Чтение онлайн

— Мисс Грейнджер, пожалуйста…

Глаза Поттера расширились.

— Я вас очень прошу…

Глаза Поттера увеличились вдвое.

— Если вас не затруднит…

Поттер громко сглотнул и потянулся за палочкой, Северус понаслаждался этим зрелищем ровно полсекунды и рявкнул:

— Заткнитесь!!!

Грейнджер улыбнулась полусмущенно-полупонимающе, Поттер облегченно выдохнул, а Драко очнулся, поэтому реакции остальных присутствующих Снейп не заметил.

— Сколько народу… задавило-то… — прохрипел Малфой.

— Размечтался, — хмыкнула Грейнджер. — Ты себя задавить не смог, где тебе такую толпу перемолоть…

— Мисс Грейнджер!

Снейп торопливо осматривал крестника, и неумолкающая Грейнджер его… нет, не раздражала. Пугала. Звонкий жизнерадостный голос до того жутко звучал в тишине запустения, что у Северуса бежали холодные мурашки от копчика до затылка и непроизвольно сжимались зубы.

— Орут… — простонал Драко, неверными пальцами касаясь шрама, пересекающего все лицо. — Что, мне теперь с этим?..

Грейнджер так и взвилась:

— Скажи спасибо, что…

— Скажите спасибо, что остались живы, мистер Малфой, — перебил ее Снейп.

Официальное обращение показалось смешным и никчемным.

— Ну что, Малфой, почувствуй себя Поттером, — подал голос Уизли. — Теперь не только он шрамоголовый.

— Жалость-то какая, — наигранно вздохнул Поттер. — А я уже так привык быть уникальным и неповторимым… И обламывает меня, как всегда, Малфой.

— Да, — в тон ему протянула Грейнджер. — И шрам у него круче. Он виднее. Суши свои лавры, Гарри, и кидай их в суп.

Они снова стояли втроем рядом, близко-близко, касаясь друг друга локтями, — уверенные друг в друге и сосредоточенные, как перед боем, они смеялись, но одними губами. Они все еще воевали.

* * *

Традицию педсоветов ввел Дамблдор. Больше всего это походило на собрания из серии «посидим-поокаем». Северус редко присутствовал на педсоветах, а когда присутствовал — выразительно молчал в углу или дежурно ругался с Минервой из-за методов воспитания подрастающего поколения. Метод Снейпа был прост: битье определяет сознание. МакГонагалл возмущалась, читала нотации, цитировала Песталоцци, взывала к здравомыслию. Северус обычно отвечал короткими сентенциями типа: «Не всем же только сеять разумное, доброе и вечное, кто-то должен и пахать». Дамблдор посмеивался в бороду, Вектор и Флитвик гоняли чаи, а вопросы хозобеспечения, учебного процесса и бумажных волокит решались сами собой.

Позже, став Директором, Снейп упразднил педсоветы — и схватился за голову. Ко всем проблемам того бешеного года — держать в узде обоих Кэрроу, под любыми предлогами отмазывать учеников от жестоких наказаний, следить за перемещениями Золотого Трио, выворачиваться мехом наружу, чтоб не вывалиться из образа преданной делу Лорда собачонки, — добавились проблемы иного порядка. Оказывается, ни одно перо, ни одна унция чернил, ни один клочок пергамента не выдавался персоналу без директорской подписи. Повеление Директора требовалось на все — и на бумагу в туалете, и на свечи в комнатах, и на тыквенный сок в кубках. Однажды Северус чуть не прибил дежурного по кухне эльфа: незадачливый домовик появился с просьбой утвердить меню на завтра ровно в тот момент, когда Снейп возвратился с Темного озера после операции «Приведи Поттера к Мечу Гриффиндора». То нужно срочно сообразить, куда деть на взыскание распоясавшихся гриффиндорцев так, чтобы их при этом не поубивали, — и именно в этот миг выясняется, что в школе закончились красные чернила. То Лорд велит явиться пред светлы очи — а Комитет образования требует срочно отчитаться по результатам успеваемости за полгода; кто-то спустил в унитаз полотенце, и весь второй этаж залило дерьмом, кто-то протащил в замок огневиски, кто-то наградил Петрификусом стайку первоклашек с Хаффлпаффа…

Да, в тот год поддержка коллег по преподаванию и их участие в управлении школой были необходимы как воздух — но разве мог Северус Снейп тогда рассчитывать на эту поддержку? Крутился сам, иногда с подсказками портрета Дамблдора, но все равно сам. Каждое утро просыпался с уверенностью, что к вечеру поседеет.

