Чтение онлайн

Он посмотрел, запрокинув голову, в небо, залюбовался созвездиями, поневоле подумал о том, не пребывает ли там, в бесконечном просторе Вселенной, на расстоянии множества световых лет отсюда, Клеопатра, последняя царица египетская, величайшая из всех земных цариц, и не глядит ли она сейчас на него, благословляя его поход против презренной и дьявольской узурпаторши ее величественного имени.

Услышав поблизости шорох чьих-то шагов, он поднял голову и огляделся по сторонам.

— Удобно устроился?

Фиона Ли, стажерка, которой предстояло стать внедренным агентом, известная на гасиенде под именем Мэри Бет, опустилась на траву рядом с ним.

Он сел. Лунный свет, падая ей на лицо, придавал дополнительный блеск глазам, делал улыбку особенно таинственной. По воздуху на Алехандро волнами наплывал исходящий от нее аромат — смесь жасмина и можжевельника. Он уставился на нее, отвлекшись от своих фантастических размышлений. «Кто эта женщина?» — подумал он с нарастающей тревогой.

Упершись руками в землю, она подалась вперед и спросила:

— Ты член персонала или стажер? — А поскольку он ничего не ответил, она посмотрела на него повнимательней и сделала собственный вывод: — Стажер. Знаешь, что я тебе скажу? Только, чур, никому ни слова! Вообще — забудь о нашей встрече! Но мне нужно поговорить с кем-нибудь из реального мира. У меня уже от здешней муштры глаза на лоб лезут! И это, поверь, еще мягко сказано.

Поднявшись на ноги, он наконец удостоил ее ответом:

— Леди, нам не следует разговаривать друг с другом.

— Да расслабься ты, парень! Ну, немного пооткровенничаем — а какое значение это будет иметь через сотню лет, когда мы увидимся в следующий раз?

— Но это может произойти не через сто лет, а уже через неделю.

И он собрался было пойти прочь.

— Слушай, а не сходить ли нам нынче в «Техасский тустеп»? Есть тут поблизости такое заведение.

Он резко повернулся, начиная злиться по-настоящему. Какого дьявола, кто она такая и откуда взялась? Может быть, очередной тест устраивает ему руководство гасиенды? Или этой девице пришло в голову нарушить установленные правила? Алехандро решил, что в этом вопросе имеет смысл разобраться наверняка.

— А как, по-твоему, мы удерем отсюда в город?

— Проявим изобретательность и угоним машину из здешнего автопарка.

Алехандро посмотрел в сторону главного здания. На втором этаже в комнате отдыха еще горел свет. Над ними пролетела сова, что ж, это доброе предзнаменование. Наклонившись, он сорвал несколько травинок, бросил их в воздух, проследил за тем, как они плавно парят в воздухе, прежде чем опуститься наземь. Его бабка без устали твердила ему, что человек должен разбираться в травах, потому что именно через них помогает смертным бог Этцель принимать правильные решения. Травинки упали таким образом, что образовалось нечто вроде стрелки, направленной в сторону автопарка. Удивляясь себе самому, Алехандро подал девушке руку и сказал:

— Пошли.

Неоновая вывеска с изображением ковбойских сапог сверкала над заведением «Техасский тустеп». Алехандро запарковал угнанный мини-грузовик на стоянке на заднем дворе танцевального заведения, и они вышли наружу. Оглядевшись по сторонам, Алехандро удивился, когда нигде не обнаружил Порджеса во главе целой группы захвата, прибывшей за ними с гасиенды. Ему было трудно представить себе, что им удалось бы проникнуть в автопарк, угнать мини-грузовик и смыться, так и оставшись незамеченными. Взяв Фиону за руку, он повел ее по грязному и захламленному двору на танцплощадку.

— Как мы собираемся обращаться друг к другу? — полюбопытствовала она.

— Называй меня Джесси Джеймсом.

— Отлично. А я тогда буду Белл Старр.

Они пожали друг другу руки, одновременно как бы скрепляя этим рукопожатием гласный уговор не упоминать ни о своей работе, ни о конкретной цели прибытия на гасиенду, равно как и ни о чем таком, что может выдать их подлинную сущность или ведомство, на которое они работают. Они вошли в вестибюль заведения и с интересом осмотрелись по сторонам.

В центре большой танцевальной площадки на шнуре с потолка был спущен кубический видеопроигрыватель с четырьмя экранами. На экране пощипывал струны гитары и напевал что-то об отвратительных манерах своего папочки Хэнк Уильямс-младший. На большинстве мужчин, явившихся на танцульки, были джинсы и ковбойские шляпы. Многие были и в ковбойских сапогах, тогда как другие просто в уличной обуви или даже в кроссовках. Женщины тоже в основном были в джинсах, и лишь немногие из них в платьях, а три или четыре девицы были одеты в ковбойском стиле, и спины их жакетов были украшены речным жемчугом.

Чуть в стороне от танцплощадки имелся небольшой подиум, поднявшись на который можно было следить и за танцующими, и за видеоэкраном. И тут и там стояли небольшие столики, имелся и подковообразный бар из неотполированных и смолистых сосновых досок, украшенный колесами и другой атрибутикой железнодорожного дела. Справа у входа, неподалеку от того места, где сидел контролер, продававший входные билеты, располагался застекленный киоск, в котором торговали всякой всячиной в ковбойском духе и в котором любой желающий мог выгравировать свое имя на пряжке ремня с тем, чтобы обойтись без представления будущей партнерше, когда пригласишь ее на танец. Да ведь и впрямь: зная имя того, кто позвал тебя танцевать, легче сломать лед молчания в первую минуту встречи.

— Давай и наши имена выгравируем тоже, — сказала девушка, подводя Алехандро к киоску.

Они сняли ремни и передали их местной служащей, одетой, разумеется, в ковбойском стиле.

Наблюдая за тем, как служащая вставляет пряжку ремня в гравировальный автомат, так называемая Белл Старр искоса посмотрела на своего партнера по танцам. Она смутно вспомнила, что видела эту симпатичную задницу, когда он тащил по футбольному полю приземлившийся там парашют.

Алехандро осмотрелся по сторонам, внезапно осознав, что впервые за много лет он оказался среди обыкновенных людей, будучи столь же обыкновенным, как они сами, и собираясь предаться столь же обыкновенному развлечению. Ему выпала короткая передышка, во время которой он может быть неким никому не известным Джесси Джеймсом и плясать техасский тустеп с красивой женщиной, которой нравится нарушать предписанные правила игры.

И только здесь он впервые увидел ее в более или менее приличном освещении. Ее коротко остриженные волосы были ослепительно черными, кожа — гладкой и золотистой. Она была стройна и с виду — хрупкого сложения, но, едва прикоснувшись к ней, он понял, что ее тело — сильное и отлично тренированное. Шея у нее была длинной и изящной, губы — твердыми, но многообещающими.

С трудом ориентируясь в собственных многочисленных кличках и кодовых обозначениях, да пребывая и здесь под только что выдуманным именем, он осознал себя всего лишь неким фиктивным персонажем, ведущим фиктивную жизнь в грязном болоте, именуемом реальным миром. И еще он со всей очевидностью осознавал, что, сколько бы ни довелось ему поездить и полетать по свету, самым длинным его путешествием окажется путь из глубин собственного сознания в наглухо заблокированный мир личных эмоций. Он неистово тосковал по тому, что было совершенно несовместимо с его профессией. А ему так хотелось погрузиться в собственные глубины и обрести наконец, а вернее, вызволить оттуда свою подлинную сущность.