Чтение онлайн

Этот день не принёс им ничего плохого, ничего хорошего и ничего нового. Хотя уже несколько дней жители острова Мирный наблюдали поразительное природное явления. Люди Верво внимательно следили за направлением воздушных потоков. Если ветер дул от земель пиратов Мерморта в их сторону, то они неизменно приводили войска в повышенную боевую готовность. После страшного шторма, неделю бушевавшего в районе Мыса Слез, на море установился полнейший штиль. Такого спокойствия никто на своём веку припомнить не мог. Слишком спокойно. Казалось, что в природе разом исчезли все ветры. Не найдя этому пугающему парадоксу рационального объяснения, люди принялись усердно молиться во всех храмах. Молитвы их, правда, никто не услышал, ибо все Великие Повелители Стихий бились над решением одной единственной проблемы: как стереть Чёрную крепость с лица земли.

Двухсоттысячная эльфийская армия под командованием короля Бартоло значительно продвинулась вперёд. Благодаря прекрасной дороге и обилию источников питьевой воды, поход оказался куда менее изнурительным. Даже по самым скромным подсчётам, армия должна была выйти к позициям неприятеля на один день раньше запланированного срока, то есть не 13, а 12 января.

Второй день король Бартоло с интересом слушал бесконечные рассказы Хиля. «С таким собеседником в дороге точно не соскучишься, – размышлял он. – Интересно, за что мой сын сослал его в Северную пустыню? Завтра обязательно спрошу, если он сам мне не расскажет».

Великие Повелители Стихий внимательно наблюдали за быстрым продвижением армии эльфов. Они возлагали на смертных большие надежды, однако в успех операции верили далеко не все. Многие из них считали, что армия короля Бартоло разделит скорбную участь войска его брата, короля Медардо. Великие хозяева этого мира лишены дара предвидения. Им оставалось только ждать, надеяться, верить и незримо поддерживать эльфов, идущих за них на смерть.

День здесь начался ещё до восхода солнца. Увидев во сне страшный кошмар, князь позвал к себе колдуна Перелинуса, чтобы тот растолковал ему ночное сновидение. Колдун и по совместительству главный советник по стратегическим вопросам явился на княжеский зов незамедлительно. Он внимательно и с подчёркнутым сочувствием выслушал подробный пересказ тех событий, которые он сам же напридумывал и прислал правителю в виде пугающих ночных грёз. Наиболее сложной задачей для колдуна было поначалу правдоподобно изумляться и не верить явно пророческим перипетиям, пережитым князем в ночном кошмаре. Раньше он бы ни за что не справился с подобной ролью. От природы Перелинус не обладал ни актёрским даром, ни умением убедительно врать, ни строить козни. Однако с кем поведешься, от того и наберёшься. За несколько веков тесного общения с этим поганеньким народцем колдун научился многому. Теперь он смело мог стать мошенником на доверие или драматическим актёром.

Целый час он охал, ахал, хватался за сердце, вскакивал, выпучивал глаза, поднимал брови домиком, присвистывал и каждые пять минут повторял: «Быть такого не может! Да Вы что?! Не верю! Впервые слышу о таком! Какой ужас! Куда катится мир?!» Когда правитель, наконец, закончил своё увлекательное, но пугающее повествование, Перелинус взялся за толкование сна, то есть перешёл к исполнению своих непосредственных обязанностей. Для большей убедительности он напустил на себя важный и серьёзный вид:

– Мудрейший князь, сразу должен сказать Вам, что этот сон вещий.

– С чего это ты взял? Лично я сомневаюсь, – заупрямился правитель, которому меньше всего на свете хотелось, чтобы золото ускользнуло у него из-под носа.

– Но Вы же сами говорите, что всё происходило до крайности правдоподобно, словно не во сне, а наяву, – напомнил колдун.

– Это не аргумент! – отмахнулся Бадерус IV. – Я таки надеюсь, что это всего лишь моё разыгравшееся воображение. Нервы, знаете ли, недосыпание.

– То, что Вы не бережёте себя, проводя сутки напролет в неусыпных заботах о судьбах Родины и ваших верноподданных, всем давно известно, – решил умаслить его Перелинус. – Нервы, усталость, напряжение могли привести к стрессу, который и спровоцировал ваш ночной кошмар.

– Прости, к чему привести? Ну, слово какое-то мудрёное между напряжением и кошмаром, – нахмурился правитель, не любивший ничего неизвестного.

– Стресс? – переспросил колдун.

– Да. Что это еще такое? Это болезнь? Она заразная? – встревожился князь.

– Если не вдаваться в подробности, то это заболевание правителей, которые слишком переживают за свою страну и народ. Кстати, только вы один на всём Южном континенте от неё страдаете. Остальные заботятся лишь о себе, поэтому никакого стресса не испытывают, – продолжал бессовестно льстить колдун.

– Вот лишнее доказательство того, как моим подданным со мной повезло. Хорошо, – князь довольно погладил себя по животу и удобнее устроился в кресле, – это мы прояснили, теперь объясни мне, почему ты назвал мой сон вещим.

Рассказывая князю про стресс, Перелинус напряжённо соображал, как убедить Бадеруса IV в божественном происхождении его сновидения. «Потому что я его сам придумал и тебе послал, ты подозрительный и упрямый осёл!» – негодовал колдун, когда решение само пришло ему в голову. «Звёзды!» – возликовал он и расплылся в довольной улыбке:

– Великий князь, всю эту ночь я провел в астрономической башне, наблюдая за звёздами. Я составил подробную звёздную карта и сейчас Вам её разъясню.

Бадерус IV взглянул на советника несколько настороженно. В его глазах читался вопрос: «Причем тут мой сон и твои карты?» Его высочайшего терпения хватило ровно на пять минут астрономических занудствований колдуна:

– Стоп! Меня мало волнует, каким местом и под каким углом встала планета Армарс к звезде Ковис и планете Лиэра, и какая звездная фигня несётся к созвездию Кита, бороздя открытый космос! Говори уже про мой сон, учёная балаболка!

– Если в двух словах, то сегодня особенная ночь, которая случатся один раз в десять лет, – для убедительности Перелинус ткнул пальцем в потолок. – При таком расположении звёзд и планет все сны вещие, ибо посланы на землю богами.

– Богов нет! Есть только один Бог! Ты забыл?! – рассердился князь.

– Я оговорился, хотел сказать небесами, но задумался о грязных язычниках и ляпнул про их богов, – принялся оправдываться Перелинус.

– То есть этот сон мне прислал сам Бог? – недоверчиво нахмурился Бадерус IV.

– Да, он самый, – сказав это, колдун слегка покраснел. Богом его ещё никто не называл.

– И, по-твоему, получается, что надо скорее высадиться на горном плато и забрать наш клад пока не подоспели остальные? – продолжил цепочку логических рассуждений правитель Дезэры.