Меридон, или Сны о другой жизни
Шрифт:
— Не торопитесь, — попросила она. — Поговорите сначала с Пери. Если он согласен вернуться с вами в деревню и ускорить свадьбу, тогда и я не возражаю. Но оставьте ваши иллюзии относительно безмятежного Вайдекра, Сара, пока не узнаете побольше, как там управляют имением. Поймите, в Экре не делятся с вами вашей долей, а отбирают ее у вас. А вы отдаете им то, что принадлежит вам по праву.
— Да, — невольно согласилась я с ней.
— Они просто волки в овечьей шкуре, — тихо продолжала леди Кларенс. — Все их гуманные идеи оплачены из вашего кармана. Они играют с мистером Фортескью, они играют с вами. Вас просто дурачат, Сара.
Я даже ссутулилась. Вся моя вера в справедливость, торжествующую на моей земле, рухнула в одну минуту.
— Вы правы, леди Кларенс, — повторила я, на этот раз говоря твердо. — Я положу этому конец.
— Прекрасно, — весело ответила она. — А мне уже пора вставать. Мы приглашены на завтрак к леди Гилрой, вы не забыли? Я надену белое платье и белую саржевую шляпку. Вам же советую надеть свое темно-зеленое, хорошо? Ее дочь безнадежно бесцветное создание, и вы просто убьете ее наповал своей яркой внешностью. И не забудьте распустить волосы.
— Хорошо, леди Кларенс, — покорно согласилась я и пошла к двери.
Здесь я на минутку задержалась. Леди Кларенс обернулась ко мне, удивленно подняв брови.
— Вы все это уже давно обдумали? — спросила я. — Стало быть, планируете будущее каждого из нас?
Она выскользнула из-под одеяла и не торопясь подошла к своему туалетному столику. Сев перед зеркалом, она принялась пристально изучать свое отражение, одновременно разглаживая тонкую кожу под глазами. Только сетка морщинок в этом месте выдавала ее возраст.
— Да, — ответила она. — Когда маленький Джордж был жив, я много занималась им, чтобы он полностью находился в моей власти к тому времени, как вырастет. Но он умер. И мне пришлось делать то же самое с Пери.
Леди Кларенс вздохнула и, небрежно сняв ночной чепчик, бросила его на кровать.
— С Пери было легче по многим причинам. Он всегда был слабым, всего на свете боялся. Я могла управлять им. Единственное, что меня беспокоило, это то, что он попадет в руки какой-нибудь хитрой девки и она станет настраивать его против меня.
Тут ее глаза встретились с моими, и она улыбнулась.
— Я верю вам. Вы, Сара, так же холодны, как и я. Я поняла это, едва вас увидела. Когда Пери привел вас ко мне, я сказала себе: это она. Это та, которая обеспечит нам с Пери безбедное будущее.
— Вы запланировали наш брак с самого начала, — полуутвердительно спросила я.
— Да, — прозвучал ее уверенный ответ. — Это устроило бы нас всех. Пери не справиться с высокомерной знатной женой, она скрутила бы его в считаные дни. Мне нужна невестка, которой я могла бы доверять. А вам нужен кто-нибудь, кто помог бы вам взять власть над Вайдекром в свои руки и поддержал вас в борьбе с мистером Фортескью. Вам нужна семья.
— Все это звучит очень туманно, — заметила я.
— Только не подумайте, что я обманываю вас, — улыбнулась мне леди Кларенс. — Мне нечего скрывать. Если вы решите, выйдя замуж за Пери, навсегда увезти его в деревню, я не стану вам перечить. Все, что вы должны сделать для меня, это аккуратно выплачивать мое содержание и дать Хаверингу наследника. Остальное — ваше собственное дело.
— Я сегодня же отправлюсь к адвокатам, — заявила я.
— Если хотите, — безмятежно улыбнулась она, — пошлите к ним лакея с запиской. Но только, пожалуйста, переоденьтесь к завтраку и сделайте что-нибудь с этим ужасным запахом лошади.
Так как адвокаты назначили мне встречу на три часа пополудни, то я через камердинера послала Пери записку с просьбой спуститься в гостиную к этому времени. Когда мы с леди Кларенс вернулись после визита в гости, он уже сидел в библиотеке со свежей газетой в руках. Перед ним стояла нетронутая кружка эля. Леди Кларенс послала ему легкую улыбку и прошла в свою гостиную. Увидев ее, Пери тут же поднялся с места и подошел ко мне, улыбаясь и заговорщицки подмигивая.
— Я к твоим услугам, Сара, — сказал он. — Но у меня дьявольская головная боль. У тебя действительно что-нибудь важное? Будь я проклят, если смогу сегодня съездить с тобой на прогулку.
Я подошла к нему и потрогала его лоб. Он был горячим, словно Пери трепала лихорадка.
— Ты заболел? — спросила я.
— Да нет же, — ответил он. — Просто слишком много выпил сегодня. От этого у меня всегда начинается жар.
Действительно, его лицо горело, а волосы торчали в разные стороны.
— Ступай и приведи себя в порядок, — попросила я. — У нас сегодня назначена встреча с адвокатами. Я хочу ускорить день нашей свадьбы.
Он немедленно встревожился.
— А мама знает?
— Она сказала, что мы можем делать как захотим, — пожала я плечами. — Я намереваюсь вернуться в Хаверинг-холл или в Вайдекр. А она не хотела бы уезжать из Лондона. Городская жизнь вредна для тебя, Пери. Ты пьешь каждый вечер и по утрам бываешь болен. Нам нужно вернуться в деревню, где мы были счастливее.
— Но я и здесь достаточно счастлив, — запротестовал Пери. — Черт побери, Сара! Мы с тобой собираемся пожениться только для того, чтобы получить свои денежки, а совсем не для того, чтобы в разгар сезона отправляться скучать в деревню.
— Но ты плакал, — напомнила я ему. — И цеплялся за ограду, как ребенок. Светская жизнь убивает тебя, Пери. В Хаверинге ты был совершенно другим. Нам лучше вернуться домой.
Он явно заколебался, уголки рта опустились вниз.
— Вчерашний вечер был действительно ужасным, — признался он. — От этого бренди, которым напоили нас в клубе, мы все словно спятили.
— Дело не в бренди, — твердо стояла я на своем.
Пери поерзал на стуле и, наклонив голову набок, попытался мне очаровательно улыбнуться.
— Нам надо уехать, — еще раз повторила я.
— Мы можем ускорить свадьбу, но я останусь в городе, — внес он новое предложение.
Я покачала головой.
Тогда Пери скорчил недовольную гримаску, словно обиженный мальчуган.
— Как только мы поженимся, мы уедем в деревню, — твердила я. — И будем жить там, пока ты не бросишь пить. Тогда мы сможем вернуться обратно в Лондон. Если к тому времени ты не предпочтешь остаться в Хаверинг-холле насовсем.
Его лицо просветлело.