Теперь МакГонагалл снова собрала педсовет. Снейп не знал, веселиться ему по этому поводу или огорчаться. Минерва, он сам да Септима — это разве педсовет? Это «сообразим головную боль на троих». Пятнадцать учеников, три учителя и полтора эльфа — это разве школа? Это частный пансионат для умалишенных в пользу бедных.

— Я собрала вас, коллеги, с тем, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие, — Минерва устало бросила на стол свиток пергамента.

Снейп напрягся. Две недели назад они с МакГонагалл полдня сочиняли проникновенное письмо в Министерство с просьбой выделить школе кусочек денег на учебный год. А потом еще полдня перекраивали смету, стараясь максимально урезать расходы. В результате предполагаемые затраты уменьшились мало не в двадцать раз, и, казалось, каждый кнат был железно обоснован. Неужели…

— Нам отказано в финансировании.

— Бляди! — прошептала Вектор и спрятала лицо в ладонях.

Сколько Снейп знал Септиму, она никогда не ругалась.

Минерва кивнула на пергамент:

— Говорят, открывать школу ради пятнадцати учеников нерентабельно. Сомневаются, что при некомплекте преподавателей мы сможем обеспечить надлежащий уровень обучения.

Сколько Снейп себя помнил, сам он ругался всегда. Но теперь не мог вымолвить ни слова. Да и что тут скажешь? Все уже сказала Вектор.

— Давайте думать, коллеги. Нам с вами и с детьми целый год есть что-то надо. На одних Хагридовых тыквах долго не протянешь.

Про тыквы Минерва упомянула не случайно. Эта бахчевая дрянь начала плодиться с сумасшедшей скоростью, захватила опушку Запретного леса и настырно лезла в сам лес. Тыквенные побеги увивали школьный двор и уже подбирались к стенам замка. Тыквы разрослись у корней Дракучей ивы, и бедное дерево билось в истерике, пока не засохло — видимо, не перенесло позора. Стоило выглянуть из любого окна Хогвартса — насколько хватало глаз, простирались тыквенные заросли. Зрели тыквы так же катастрофически быстро: за одно послевоенное лето они дали три урожая и сейчас активно готовили еще один. Снейп крепко подозревал, что виной тому было невероятное количество Темных заклинаний Последней Битвы: растения хапнули изрядную дозу волшебства и вместо того, чтобы подохнуть, принялись с энтузиазмом размножаться. Спраут, возможно, определила бы точнее причины тыквенного безумия и, может быть, даже нашла бы способ с ним бороться, у гербологов свои секреты. Но Помона погибла в Битве. Зачаровала «дьявольские силки» и вывела их на поле боя, чтобы сражались на стороне Ордена, но тупые кровожадные вьюнковые не совсем верно поняли стратегическую задачу и принялись истреблять все, что шевелится. Помона Спраут оказалась ближе всех и попала под раздачу первой.

— А если обратиться к гоблинам? — подала голос Вектор.

Минерва вздохнула:

— Они без залога не выдадут ни кредит, ни ссуду. А что нам закладывать, кроме собственных драных мантий?

— Теоретически, можно заложить мой дом, — пожал плечами Снейп. — Но, боюсь, практически он стоит даже меньше, чем драная мантия.

— Оставь, Северус. Не хочу я связываться с гоблинами, у них займешь галлеон — потом всю жизнь будешь расплачиваться. Можно поискать спонсоров…

— Спонсоры все в Азкабане, — ухмыльнулся Снейп. — А на их конфискованных миллиардах чахнет многоуважаемое Министерство.

— И то правда.

Минерва потрясла банку из-под чая. В банке не шуршало: чай закончился три дня назад.

Септима подняла глаза от пергамента, на котором все это время что-то черкала:

— Денег нам хватит на две недели плюс-минус пара дней. Это при учете тыквенной диеты, самых дешевых перьев и разведенных водой чернил.

— Теоретическом изучении Высших Зелий, Ухода за Магическими Существами и Гербологии, отсутствии чая и, пардон, туалетной бумаги, — продолжил Снейп.

— Мы все умрем, — без намека на шутливость в голосе постановила Минерва. — Без бумаги точно. Прямо завтра.