Мертвые тоже хотят жить
Шрифт:
Новый удар, заставивший машину развернуться.
Ошарашенные вторжением утки, забившие крыльями по темной заводи.
Треск, ледяная вода, и новый удар.
Я потеряла сознание.
Глава 29
Распахнув глаза, безумно оглянулась и истерично рассмеялась.
Он снова меня убил! Подумать только!? Опять... Неужели я в прошлых жизнях так нагрешила, что меня нужно убивать раз за разом, при этом не забирая память о смертях? Сначала зарезал как бешеную собаку, потом утопил...
Надеюсь ты издох, любимый!
Сжав кулаки, запрокинула голову в черноту и заорала:
– Здохни! Здохни, наконец! Пожалуйста, Боже, если ты существуешь, прости за грешные мысли, но я тебя очень прошу... Я умоляю... Пожалуйста!
Стирая бежавшие по щекам слезы, обессилено упала на колени, уткнувшись в непроглядное нечто сжатыми кулаками и лбом.
Я просто хотела жить... Как могла, никому не мешая, не убивая и не воруя. Я никого не предавала, я просто хотела жить, быть любимой и любить. Всего лишь. Или это так много? Непозволительно много для меня? Так почему!? Скажите, почему он меня снова убил?
Я до сих пор чувствовала страх и беспомощность последних мгновений новой жизни, жесткие ремни, впивающиеся в кожу, скрежет металла, серо-белые перышки взметнувшихся ввысь уток и холод черных вод реки, прожорливым зверем ринувшихся в раскуроченный автомобиль. Как и первую смерть, эту я не забуду никогда, ведь я все равно хочу жить. Я не собираюсь растворяться в небытие, не хочу и не буду! Пусть начну с начала, пусть снова буду блуждать призраком, но я вернусь. И если ты не умер... ты умрешь, обязательно!
Сглотнув тяжелый ком в горле, приподнялась.
Знакомое пятнышко света, сопровождающее меня в прошлый раз, мигнуло и словно бы приблизилось став больше, но мне было откровенно не до него. Я хотела вернуться. Прямо сейчас оказавшись в любом известном мне месте, где-нибудь подальше отсюда и желательно в близи нового тела. Мечты... Которые и не думали сбываться. Сколько бы я не представляла ни квартиру брата, знакомую до мелочей, ни его самого, ни даже Марка с его апартаментами, не получалось ничего. Я все так же сидела, опираясь на колени и рассматривая черное ничто.
Сцепив зубы, поднялась и сделала первый шаг, стараясь до мельчайших деталей вспомнить все свои прошлые действа. Я шла, бежала, мечтала...Что еще?
Но темнота и не думала отпускать. Она нежно обволакивала тело, приглушая мысли и чувства. Были только я и она, нежная, беспристрастная, обещающая вечный покой.
– Нет...
– шепнув, закричала: - Нет! Я хочу вернуться!
Широко распахнув глаза, сделала шаг прочь, потом следующий и побежала, преследуемая скачущим по пятам белым пятнышком. Минута, час, день... Время не имело значения, его просто не было. Только я и она, пока однажды тьма не замерла и не отступила, недовольно взметнувшись за спиной, а перед глазами не возникло светлое пятно, медленно принимающее очертания человека. Испуганно отшатнувшись, рассмотрела две более светлые точки, сияющие на уровне глаз и туманную руку, протянутую в мою сторону. Сглотнув, оглянулась, ища пути отступления.
Неужели добегалась?
Кто это? Ангел? Демон? А ведь кто-то просил о пухлощеких херувимах, встречающих и провожающих на перерождение...
Фигура стояла ровно, но я видела, как в нетерпении клубилась дымка у ее лица, а ладонь, уже больше похожая на человеческую, словно требовала схватиться за нее.
Загипнотизировано всматриваясь в пятерню, сглотнула и помотала голову из стороны в сторону.
Нет! Я не хочу на перерождение! Меня ждут! Ведь ждут?
Максик и ... Марк...
Качая головой, попыталась сделать шаг назад, но окоченевшее от страха тело не желало повиноваться.
Нет!
Я даже не буду устраивать истерик и сбегать тоже, не буду... Я хочу домой! Просто верните меня обратно? Пожалуйста...
Может он услышал мои мысли, а может ему просто надоело ждать, но туманная ладонь схватила меня за руку и с силой притянула к неизвестному.
