Чтение онлайн

– О чем речь! Конечно же, я всё понимаю! Я не отниму у тебя много твоего драгоценного внимания, мы просто сыграем в хорошую игру. Как же это будет здорово!

Далеко впереди один из людей в плаще оступился и упал на землю. Он упал лицом вниз, маска раскололась пополам и из неё вытекла лужа крови. Его товарищ постоял перед ним несколько секунд, потом быстро поклонился и отправился дальше. Епископ Хэрроу велел собрать людей на площади, а его прислужники знали, как он не любит ждать.

76.

В то время когда Хэрроу вёл свою гостью к храму, её сестра Лори сидела за столом рядом со старым Золлаком. На Лори было платье с узором вроде индийского огурца без характерного орнамента посередине, так что всё платье было усыпано продолговатыми каплями. В руках Лори держала деревянную кружку с молоком, из которой отпивала маленькими глотками. Золлак медленно жевал кусок хлеба с мягким сыром, густо посыпанным солью. Несмотря на то, что он прожил уже несколько дней под одной крышей с Лори, разговор не клеился. Девушка казалась ему слишком странной, чтобы свободно беседовать о том, о сём. Кроме того, долгие годы во дворце Лорага отучили его от светских бесед. Старый врач лучше всего понимал два языка - язык цифр и древний язык записанных слов. Говорить с людьми ему было тяжело, тем более с такими удивительными. Поэтому первой заговорила снова Лори:

– Вы ведь служите у архонта, верно?

– У брата архонта, - уточнил Золлак, едва не подавившись бутербродом.

– У брата, - кивнула Лори.
– Его зовут Ларсен?

– Верно.

– Расскажите мне о его дворце, мастер Золлак, - попросила Лори. И добавила: - Если вам не сложно.

Сложно Золлаку не было. Вот только он понятия не имел, что рассказывать этой девушке с неподвижными глазами. Он подумал, что вряд ли ей будет интересно количество любовниц Ларсена. Улыбнулся, вспомнив Стиву, последнюю пассию своего единственного пациента и тут же стыдливо порадовался тому, что Лори не может увидеть улыбку на его лице.

– Во дворце, - неторопливо начал он, - довольно красиво. Там дорогая и тяжелая мебель, старинные картины и собственный обширный зверинец. В саду есть пруд, а в пруду...

– Простите, - рассмеялась Лори, - но вы сейчас просто перечисляете то, что видели каждый день. Но ведь это же скучно! Я же хочу услышать то, что действительно интересно. Расскажите о том, какие порядки приняты во дворце. Кто следит за тем, чтобы туда не пускали кого попало? А как проводит вечера господин Ларсен?

Золлак тяжело вздохнул. Он никогда не интересовался тем, что происходит вокруг, и сейчас ему трудно было вспомнить хоть что-нибудь стоящее. Наконец, ему пришло в голову, что можно вполне описать недавний приём по случаю окончания очередной битвы. Идея оказалась удачной. Лори отставила кружку, положила локти на стол и мечтательно закрыла глаза. В таком положении ей удавалось забыть на какое-то время о своей слепоте, и она как наяву видела то, что рассказывал Золлак. Она выросла на чудесных сказках Стора и мечтала сама стать героиней одной из них. Лори грезила о дворцах и садах, почтительных придворных и ослепительных королях. Тот, кого здесь называли архонтом, никак не тянул на мудрого короля, но в сказках к власти всегда приходили лучшие из людей. Просто надо было немного подождать достойнейшего. Вот Лори и ждала, а пока довольствовалась рассказами, которые удавалось вытянуть из Золлака. Золлак ей нравился, хотя порой расстраивал её некоторыми историями. Например, Лори не хотела бы знать про любовниц Ларсена, но порой Золлак проговаривался, и в разговоре всплывали имена то Вервы, то Лакши, темнокожей властительницы сердец.

