Чтение онлайн

— А что ты «петюню» не привел? — нахмурился Вася.

— Здесь он, в коридоре дожидается, — сообщил приятным голосом экс-капитан.

— Введи его! — приказал Вася.

Капитан мигом выполнил приказание прапорщика, его бывший чин не имел здесь никакого веса и значения.

В комнату вошел юный гомосексуалист, такой хрупкий и нежный юноша, что Игорь удивился: каким образом свершается правосудие, человека, нарушающего закон страны, запрещающий сношения с мужчинами, отправляют отбывать наказание в колонию, где все исключительно мужчины.

«И щуку кинули в реку! — подумал Игорь. — Но, с другой стороны, если его отправить в женскую колонию, то там его бабы за одну неделю просто употребят».

— Кого тут обслужить? — спросил он звонким, почти девичьим голоском и направился к Васе, решив, что он как-никак лучше подходит.

— Ошибся адресом! — сурово одернул его Вася. — Мне надо, чтобы ты вот этого обслужил. — И он показал рукой на Горбаня. — Только так, чтобы сперма его пошла на анализ.

— Проще простого! — улыбнулся юноша. — Только велите ему мне не мешать!

И он капризно и жеманно надул губки. Это было так смешно, что присутствующие рассмеялись.

— Слышал, Баня? — насмешливо спросил Вася у Павла. — Не будешь мешать делать себе приятное? Или свяжем. Давай, ложись на спину! Это в первый и в последний раз светит тебе такое развлечение.

Горбань встал со стула, на который он с трудом уселся после легонького удара Васи, и послушно лег спиной прямо на пол.

Игорь впервые видел, как работают гомосексуалисты, ему невольно пришлось наблюдать это.

Нежный юноша медленно расстегнул у Горбаня штаны, стянул их ему до колен и стал медленно ласкать тело Павла двумя руками, затем подсоединил к ласкам и губы с языком. Горбань, давно не видевший женщин, закрыв глаза, отдался своим ощущениям, вызванным богатым воображением, а может, вспомнил свою любовницу, только через минуту его мужское естество было на боевом взводе.

А нежный «петюня» мгновенно стянул с себя штаны и ввинтился на член Горбаня.

Игорь решил, что, конечно, Горбань, давно не испытывавший удовольствий подобного рода, первым завершит любовную экзекуцию. И ошибся.

Нежный юноша кончил мгновенно, из его спящего конца что-то закапало, а он сам простонал так, что каждый из присутствующих ахнул.

Но «петюня» ни на минуту не забывал об ответственном задании, полученном им от гражданина начальника. А потому, как только он почувствовал, скорее, увидел по глазам Горбаня, вернее, по закрывающим их векам, внезапно задрожавшим, что Горбань «готов», он мгновенно слетел с него и собрал то, что вышло из Горбаня, прямо в свою ладошку.

— Анализ взят! — сказал он так спокойно и без тени брезгливости, что Игорь понял, это для него привычная процедура.

Экс-капитан протянул ему стеклянную пластинку, на которую нежный юноша густо намазал то, что было у него в ладошке.

И бывший судебно-медицинский эксперт с нежным юношей исчезли из комнатки, будто, их и духу не было.

А Горбань все еще лежал на полу с закрытыми глазами.

— Вставай! — велел ему Вася. — Чего разлегся? Кайф ловишь?

Горбань послушно встал, натянул штаны и сел на стул.

— Хочу сделать заявление! — сказал он устало.

— Колись, Горбань! — поощрил его Вася.

— Когда я увидел мертвого Полковника, то не удержался и трахнул его! — сознался Горбань. — Отомстил ему! Разве можно было упускать такой случай: его голова с раскрытыми глазами и с собственным членом во рту смотрит на то, как я его в жопу трахаю? Жизнь можно за это положить.

— Ты колись полностью, Горбань! — посоветовал Вася. — Нечего выбирать себе эпизод по вкусу, за который меньше дают. Некрофил из тебя, как из меня китайский мандарин. Ясно? Колись по всем статьям!

— А больше мне добавить нечего! — заупрямился Горбань. — Я их не убивал, вешать на себя чужое не собираюсь.

— Черт виноват, одним словом! — улыбнулся Вася.

Он стал внимательно изучать принесенный отчет экс-капитана. Изучив его вдоль и поперек, Вася постучал пальцем по заточке, лежащей в целлофановом мешочке:

— А твое признание и не требуется уже, Горбань! — сказал он почти торжественно. — На этой заточке твои отпечатки пальцев, но ты не трепыхайся, второй раз тебе пальчики «прокатывать» не будем. «На пианино» ты уже в тюрьме сыграл. А у меня имеется свидетель, который на суде подтвердит свое заявление, что он видел, как ты выходил, пряча заточку, после чего были убиты Лом и Полковник. Признание нужно только тебе самому, чтобы «вышку» не схлопотать. У тебя пока что есть смягчающие вину обстоятельства, все-таки твоя жопа пострадала от тех, кого ты зарезал.

— Не резал я их! — завопил Горбань. — Черт их зарезал!

— Черт так черт! — согласился Вася. — Но перед судом предстанешь все же ты, а не черт.

Он как-то сразу потерял интерес к Горбаню. Доказательств для суда было хоть отбавляй, даже для западного суда достаточно, не говоря о нашем, где уже одного присутствия подозреваемого было достаточно.

Вася достал из ящика стола, за которым сидели они с Игорем, наручники и, подойдя к Горбаню, приказал:

— Руки назад! Вставай, вставай!

Горбань нехотя повиновался, и Вася, нацепив «браслеты» на запястья Горбаня, увел его из комнаты, сказав Игорю:

— Я его в БУР оформлю и вернусь! Потом мы с тобой пообедаем и продолжим допросы остальных.

— А зачем? — удивился Игорь. — Признание, хоть и неполное, у нас есть. Зачем нам остальные?

— Ты, Васильев, человек здесь подневольный! — усмехнулся Вася. — Сказали тебе: будем допрашивать, значит, будем. Твое дело — грамотно все оформлять для суда. А «кентов» не боись, они тоже понимают твою невольничью обязанность. Резать тебя не будут.

И он увел Горбаня в БУР. Павел шел, не сопротивляясь, с выражением лица, все еще безумным, но что-то хитрое в нем проявлялось, как будто Павел знал не только как избежать «вышки», но и как отомстить всем остальным. Отчаявшимся его назвать было трудно.

«Горбань что-то знает! — решил про себя Игорь. — Но что он может такого знать? Только одно: он видел убийцу в лицо, и этот кто-то из нашего барака!»

Такое открытие не прибавляло оптимизма. Сочти убийца, что Игорю стало что-то известно, и его могли так же зарезать.