напряжённым и, пожалуй, даже испуганным.

Проигнорировав незнакомца и не удостоив того ответным изучающим взглядом, Дарья спустилась с последних трёх ступенек и двинулась по улице, удивляясь странной реакции мужчины, определённо её узнавшего, которому это узнавание не доставило приятных эмоций, «а как бы и вовсе наоборот, совсем по-другому», выражаясь фразой, принесённой Павлушей из садика, которую он одно время постоянно вставлял в разговоре, не всегда попадая по смыслу, а просто потому что ему нравилась.

Где они могли с этим мужиком пересекаться? Всю дорогу, пока шла к кафе, в котором они договорились встретиться с Александром, Дарья размышляла о «манекенщике», как она его тут же обозвала про себя.

Вот было у неё устойчивое ощущение, что она где-то раньше его видела, причём недавно, и, судя по отголоскам эмоций, которые всколыхнулись из глубин дальней её памяти, как затухающие круги на воде, эта их встреча явно связана с какими-то обстоятельствами, вызывавшими у Дарьи неприятные ассоциации. И лицо это его смазливое казалось ей смутно знакомым…

– Даш! – окликнул её Вольский, поднимаясь из-за столика и помахав рукой.

Ого, эк она задумалась-то! Дарья подивилась сама себе – за мучительными попытками выудить из памяти туманный момент, в котором фигурировал тот эталонный «манекенщик», она не заметила, как дошла до места.

– Что-нибудь будешь? – спросил Вольский, поухаживав за дамой: отодвинув перед Дарьей стул и придвинув, когда она садилась. – Есть-пить хочешь?

– Только кофе, – отказалась от чего-либо более существенного Даша.

– Как прошла беседа со следователем? – сделав заказ подошедшему к ним официанту и дождавшись, когда тот отойдёт, спросил её Сан Саныч.

– Да ты знаешь, странно она прошла, – поделилась своим недоумением Даша и подробно передала Вольскому её разговор с Ляминым. – Что меня больше всего удивило, – подводя итог, высказала своё мнение она, – голимый непрофессионализм следователя. Не имея никакой доказательной базы, да какой там базы, – исправила она своё первоначальное высказывание, – ни одного, хоть какого-то захудалого, подтверждённого факта, он чуть ли не выдвигает мне обвинение.

– Фигово, – глубоко вздохнув, дал оценку её рассказу Александр и спросил: – А знаешь, что это значит?

Она посмотрела на него, задумавшись, и предположила:

– Что это очень некомпетентный следователь.

– Угу, – кивнул Вольский и дополнил её выводы: – Я в местных реалиях, понятное дело, ни разу не в теме. Это надо Егорыча порасспрашивать, он в городе фигура заметная и не последняя. Дядь Митя инициировал и добился организации спортивного авиаклуба для подростков и школьников, в котором есть и серьёзная секция авиамоделирования, они со своими моделями в соревнованиях участвуют и побеждают, даже на общероссийском уровне и не только. Ребята его и простые, бытовые коптеры сами моделируют и собирают, есть парашютная секция у них и лётная, на тренажёрах учатся летать, и секция спортивного туризма, да много чего. Здание Егорыч выбил, фонды нашёл и спонсоров, и из первичного небольшого клуба, в который ходило не более двадцати детишек, буквально за три-четыре года выросла солидная спортивная школа, где сейчас занимаются около тысячи школьников. А Егорыч не только в городе, но и в области в целом в большом авторитете, ещё и в общественной палате города заседает. Это я к чему о заслугах дяди Мити тут разливаюсь, вот смотри: точно зная, что ты сама по себе человек не скажешь, что простой, навели же они о тебе справки, и зная, у кого именно ты в данный момент находишься в гостях, то есть читай «под покровительством», этот следак всё-таки на тебя наезжает, причём настолько прямолинейно. Для чего? В чём тут мутная интрига закручена?

– Ты знаешь, – поделилась своими наблюдениями Дарья, – не думаю, что этот Лямин способен на какую-то сложную интеллектуальную многоходовую игру. На меня он произвёл впечатление не слишком умного, но упёртого служаки, которому, почему-то мне так показалось, многое дозволено и прощается.

– Может, именно поэтому его и назначили на это дело? – выдвинул версию Вольский, продолжая свои размышления: – Понимаешь, эта Рыкова – дамочка, можно сказать, входящая в число коммерческой элиты области. Муж её владеет сетью гостиничных предприятий и ещё каким-то там производством, не уточнял, не знаю. И если при авторитете Егорыча и твоём статусе происходит такой голимый нахрап со стороны следователя, значит, либо кому-то «занесли» нехило, либо кто-то дюже крутой попросил у людей влиятельных в следственных органах, чтобы это дело слили и поскорей закрыли, назначив любого виновного.

– И на роль виновного они выбрали меня? – посмотрела она с большим сомнением на Саныча.

– Не думаю, что прямо кого-то конкретного уже выбрали. Скорее будут бить «по площадям» в поиске подходящей кандидатуры, которую можно нагнуть и продавить. Могут и меня попытаться определить по этому адресу, – усмехнулся Саня.

– А тебя-то каким образом? – сильно подивилась Дарья. – Ты-то к этой Рыковой какое отношение имеешь?

– Да был один эпизод, – хмыкнул саркастически Вольский и рассказал историю: – В прошлом году, где-то в это же время у меня был отпуск, и я приехал к дяде Мите. Неожиданно к нам с ним нагрянули мои близкие друзья-однокашники, с которыми мы оканчивали вместе лётное училище. Служба развела нашу четвёрку по разным местам и полкам, но связь мы поддерживаем плотно: в курсе всех жизненных и служебных событий и перипетий друг друга и при любой возможности стараемся встретиться. А тут, раз уж выпало собраться в таком дивном курортном месте, пошли мы на следующий день гулять по городу, даже в море заплыли, для нас и такая вода норм. А вечером заказали столик в ресторане «Жемчужины», там тогда отличный шеф-повар работал, готовил просто потрясно.

Сидели себе мужички, общались в удовольствие – давно не виделись, было что обсудить, обменяться историями, анекдотами, информацией, еда отменная, местное вино шикарное, а настроение душевное у всех четверых, приподнятое.

Заиграл ресторанный ансамбль, на сцену вышел солист, кстати, отлично пел парень, народ тут же потянулся из-за столиков на пятачок танцпола, и на третьей песне из отдельного вип-зала выплыли три красотки, подошли к сцене и принялись энергично танцевать.

Четверо друзей, как и положено всяким нормальным мужчинам с хроническим, неизлечимым диагнозом «негееспособен», трио этих дамочек приметили, уж очень сильно те выделялись из числа прочих женщин поведением и, скажем так, статью. Ну, как водится, поизучали, насмотрелись во время танцевального «захода» барышень, придя к единому мнению: шикарные девочки однозначно, но вот ни разу не из «пула» их предпочтений и вкусов. А дав подобную оценку барышням, тему развивать далее не стали – неинтересно – и вернулись к своим блюдам и в свою беседу.