Чтение онлайн

– Тебя что ли?

– А у тебя есть другие варианты?
– он приподнял в удивлении брови и засунул ладони в карманы джинс.
– Нет? Значит собираемся и едем ко мне. Одевайся, подожду в коридоре.

– Макс?
– просверлив исчезнувшую спину парня недовольным взглядом, вздохнула и посмотрела на брата.

– М-м-м?

– Не молчи!

– Подожди, я думаю.

– О-о-о! Ну думай, думай, отвернись тогда, оденусь хоть. А то такое ощущение, что я никогда отсюда не уйду!

– Не ворчи.

– Не ворчу!
– стянув майку и шорты, натянула джинсы. Скептически осмотрев оставшийся гардероб, снова натянула зайцев и уже на них куртку. Не бог весть что, но все лучше, чем платье, особенно если молнию до конца застегнуть, под горло. Так вообще замечательно. Закидав ненужное в пакет, сунула ноги в мокасины.
– Я готова. Надумал что?

– Угу.

– Макс?

Его "угу" прозвучало как-то грустно и недовольно.

– Поживешь у него пару недель. Если все будет норм, съедешь, как раз с квартирой разберемся.

– Макс? Ты серьезно?
– приоткрыв от удивления рот, выронила пакет, сумку, так же ничем не удерживаемая плавно опустилась следом.
– Я не хочу! Мы же все продумали...

– Не все. Маришь, я не хочу потерять тебя из-за какой-то глупости. Да я чуть не поседел, когда думал что ты в кому впала!
– брат оттолкнулся от подоконника и, в пару шагов преодолев расстояние до меня, вцепился в плечи, больно их сжав.

– Макс, больно...

– Прости, - отдернув руки, сделал шаг назад и закрыл глаза.

– А если он врет?

– А если нет?

– Плохо.

Да уж, если Глебушка не соврал, то все просто отвратительно. Ну не верю я! Не верю! С чего ему вообще обо мне заботиться? Курировать? Опекать? Он что, добрый самаритянин? Три раза "ха". Не похож ни разу. И ведь не признается гад ни за что. А если правда не соврал в этом, именно в этом, то... кошмар.

Стало неуютно и ... страшно. Терять это тело я не хотела.

– Плохо, - согласился Макс и, быстро нагнувшись, подхватил выроненные вещи.
– Но я рядом. Если что - звони, а лучше вообще, сразу ко мне.

– Поехали?
– обсуждаемый субъект нашелся в коридоре. Удобно устроившись возле сестринской, он неторопливо пил чай, прикусывая непонятно откуда взявшимися дорогими конфетами. Неужели сам принес? И заодно очаровывал медперсонал. А то с чего бы сегодняшние дежурные молодые сестрички при нашем приближении недовольно скривились и лишь потом натянули на личики профессиональные маски?

– Да, выписку взял?
– разговаривать с "женихом" не хотелось. Впрочем и не пришлось, с этим замечательно справился брат.

– Конечно, - он похлопал ладонью по рядом лежавшей папочке и поднялся.
– Хорошего дежурства, девочки.

Широко улыбнувшись засмущавшимся медсестричкам, одной рукой подхватил папку, второй меня и повел на выход.

– Ты не представляешь детка, как же я счастлив, наконец, что тебя выписали!

Да уж... почти верю. А я то как счастлива! Кому бы рассказать?

– Проходи, - Глеб кивнул в сторону распахнутой двери.
– Устраивайся, а то что-то ты бледная какая-то.

Медленно зайдя в комнату, огляделась. Относительно небольшая спальня, квадратов семнадцать, выполненная в светло-бежевых тонах. Темный шкаф с зеркальными дверцами до потолка, пара мягких кресел возле окна, небольшой стеклянный столик между ними и широкая кровать.

Оглянувшись, озадаченно уставилась на ложе. Сама кровать мне понравилась, бежевая, с мягкими высокими подголовниками, но вот...

– Глеб? Это твоя комната что ли?
– почесав бровь, снова окинула взглядом маленький кроватный Армагеддон, состоящий из нескольких подушек и одеял, горкой возвышающихся посредине, и оглянулась.

– Почему моя? Наша, - парень пожал плечами и подошел ближе и криво улыбнулся, заметив возмутившую меня деталь.
– О-о-о, ты про это? Ты же сама просила прийти пораньше. Ко ж утром кровать заправляет?

– Глеб, - поджав губы, устало прислонилась к двери и потерла лоб. Еще пару часов назад я чувствовала себя более чем хорошо, сейчас же как-то резко накатила усталость и хотелось одного - куда-нибудь лечь и закрыть глаза. И полежать. В тишине. Без внимательно рассматривающего меня парня.

– Глеб... давай сразу определимся! Я не Мари. Окей? И у меня нет жениха, только куратор. То есть ты. Ага?

Приподняв в веселом недоумении брови, "жених" хмыкнул:

– Я и не навязываюсь в этом плане. Просто кровать в этом доме одна. Могу конечно постелить на диване, но это минут пятнадцать. Сама то выдержишь?

После его слов о не навязывании щеки обдало неприятным жаром. Стало неловко и неприятно, словно я сама ему навязывалась, в этом самом плане, а он, бедняга, отбивался всеми руками и ногами, но дабы меня не обидеть делал это на удивление культурно.

– Выдержу, -смотреть на него не хотелось, и я просто закрыла глаза, а потом сама и не заметила как опустилась на пол, положив голову на скрещенные руки.

– Мари? Эй? Спишь что ли?
– через какое-то время меня аккуратно потрясли за плечо. Ничего не понимая, подняла голову.

– Что?

– Пойдем, - потянув меня наверх, Глеб придержал, стоило мне пошатнуться, а потом, вздохнув и пробурчав что-то про упрямых девиц, подхватил на руки, с силой прижимая к груди. Почувствовав полет, охнула и сжалась.

– Успокойся. Зря тебя сегодня выписали, еще пару дней как минимум будешь неадекватна. Может в больницу вернемся?

– Нет, - качнув головой, закрыла глаза. Голова кружилась, но в больницу не хотелось.

– Нет, так нет.

Буквально через пару минут меня положили на твердую поверхность, а сверху прикрыли одеялом.

– Спи уже, болезная. Потом поговорим.

Угукнув, не открывая глаз, зарылась в одеяло и , вытянувшись в полный рост, выдохнула.

Хорошо.