Чтение онлайн

— Осторожно, — не глядя на Сашу, я предупредила его о старой сухой коряге под ногой.

Под ней было много битого стекла, и мне не хотелось, чтобы он поранился.

Он не ответил, даже не вздохнул резче.

Я продолжала идти вперед, и сейчас, в отличие от забега по лестнице, дыхание не сбивалось, а сердце не колотилось в горле. Как будто последние сомнения ушли вместе с неминуемыми для неподготовленного человека физическими затруднениями.

Как будто тело жило само, слившись с городом, слушая его и двигаясь в унисон с ним.

Когда кусты стали красноречиво редеть, я немного сбавила шаг, прислушиваясь.

Отвесная каменная стена, на вершине которой уже стоял монастырь, казалась в этом месте абсолютно дикой, будто мы находились не в черте города, областного центра, а где-то очень далеко от цивилизации.

Вход в пещеру был чист. Рядом валялись толстые, очевидно срубленные, а не сломанные ветки, а внутри начинался черный провал.

Это было оно. Не обманка для отвлечения внимания, не ловушка, а то, что мы искали.

Чем ближе я подходила, тем явственнее ощущала нечто, похожее на мощный поток ревущего воздуха или ветер, хотя ветра в действительности не было.

Была та сила, что концентрировалась и бурлила внутри, готовясь вырваться наружу.

Саша тоже чувствовал. Наверняка, острее, чем я.

Остановив прикосновением, он все же обогнал меня, направился к этому входу первым и столь же решительно, как в приемную Павлова, но вдруг остановился.

— Что? — я посмотрела на него.

Ответа не последовало. Вместо него Саша поднял руку и приложил ее к… воздуху. Стена продолжалась, просто в проеме была невидимой.

Барьер, через который не мог пройти даже Страж.

— Он поставил хорошую защиту. Такую, чтобы даже Наблюдатели не смогли пройти.

Повернувшись, он окинул меня долгим, хмурым, слишком темным взглядом.

Так смотрит человек, готовый убить. Или пожертвовать собой ради результата.

— И что нам делать? — я постаралась, чтобы в голосе не оказалось даже намека на панику.

Такой, как Трещёв, может наделать глупостей только в попытке успокоить.

Он хмыкнул и вдруг стукнул по невидимому барьеру кулаком.

Тот пошел синей, почти электрической рябью, но снова пропал.

— Хитрая тварь…

— Он знал про тебя? — своевременной была догадка или нет, меня не интересовало.

Если Стас выяснил, что Стражей двое, и один из них понимает собственные возможности в достаточной мере, чтобы обучить другого…

— Если бы знал, парой мордоворотов дело бы не ограничилось, — Саша усмехнулся криво, зло, а потом вдруг стал прежним, таким, каким я привыкла его видеть. — Но почувствовать, что кто-то новый контактирует с городом, мог.

— Что делать?

Когда я задала этот вопрос во второй раз, мне самой померещилась в нем почти беспомощность.

Я не знала, как поступить. Старолесск молчал.

Саша посмотрел себе под ноги, потом на пещеру, а потом взял меня за плечи, разворачивая к себе:

— Мне чертовски не нравится этот вариант, но дальше тебе придется идти одной. И сделать все самостоятельно. Ты ведь чувствуешь, насколько сильнее стала? Даже физически. Ты сможешь с этим справиться, но тебе придется остаться с ним наедине.

Его взгляд гипнотизировал, заставлял принимать все услышанное, как данность, но смысл все равно ускользал.

— Ты только что сказал, что Хранитель не может пройти туда.

— Хранитель — нет. Генка не может, — сжав мои плечи немного сильнее, он склонился, будто для поцелуя. — Но ты его мать. Это первостепенно, и ты можешь пройти. Но только ты. Одна. Пойдешь?

Так просто. Так тихо. «Да» или «нет», выбор без выбора.

— Что конкретно мне нужно сделать?

Новая волна злого, беспомощного страха прокатилась по спине, заставила волоски на шее подняться дыбом.

Вот только этот страх был уже не моим. И страх, и недоумение, почти обида на город. И ощущение чудовищной несправедливости, как будто враз лишили обещанного.

— Саш, я справлюсь. Это должна сделать я. Ты только скажи мне, что.

Он в самом деле боялся, но точно так же, как и я в мэрии, не чужой силы и не смерти. Он боялся за нас. За Димку, за меня, за тех, кто прикрывал нам спины.

Убеждать его, напоминать его же собственные слова о том, что я могу больше, чем сама ожидаю, было бы жалко, почти унизительно. Вместо этого я погладила его по плечу, по щеке, прося этим жестом верить в меня так же, как я верила в него.

Больше, чем я могла бы поверить в себя сама.

Саша стиснул зубы, но мгновение спустя взял себя в руки.

— Сделай так, чтобы Димка забрал кинжал. Всё. Остальное тебя не касается. Если попытаешься влезть между ними, можешь навредить ему, понимаешь?

Я кивнула, потому что да. Теперь я наконец поняла. Двенадцатилетний мальчик с добрыми глазами был не просто силой, не просто оружием, с которым кому-то придется сладить. Он сам ладил с собой. Знал, что поймет то, чего не знал раньше, когда придет время.

— А потом?

— Ты увидишь. Димка подскажет. Просто не дай убить его или уничтожить кинжал.

Мне оставалось только кивнуть снова, потому что время было дорого.

Если Саша ошибся, и я тоже не могу попасть внутрь…

Оставалось только проверить, и я развернулась ко входу, сделала глубокий вдох.

— Вика, — он окликнул так, словно вспомнил о чем-то важном.

— Что?

Странный разговор, наши странно звучащие голоса. Как будто мы и правда угодили в какое-то междумирье.

Саша посмотрел в темноту за каменными сводами, быть может, видя в ней больше, чем я.

— Его охраняют. Я не вижу, но чувствую. Их там не двое и даже не пятеро. Десяток минимум. Ты помнишь «Привидения»?

Я кивнула в третий раз, даже не подумав уточнить, что именно он имеет в виду: нашу импровизированную экскурсию или сон, в котором он вел меня по неизведанной и опасной потусторонней дороге. И так знала, что последнее.

Саша кивнул в ответ, поправил мои волосы:

— Ничего не бойся. И никого не жалей. Там нет живых, только те, кто должен убивать за него. Они сильные, их много, но ты справишься. До того, как ты с ними встретишься, я придумаю, как тебе помочь. Ты поняла?