– Когда к архонту приезжают чиновники из соседних областей, устраивается настоящее пиршество. Иногда на них приглашают женщин и тогда они надевают свои лучшие платья и украшения, - продолжил Золлак, мысленно блуждая по дворцу архонта. К его величайшему огорчению, мысли уносили его исключительно в собственные покои, к любимой библиотеке и мягкому креслу. Но любопытство Лори было не унять:

– А во что бывают одеты мужчины?

Золлак задумался. Последний раз на приёме архонта он был больше пяти лет назад и сейчас память его подводила.

– На мужчинах, гм...

Он уже хотел честно признаться в том, что совершенно не помнит таких подробностей, как вдруг с улицы донёсся топот копыт и громкий мужской голос.

– Мастер Золлак! Мастер Золлак!

Золлак вскочил на ноги, перевернул стул и метнулся к выходу. У двери он остановился в нерешительности и оглянулся на Лори. Что там, снаружи? Голос незнакомый. Что если господин Ларсен разгневался и велел найти и наказать сбежавшего лекаря?

– Откройте, мастер Золлак, - подала голос Лори.
– Если кто-то выследил вас до этого места, ему не составит труда сломать дверь.

– Хорошо.

Постояв ещё несколько секунд в задумчивости, Золлак решительно положил руку на ручку двери и толкнул её от себя.

Вместо ожидаемой толпы стражников в полном боевом облачении, как он успел себе нафантазировать, на улице оказался один всадник верхом на серой лошади. Одет он был как простой горожанин, но сапоги с богатой отделкой и золотая лента на голове выдавали выходца из знатного рода.

– Мастер Золлак!
– искренне обрадовался всадник и спрыгнул с коня. На вид ему было немного за тридцать, но седина уже посеребрила виски. Лицо было бледным и встревоженным, под глазами лежали глубокие тени.

– Я уже не верил, что найду вас. Люди говорили, что вас увезла женщина с белыми волосами, а я потерял её след.

Он внимательно всмотрелся в лицо старика.

– Вы в порядке? Хорошо себя чувствуете?

– Со мной всё хорошо, - кивнул Золлак.
– Но кто вы? Вас послал господин Ларсен?

– Ларсен!
– воскликнул мужчина и сверкнул глазами.
– Ларсен негодяй!

Золлак вопросительно посмотрел на незнакомца.

– Предатель? Почему?

– Это он заправляет всеми делами во дворце. Не архонт Питер, а он!

– Я не понимаю...

Золлак и в самом деле не понимал. Он никогда не интересовался тем, что происходит в государстве, понятия не имел, в чьих руках сосредоточена власть. Пожалуй, Золлак был единственным человеком при дворе, кто верил в то, что архонт Питер является полноправным правителем. Он считал Ларсена любящим братом, который разделяет с архонтом тяготы правления. Слушая, как незнакомец рассказывает о злодеяниях Ларсена, Золлак пребывал в смятении. Он был добрым и доверчивым человеком, в чьей душе остро отдавалась чужая боль и несправедливость.

– Значит, Ларсен нехороший человек, - вывел он, когда его собеседник умолк.
– Но кто ты и почему пришел за мной?

– Я Девин. Сын Вервы Кру.

Золлаку показалось, что он ослышался. Девин Кру был не просто сыном любовницы Ларсена, он был сыном Ларсена. Ублюдок в шелках, так называли Девина во дворце. И Золлак не мог представить себе человека, который ненавидел бы Девина больше, чем Ларсен. Сам Золлак никогда не видел Девина. Он вообще редко водил знакомства с другими придворными.

Появление Девина для Ларсена полной неожиданностью. Всемогущий Ларсен и представить себе не мог, что кто-то из его женщин осмелится привести во дворец своего выродка. Обычно такие дела решались за пределами дворцовых стен. Детей отдавали на воспитание в отдалённую деревушку, а наложница получала дорогую побрякушку. Когда Верва спокойно привела Ларсену пятнадцатилетнего подростка, Ларсен почувствовал себя взятым врасплох.

– Твой сын, - просто сказала Верва Кру. И Ларсен не нашелся, что сказать в ответ.