Чтение онлайн

Я качаю головой — и в осуждение собственного поведения, и в отрицание гипотетического предложения. Еще рано.

— Но тебе, наверно, хочется взглянуть на машинное отделение? — тараторю я, вновь устремляясь в коридор. — Кстати, я рассказывала, что наконец-то повстречалась с матерью Воллера? Когда передавала ей его долю. Она такая высокая, и такая ярко…

— Клэр, — перебивает меня Кейн.

— …рыжая.

Я останавливаюсь и разворачиваюсь к нему. Сердце в груди заходится, как пойманный в клетку зверек.

— Что ты водишь меня по кораблю, который я уже видел? — мягко спрашивает мужчина. — Я же осматривал его еще даже до того, как ты предложила за него цену.

— Я… — только и удается выдавить мне.

Кейн скрещивает руки на груди и присаживается на краешек пульта связи, терпеливо дожидаясь ответа. Он знает. Я знаю, что знает. Но хочет, чтобы я сама сказала. Чтобы сама спросила.

Какая-то моя часть — взбешенная, что Кейн загнал меня в угол, — желает просто развернуться и уйти. Уж я ему покажу! И все же большая часть испытывает облегчение. В деликатных вопросах мне все еще требуется подобная помощь, такой вот толчок в нужном направлении.

— Ты пытаешься нанять меня? — подсказывает он.

— Нет! Я же знаю, что тебя зовет «Зенит». — Я тоже получила предложение от этого крупнейшего конкурента «Верукса». Вот только это была бы все та же хрень, только под другим названием. Нет уж, спасибо.

— Хочешь меня соблазнить? — поддразнивает Кейн, хотя тут же краснеет от подобной выходки.

— Нет! — гневно рявкаю я.

Мужчина в знак капитуляции поднимает руки.

— Просто спросил.

Я закатываю глаза.

— Чего ты хочешь, Клэр?

Вот теперь вопрос задан напрямик, и мне уже не отвертеться.

— Хочу, чтобы ты стал моим партнером. В ЛШК. — Слетающие с языка слова мне самой кажутся дерзкими, громкими и непростительными. — Понятное дело, ты вовсе не обязан соглашаться.

Так же как и приобретать половинную долю. Основным собственником остаюсь я. — Потому что никто не отнимет у меня мой бизнес. — Отсюда до колоний рукой подать. Максимум две недели, так что ты не будешь разлучаться с Изабеллой надолго. И уж точно рекламы для раскрутки у нас более чем достаточно.

— Ты хочешь, чтобы я с тобой работал… — протягивает Кейн чуть ли не разочарованно.

Мгновенно выбитая из колеи, я механически приглаживаю волосы.

— Я не твой капитан. Я тебе вообще никто.

Он встревоженно выпрямляется, руки падают вдоль боков.

— Клэр, я вовсе не…

— Я просто хочу, чтобы ты был со мной. Чтобы мы были вместе. Как бы это ни выглядело. — Я воинственно вздергиваю подбородок, хотя лицо у меня так и пылает. — Если не хочешь работать на ЛШК, воля твоя. Но я…

— Да.

Я замираю с раскрытым ртом.

— Да?

— Да, — улыбается Кейн, и в уголках глаз у него собираются морщинки. — Хотя я вроде как ожидал подобного разговора еще два месяца назад, когда ты позвала меня осмотреть корабль, — добавляет он, подходя поближе.

— Ах, ну да… Тогда мог бы и сказать что-нибудь, — лепечу я.

— Нет, — спокойно отзывается он. — Не мог.

И он прав, как бы ни досадно это звучало. Заговорить об этом я должна была сама.

Кейн протягивает руку, и я пожимаю ее.

Даже спустя все это время мне доставляет облегчение ощущать его крепкое и уверенное рукопожатие, а не безвольную ладонь, лишь удерживаемую моей.

Меня по-прежнему преследуют кошмары об «Авроре». Обо всем произошедшем. Но тут уж ничего не поделаешь, остается только ждать, когда вылечит время. И еще заботиться о будущем, не забывая прошлое.

— И что теперь? — спрашивает Кейн.

— Вроде у меня на камбузе припрятана бутылочка шампанского. Так, на всякий случай. — Мне представлялось уместным именно в такой форме воздать должное Воллеру в новой версии экипажа. Алкоголь-то он точно оценил бы, если уж не сентиментальность. — Новая бутылка, — быстро уточняю я.

— Вперед, к богатству? — напоминает Кейн слова Воллера, но в его улыбке сквозит грусть.

— Вроде того. Разве что на этот раз нам хватит и поменьше, — отзываюсь я, крепко прижимаясь к нему.

— Меня вполне устраивает, — кивает он и целует меня в висок.

Эта книга, как и любая другая, — маленькое чудо. И я очень благодарна всем тем, кто помог мне его сотворить. Подобрать слова для испытываемой мной признательности очень трудно, но я все же попробую.

Девин Росс — спасибо, что была увлечена замыслом наравне со мной. Пожалуй, без твоей поддержки и ободрения я никогда бы и не закончила рукопись.

Сюзи Таунсенд, Дани Зегельбаум, Пуя Шахбазян, Кэтрин Кёртис и все-все-все в «Нью лиф литерари энд медиа» — вы всегда поддерживаете меня и печетесь о моих интересах. В современном мире подобное отношение уже редкость, и я безмерно благодарна, что мне выпала такая честь.

Мелисса Фрейн — спасибо, что разделяешь мою одержимость «Титаником». Но еще больше зато, что полюбила книгу и жаждала ее выхода в свет. Твои замечания по рукописи согревали мне душу, и я всегда помнила о них, когда меня охватывали сомнения.

Келли Лоунсам — мне невероятно повезло, что моим редактором были именно вы. Спасибо, что боролись за мою книгу и помогли сделать ее сильнее. И просто за то… что взялись за нее. Или меня. Впрочем, это, наверно, одно и то же!

Фриц Фой и все в «Найтфэйр энд Тор» — спасибо, что отважились работать со мной и моей книгой.

Линнея Синклер — за перечитывание множества версий моего романа, терпеливое выслушивание моих метаний с замыслом, а также консультации по космическим кораблям, фантастике и невесомости (любые замеченные ошибки целиком на моей совести). Мне не выразить всей своей признательности за знакомство с вами и вашими книгами много лет назад, как и за то, что вы взяли меня под свое крыло.

Мелисса Ландерс — за то, что позволили представить вам по электронной почте ужасно сырую версию книги и поделились впечатлениями об этом словесном винегрете, что роман и представлял собой на той стадии.

Сьюзан Барнс Ольденбург — за то, что вышла замуж. И еще за то, что приходишься мне сестрой и лучшей подругой. И непревзойденным консультантом по издательскому делу, сочинительству и жизненным кризисам. (Все выслушивает она, так что остальные избавлены от этой пытки.)

Мэтт Ольденбург — за то, что женился (см. выше). И за то, что смешишь меня. И за то, что предоставил мне крытую парковку зимой. Я так рада, что ты официально являешься частью нашей (официально чокнутой) семейки.