Чтение онлайн

Он делает еще один оборот.

* * *

Она вдруг чувствует, как болт, удерживающий хомут на ее правом запястье, слегка поддается. Мужчина повредил собственную работу. Не в требуемой степени, пока – нет. Чуть-чуть повредил. Из ее запястий сочится кровь, но когда мальчик и женщина сходят по лестнице, чтобы присоединиться к нему и он на мгновение поворачивается к ней спиной, она начинает двигать запястьем в меру своих возможностей.

* * *

Белл и Брайан поставили ведра с горячей водой на пол погреба.

– Совок, Брайан.

– Точно. Забыл.

Парень поднимается по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Он знает, что сын получит удовольствие. Пусть радуется. Сынуля – уже практически мужчина.

Он берет кусок мыла, заворачивает его в тряпку и опускает в воду. Ох, ну и горяченная! Вода практически обжигает ему пальцы. Пока Брайан несется с совком вниз по лестнице, он намыливает тряпку. Думает, что это сработает как надо.

– Собираешься вымыть ее, пап? Никогда не видел такую вонючую женщину! Боже! – Сын ухмыляется.

– Да, мы вместе с матерью вымоем ее. Но сначала тебе нужно убрать за ней.

– Мне?

– Да, Брайан, тебе.

Ухмылка исчезла. Крис не винит мальчика. Это не то, что хотелось бы делать Брайану. Она нагадила мимо миски, но большая часть мочи туда попала.

– Возьми совок и тряпку. Нам придется убирать за ней, пока мы ее не приучим...

– К горшку?

Ухмылка снова вернулась. Сын определенно не унывает.

– Совершенно верно.

Брайан приступает к делу. И от него не ускользнуло, что мальчик сосредоточен на этих длинных крепких ногах не меньше, чем на работе. Брайан указывает на то, что осталось от еды и миски.

– И это тоже?

– Да. Пусть немного подумает о еде.

Закончив, Брайан просто стоит с совком в руке.

– Хорошо, теперь убирайся.

– Но я могу помочь...

Он смотрит на сына. Этот взгляд всегда останавливал его, и сегодняшний день не стал исключением. Забава забавой, но он все же не собирается позволять своему мальчику купать взрослую женщину.

Брайан вздыхает и тащится вверх по лестнице.

– И закрой за собой дверь.

Клик включил верхний свет и натянул резиновые перчатки.

Дверь подвала захлопнулась.

Белл стоит позади него, нервно теребя обручальное кольцо.

– Лучше сними его, – говорит он. – И надень перчатки, а то испачкаешься.

Он наблюдает, как она снимает кольцо с пальца и засовывает его в карман бермудов. Ему приходит в голову, что за все время, проведенное здесь, Белл не произнесла ни слова. Он догадывается, что она не слишком радуется всему этому. Он хотел бы, чтобы так оно и было, но он знает свою жену. Она всегда была робкой. Когда они познакомились в юности, ему это нравилось. Теперь – уже нет.

Она надевает резиновые перчатки.

– Возьми ведро.

Они подходят к женщине на расстояние около трех футов и ставят ведра. Он окунает мыльную тряпку в горячую воду, намыливает ее и прижимает ко лбу женщины, и...

* * *

...она чувствует его запах задолго до того, как он прикасается к ней, омерзительную смесь жиров и других запахов не из ее мира, и когда он касается ее, она чувствует, как ее кожа покрывается мурашками под горячей тканью, и она кричит:

– Ублюдок! Помоечное отродье!

Она рвется из оков, каждый мускул в ее теле работает, чтобы добраться до него и разорвать; она кричит все время, пока он спотыкается и...

* * *

...пинает ведро у ног Белл, которое, чуть не опрокинувшись, выплескивает горячую воду на голые ноги его жены, так что она кричит, и женщина тоже кричит:

– Брюдах! Пам ойщно тротье!

Она рьяно мечется из стороны в сторону, вперед-назад – он слышит, как позвоночник этой суки бьется о полку позади нее, и ярость проносится сквозь него, как мчащийся поезд.

– Так ты хочешь играть? Отлично!

Он нагибается, поднимает ведро у ног Белл и выплескивает содержимое на женщину. Вода, ошпарившая ноги его бедной жены, попадает на плечо, шею, щеку, живот дикарки.

Ее крик переходит в хрип, она захлебывается и резко замолкает.

* * *

Как жжет! Вода такая горячая, что у нее перехватило дыхание.

Мужчина берет второе ведро. И женщина сразу же осознает две вещи одновременно. Первая дает ей надежду. Правый болт значительно ослабел. Вторая вызывает у нее стыд. Потому что она знает, что выражение ее глаз изменилось.

Раньше она смотрела на него вызывающе, теперь смотрит испуганно.

В ее глазах – страх перед вторым ведром.

И она знает, что он тоже это видит.

* * *

Брайан сидит у зашторенного окна и смотрит в сторону погреба. «Это несправедливо», – думает он. Но когда взрослые были справедливыми?

Он вскакивает от внезапного крика, доносящегося из погреба, и направляется к двери. Черт, он ни за что это не пропустит. Пег идет мимо него по коридору, грызя яблоко.

– Эй! Гореть тебе в аду, если вернешься туда, Брай, – говорит Пег.

– Отсоси, сестренка, – отвечает Брайан и выбегает из дома.

* * *

– Так ты этого хочешь? Хочешь еще?

И дикарка его понимает. Он видит, что она его понимает. В ее глазах есть что-то почти смиренное, почти мольба к нему. Ему это нравится. Очень нравится. Он задается вопросом, смотрела ли она на кого-нибудь так раньше, и эта мысль нравится ему еще больше. Что он первый, на кого она так смотрит.

Он ставит ведро на землю. Оборачивается на свою жену.

– Ты в порядке, милая?

Ее ноги покрылись свекольно-алыми пятнами. Она фыркает и цедит сквозь стиснутые зубы:

– Аг-га.

– Хорошо. Давай попробуем еще раз.

Она качает головой, как будто говоря, что это безумие, что ему не очень нравится, но все равно заворачивает кусок мыла в тряпку – и это ему вполне по душе.

* * *

Родители стоят перед женщиной с тряпками в руках, и он не понимает, из-за чего весь этот переполох. Женщина кажется достаточно спокойной. Брайан прекрасно все видит через глазок, но почти ничего не слышит. Он прислушивается, не желая ничего пропустить.