Туман взвился, опутывая мое тело с головы до ног, застилая глаза, проникая в распахнутый в крике рот, заполняя собой всю мою сущность. На мгновение меня обуял дикий страх, вспомнились фильмы ужасов и детские страшилки, рассказанные под одеялом при светел луны. Темные сущности, пожирающие человека... Страх... Ужас... Беспомощность жертвы и снова волна страха. Я была готова бороться до конца, но могла стоять лишь каменной недвижимой статуей, и лишь душа птицей билась в груди, вырываясь из силков.
– Тш-ш-ш...
Тихий шепот змеей вползал в сознание, подавляя волю, приглушая волны ужаса.
– Это всего лишь я...
Теплая ладонь коснулась щеки и зарылась в волосы.
– Расслабься... Это я... Ну же!?
Тяжело дыша, последний раз дернувшись, прислушалась к размеренной речи.
– Ну же? Маленькая моя... Это я.
Знакомый низкий голос, узнаваемое тепло. Надежность. защита...
– Марк?
Меня согласно обняли, снова взъерошив волосы. Всхлипнув от нахлынувшего облегчения, подняла голову и попыталась разобрать черты его лица, твердый подбородок, упрямая линия губ, прямой, с маленькой горбинкой нос, все это я понимал и видела словно наяву, если бы я умела рисовать, то изобразила бы его лицо с точностью до мелких морщинок, появляющихся в уголках глаз когда он улыбается, или меж бровей, когда хмурится. Но лицо передо мной все никак не хотело принимать его черты, оно плыло, постоянно изменяясь: нос, длинноватый, прямой или похожий на клюв хищной птицы, рот то обретал мягкость линий и странную для мужчины припухлость, то становился твердым и жестким, то прямой линией без намека на губы. Глаза меняли цвет со скоростью ракеты, уходящей в далекий космос: черные, голубые, синие, карие, но одно оставалось неизменным - их выражение. Мужчина напряженно всматривался в меня, удерживая за плечи, а я, с трудом стоявшая на подрагивающих ногах, с грустью усмехнувшись, пожаловалась:
– Я хотела вернуться... Я хотела... Почему, Марк?
Теплая дымка стерла слезы и ласково прошлась по лицу, но мне было мало. Хотелось вжаться в упругое тело, раствориться, укрыться от окружающей тьмы, завернуться в безопасность и нежность. Привстав на цыпочку, потянулась к губам.
– Уверена?
Горячее дыхание обожгло кожу, давая секунду на раздумье.
Зачем? Ведь я действительно уверена.
Мне нужно чувствовать его вкус и запах, мне жизненно необходим он сам. Весь. Без остатка.
Со всхлипом прижавшись губами к чужим губам, пальцами вцепилась в плечи, телом вжимаясь в тело. Я хотела стать с ним одним целым, хотя бы на мгновение раствориться в мужчине, потерять себя, забыть обо всем.
У меня получилось.
Сознание закружило каруселью, и вот я, уже не я, а некто другой. Сильный, умный, опытный. Некто жесткий, проживший сотню жизней, переживший сотню смертей, некто помнящий о каждой из них.
Сотни?
Вздрогнув, хотела было отступить.
Мне и своих двух достаточно. Но меня не пустили.
– Смотри, - тихий чужой голос прошелестел за плечом.
– Я хочу, чтобы ты знала.
Обернувшись в поисках неизвестного, натыкалась лишь на осколки прошлых жизней.
– Смотри!
И я смотрела.
Комрут, командор Герман фон Айнхшен, именно так звали меня в самой первой жизни. Относительно молодой, амбициозный вояка потом и кровью защищающий интересы ордена Креста, Тевтонского ордена в Ливонии и за ее приделами. Именно он, я, командовал частью войск ордена, так бездарно разгромленного на Чудском озере. Слишком молод, чтобы выдвигать и придерживаться своей стратегии и слишком принципиален, чтобы подчиняться бездарному руководству Андреяша фон Фельфена. Это меня и сгубило. Я сделала все, что было в моих силах, я сражалась на пределе, но тонкий лед не предназначен для войны и позорного отступления, а верный оруженосец слишком ослаблен для последнего броска. Он тоже погиб там, не успев прикрыть спину мне, своему господину. А несколькими минутами позже погибла и я, сломленная мощным ударом в спину. Боевой топор не выбирал кого бить - обычного рыцаря, сподвижника или комрута. Стали все равно. Она холодна и глуха, как холодны и беспрестанны черные воды озера, принявшие в свои объятия закованного в металл молодого мужчину.