Чтение онлайн

В моем случае плодами явились собственный транспортник и собственная транспортная компания. «ЛИНА Шиппинг Ко». ЛШК. Естественно, это и близко не возмещает того, что мы потеряли. Кого мы потеряли. Но я стараюсь выжать из этой компенсации все возможное.

Это мое будущее — созданное мною, а не алчностью «Верукса» или какой другой компании. Пускай на данный момент оно и составляет лишь один корабль да меня саму.

Впрочем, данное обстоятельство я надеюсь изменить.

Я наблюдаю, как Кейн ощупывает люк — вероятно, по старой привычке проверяя надежность уплотнителя, — и сердце у меня так и замирает от невообразимой смеси трепетного предвкушения и разящего ужаса.

«Еще не поздно, Ковалик, — закрадывается мне в голову мысль. — Покажи все ему тут, да и дело с концом. Ты не обязана этого делать».

Вот только я хочу это сделать. Кажется. Просто не знаю, что победит — желание или страх. Шанс на успех противостоит истовому облегчению от отказа идти на риск вообще.

Но прямо сейчас я следую за мужчиной внутрь.

— Огромное количество имеющихся на рынке запчастей подразумевает удешевление ремонта. Твои собственные слова, — напоминаю я, вытирая взмокшие ладони о брючины старенького комбинезона. Какая-либо другая одежда по-прежнему ощущается для меня неестественной, даже после долгих месяцев куда более изящных нарядов для слушаний в Конгрессе и допросов на следствии и в суде.

Кейн оставляет возню с люком. Теперь-то вид у него гораздо здоровее. Кожа не пугает серым оттенком, исчезли и черные круги под глазами от стресса и недосыпа. На полное восстановление у него ушло несколько месяцев, но даже по прошествии всего этого времени его порой донимают головные боли.

— Да, мои, — с готовностью соглашается мужчина. — Но для поддержания корабля в рабочем состоянии потребуется постоянный контроль. Это я тебе тоже говорил. — Он не сводит с меня взгляда, и его ясные голубые глаза видят меня насквозь. Мой затаенный страх для него отнюдь не тайна.

Внезапно мы оказываемся слишком близко друг к другу.

— Идем. — Я разворачиваюсь, при этом слегка задевая плечом его грудь.

По телу пробегает дрожь, щеки вспыхивают жаром.

Делаю глубокий вздох и подавляю разнузданные эмоции, после чего следую на мостик, вверх по небольшой лесенке и налево по узкому коридору. Потолки на «Шарлотте» высокие, так что Кейну хотя бы не приходится пригибаться.

Краешком глаза замечаю фигуру Дерика, праздно бредущего по коридору в противоположную сторону. Он чуть ли не с нежностью ведет рукой по стене. Дерик мертв, насколько я могу судить, по меньшей мере лет двадцать. В документации на «Шарлотту» его имя мне пока не встречалось, но, кем бы он ни был, корабль он явно любил, и здесь ему определенно по душе. И в своем довольстве Дерик совершенно меня игнорирует. Пока, во всяком случае.

Я все высматривала маму, но она, кажется, и вправду появляется, лишь когда я в беде. Так что ее отсутствие, пожалуй, самый лучший знак. Но думаю, ей понравился бы и корабль, и его название.

Узкий коридор упирается во взрывостойкую дверь — еще одна мера безопасности, ввиду неизменной в транспортном бизнесе угрозы нападения пиратов. Дверь в данный момент открыта, и нашим взорам предстает мостик, по сравнению с ЛИНА едва ли не зал. Здесь даже имеется сиденье для механика, если таковое ему — или ей, или кому угодно! — вдруг потребуется. Вне зависимости от дальнейших событий, экипаж нанимать мне все равно ведь придется.

— Все кресла заменены, — обвожу я рукой помещение. — Модели старые, да, зато модифицированные. Так что больше никакой продавленной набивки и выпирающих пружин. — Тон несколько оправдывающийся, что вызывает у меня досаду.

Кейн лишь кивает.

— Пульт связи тоже полностью… — Я как раз указываю на консоль, когда на ней раздается сигнал о поступившем сообщении. А поскольку сейчас на корабле только я и живу, защита конфиденциальности мне ни к чему, вследствие чего сообщение немедленно высвечивается на главном экране.

Мужчина удивленно вскидывает брови:

— Подписка на Форум. На ветки по «Авроре»?

Пытаюсь сохранить непроницаемое выражение лица.

— В прошлом это оказалось полезным.

Кейн молчит, однако у него явно возникли вопросы, да и исходящая от него обеспокоенность едва ли не осязаема. Только все совсем не так. Я вовсе не одержима «Авророй».

— А ты видел этот гребаный памятник? — взрываюсь я, приходя в ярость от одного лишь воспоминания. — Всего-навсего пустая каменная глыба с вырезанными именами. — Вполне в духе всех прочих просёров «Верукса». Сварганили памятник для отмазки, и думают, что и так сойдет. Нет. Нет, черт побери!

Делу может помочь гражданский иск, который мы с семьями пассажиров «Авроры» возбуждаем против «Верукса». Если, конечно же, мы выиграем процесс до того, как корпорация обанкротится. Но я стараюсь не искушать судьбу.

— По крайней мере, Ниса будут помнить хотя бы так, — тихонько добавляю я.

Семья Ниса отказалась встречаться и разговаривать со мной — даже после того, как я перевела им его долю. Они так и не признали публично смерть своего сына.

— Их всех будут помнить.

— Что ты сделала? — спрашивает Кейн, не сводя с меня подозрительного взгляда.

— Проследила за тем, чтобы Воллера, Лурдес и Ниса официально признали на ветке как обнаруживших «Аврору», наравне с нами. — В последнее время пресса чересчур сосредоточилась на нас с Кейном, совершенно позабыв, что некогда наша команда состояла из пятерых.

— И? — продолжает допытываться мужчина.

Я вздыхаю.

— Допустим, заплатила Форуму, чтобы администрация переименовала на постоянной основе соответствующий раздел. Теперь он называется Архив и форум «Авроры» имени Диониса. — Это и есть моя другая крупная покупка.

— Несколько длинновато получилось, — с улыбкой замечает Кейн.

— Да, но зато его имя теперь на каждой странице, на самом верху, — указываю я.

Тут уж мужчина и вовсе смеется:

— Ему бы это понравилось.

— Вот-вот.

Воцаряется неловкое молчание, и я нервно тереблю нагретую теплом моего тела металлическую капсулу со свитком, что висит на тонкой цепочке у меня на шее. Вещица эта не принадлежала Лурдес, но в точности такая же. Мать девушки вручила мне ее на прощание, когда я приносила им долю дочери. Ни денег, ни слов, что нашлись у меня для них, оказалось недостаточно для выражения моего сожаления.

Тем не менее мать Лурдес настояла, чтобы я взяла капсулу, — по ее словам, этого хотела бы и сама Лурдес. Надеюсь, так оно и есть.

Понятия не имею, что говорится на свитке внутри. Предпочитаю не знать. Просто ношу возле сердца благословение Лурдес. Разумеется, это может быть и проклятием — за все, что я ей сделала, — но меня почему-то не оставляет уверенность, что это не так. И еще этот подарок для меня сродни руководству к дальнейшим действиям. Как и многое другое.

— …Кэп, давай же, — сказала бы мне сейчас Лурдес, будь она рядом. — Просто спроси у него…