Чтение онлайн

– Нет, - мотнув головой, удобнее устроилась, вытянув ноги под столом и чуть съехав вниз, а потом и вовсе закрыв глаза.

Мне было совершенно не интересно, о чем тихо говорили мужчины, потому как для себя я уже все решила. Зачем отказываться от мнимых будущих проблем ради сегодняшнего удобства и комфорта? Я не хочу думать о том, что будет после, когда узнаю, зачем нужна Марку. Вот когда узнаю, тогда и подумаю, тогда и решу, как жить дальше. А все эти разговоры вокруг да около ни к чему хорошему не приведут.

– Мариш? Может домой?

Очнувшись, выпрямилась и ничего не понимающим взглядом посмотрела на практически пустой стол, а потом и на мужчин, явно что-то от меня ожидающих.

– Поговорили?
– переведя взгляд с одного на другого, заметила тень недовольства в лице брата и усталости у Марка.
– И что решили?

– Сама что думаешь?
– Макс поставил локти на стол и положил подбородок на скрещенные кисти рук.

– Ты знаешь.

Свою позицию братцу я обозначила раньше, так зачем сотрясать воздух?

– Упрямая, - вздохнув, брат впился взглядом в брюнета.
– Ты знаешь, что я об этом думаю.

– Знаю, - тот удовлетворенно кивнул.
– Нам пора.

– Топайте, - родственник расслабился и , откинувшись на спинку дивана, прикрыл глаза.
– Я догоню.

Поднявшись вслед за брюнетом, помедлила и обернулась. Брат сидел с закрытыми глазами, пока его рука, лежавшая на столе, нервно отстукивала ритм.

– Милая?
– Марк притянул меня к себе.
– Нам тоже желательно поговорить.

– Не сейчас, - передернув плечами, дернулась, пытаясь вырваться и случайно налетела на заходившего в зал мужчину.

– Простите, - оборачиваясь для извинений, подняла глаза и застыла, а потом, судорожно сглотнув, машинально сделала шаг назад, впечатываясь в Марка.

– Мариш? Все в порядке?

– Да...

Мое "да" прозвучало болезненно хрипло. Возможно от неожиданности, возможно от усталости... а может только потому, что на меня щурясь смотрели голубые глаза Вадима? Он всматривался в меня непозволительно долго, словно пытался что-то вспомнить или что-то понять, а я смотрела в ответ, не в силах отвести взгляд.

– Господин Аксаковский, если не ошибаюсь?
– голос Марка звучал как в тумане, лишь его руки, прижимающие меня к горячему телу, напоминали о реальности.
– Милая, вы знакомы?

Вадим, всматриваясь в мои глаза, моргнул и перевел взгляд на Марка.

– Господин Венриш? У вас очаровательная спутница.

Бывший и возможно будущий, как ни в чем не бывало пожали друг другу руки и неожиданно для меня решили переброситься парой ничего не значащих фраз. Зачем? А кто этих мужчин поймет? Пока я приходила в себя от шока, стало еще веселее. Появился братец. Брат, в отличии от Марка, играть совсем не умел. Нехотя поздоровавшись с бывшим мужем, он бросил на меня осторожный взгляд, а заметив мои крепко сжатые губы, зло посмотрел на Вадима. Не знаю уж, что в глазах родственника обнаружил мой убийца, но он нахмурился и уже с большим интересом покосился на меня.

– Нам пора, - наши переглядывания не остались незамеченными Марком. Мягко потянув меня к выходу, он пожелал приятного отдыха Вадиму, а пару минут спустя, глядя на мои сжимающиеся и разжимающиеся кулаки, безэмоционально спросил: - Что ты к нему чувствуешь?

Я смотрела прямо перед собой в чернильную ночь, растекшуюся за стеклом, но видела лишь до боли знакомое лицо, обрамленное короткими светлыми волосами и бледные голубые глаза, блестевшие холодными льдинками. Только сейчас, находясь в тесном пространстве машины, я поняла, что Вадим был не один. За его руку цеплялась неизвестная мне молоденькая девчонка, а рядом с ними со своей парой стоял Сергей. Сейчас, вспоминая короткую встречу, в голове всплывали слова, сказанные Серым, реплики девчонок и их смешки. Но все они были шумом, фоном, обрамлением для Него.

– Мариш?
– Марк напомнил о себе, а я вдруг решила узнать о другом, совершенно о другом.

– Как ты умер в самый первый раз?

– Что?

Медленно повернувшись, наклонила голову на бок, пытаясь угадать ответ, но Марк не спешил. Нахмурившись, он сложил руки на груди, словно бы закрывая себя и свое прошлое.

– Об этом не принято говорить.

– Но все же?

– Марина! Нет!

– Больно?
– не дождавшись ответа, понимающе кивнула и торопливо пробормотала.
– Хорошо, тогда только "да" или "нет". Окей?

Брюнет неопределенно качнул головой.

– Тебя убили?

Ледяной взгляд казалось вонзался прямо в душу, переворачивая мысли, заставляя цепенеть, и даже пожалеть о своей настырности, самую капельку. А может и нет. В конце концов, не мертвый знает обо мне все, и даже то, что оказывается "не принято".

– Да, - процедив, он отвернулся и завел машину.

А я горько усмехнулась:

– Значит ты точно знаешь, что я к нему чувствую.

Накрывшись одеялом и спрятав голову под подушку, зажмурилась, пытаясь хоть как-то отодвинуть действительность, но она наступала, невзирая на хлипкие преграды. Я снова тонула в мыслях и терялась в ощущениях надвигающейся катастрофы. Казалось еще немного, и я полностью растворюсь, пропаду в нереальной реальности, и скоро не останется ни Марины Аксаковской, ни Марии Александровой.

Сжав пальцами подушку, я шумно задышала, вдыхая через нос и выдыхая через рот. Не помогло. От густого, горячего воздуха, пронизанного мужским парфюмом и нотками не выветрившегося ополаскивателя для белья, закружилась голова, и без того путанные мысли побежали вскачь.

Откинув подушку в сторону, опустила ступни на прохладный пол и, шатаясь, подошла к окну, закрытому плотными шоколадными шторами. Резко отворив створку, высунулась по пояс, глубоко глотая холодный, обжигающий легкие воздух.

– Ты что творишь?
– чужие руки с силой прижали к обнаженной груди.

– Пусти..., - дернувшись, часто заморгала.

Четкие очертания окна и виднеющегося за ним соседнего здания, освещенного теплыми прямоугольниками светящихся проемов поплыло и размылось. В легких снова стало горячо, а во рту сухо, как в пустыне.

– Хватит!
– меня встряхнули и, развернув к себе, снова прижали к груди.
– Ну же?

– Я..., - уткнувшись носом в теплую кожу, всхлипнула и с силой вцепилась в мужчину.

– Ты из-за него прыгать собралась?
– Марк ощутимо поморщился, а я почувствовала, как по обнаженной коже прошла крупная дрожь.
– Идиотка! Жизнь - это ценность! Тебе даровали второй шанс. Тебе! Ты знаешь, сколько таких, как мы? Всего пятьсот, если не меньше. Пятьсот!

Мужнина рыкнул и снова меня встряхнул. Я же пыталась вывернуться, отрицательно качая головой, пыталась сказать, что он не прав, но кто меня слушал?