Чтение онлайн

— Заситим сталсего блатика! — сказала Ирис остальным, сжимая в руках осколок резирагха.

Остальные дети согласно кивнули. Они все были настроены на одну волну и понимали чувства друг друга как свои. Все, чему учили их другие «спартанцы» и все, что они переняли от «папы» Хела, «мамы» Суон, «старшей сестренки» Майсы и «старшего братика» Адафоса в момент опасности проявилось в их решении. Больше рассчитывать было не на кого — местные человеки много кричали и бегали, а потом и вовсе куда-то все делись. Кажется, они просто решили спрятаться от врага, забыв о чар, как презренные саггаш. Глупо, ведь Пожиратель все равно придет за ними, куда бы они прятали свои кишки!

А они, будущие дархары клана «Спарта» — останутся и примут гурхор чаргир, во имя Дхума!

Что в точности происходит на «Розе», и где остальные дархары «Спарты» и ганрарх Кхэп, дети не знали. Оставшись одни в обезлюдевших медотсеках крепости, они только чувствовали вибрацию бронированных переборок, иногда моргал свет, еще ИИ что-то говорил сначала, но потом замолчал…

Но дети знали, что враг где-то рядом. Они чувствовали опасное присутствие с помощью своей необычной псионики, усиленной обломком мертвого «кричащего камня». Им было даже не особо страшно — они уже дважды применяли свои способности в бою, и если здесь появится кто-то плохой, кто решит сожрать кишки «старшего братика», они готовы были спеть ему песнь боли, как делали это раньше.

Но раньше, чем в медотсеках появились «судьи» или огонь, произошло нечто иное.

Тело Адафоса вдруг выгнулось, напрягаясь всеми мышцами, как в судороге, и из его груди вырвалось нечленораздельное рычание — этот звук не был человеческим криком, и даже не был грухорским хохотом, это было именно дикое, животное рычание. Дети обернулись на Адафоса, вслушиваясь, как будто это был не просто рык, а понятные и важные для них слова. Неумело копируя, один за другим они стали повторять это рычание, оскаливая свои непропорциональные детские рты.

По телу Адафоса снова прошла судорога, и он открыл глаза.

До этого голубой мальчишеский взор сейчас горел ярко, дико, как у разозленного кошкадемона — и смотрел в никуда, словно видел какой-то иной мир, вне металла переборок и окружающих механизмов медотсека. Резко сев внутри медбота, Адафос медленно оглянулся, как будто не понимал, где он вообще сейчас находится и что такое происходит вокруг. Сгорбившись, он перевернулся на живот подобрав под себя руки и ноги, озираясь на медицинские приборы.

— Мрааау! — громко и жутко издало звук его горло.

— Мрааау! — хором повторили дети, немного расступаясь.

Двигаясь подобно животному, не понимающему, как оно попало в это замкнутое пространство, Адафос неуклюже выбрался из медбота, неаккуратно сдвигая механизмы и обрывая датчики. Он спрыгнул на пол, встав на четвереньки, озверевше озираясь по сторонам. Его голова была чуть наклонена, он смотрел исподлобья, руки и ноги чуть согнуты в суставах, пальцы скрючены на подобие когтей, спина выгнута.

— Рррау! — снова прорычал он, но уже более угрожающе, с призывом.

— Это секлетная спалтанская сила! Дхум ширд, мы идем позырать врагов! — воскликнула Ирис, с восхищением наблюдавшая за пугающими нечеловеческими движениями «старшего братика», — Рррау!

— Рррау! — хором повторили дети.

Они все, как загипнотизированные, опустились на четвереньки, повторяя за Адафосом, вспоминая, как он учил их в катакомбах Города Свободы. Теперь все стало ясно — Темный Бог дал «старшему братику» свою силу, избрал его вместилищем Бесконечного Голода! Чтобы этот юный дархар клана «Спарта» пошел и вырвал кишки его врагам согласно его воле и во славу его! Чтобы он повел детей на их первую Великую Охоту!

Двигаясь необычно для человека, но очень ловко, как кошкадемон, Адафос быстро побежал вперед, на выход из медотсеков, на ходу издавая совершенно дикие звуки — дети стаей неотступно следовали за ним, рыча и выкрикивая детскими голосами на гурхорском призывы к резне.

— Гурхор чаргир! — пищали они, скаля зубки и сверкая красными глазками, — Гурх! Гурх!

Настроившись на волну обшей эмпатии, они все сейчас были единым организмом, роем, вошедшим в резонанс, который чувствовал одно, желал одного, и двигался к одной цели. Каждое движение каждого элемента этой псионной стаи было как будто движением одного организма, управляемого божественной волей Пожирателя, и сердцем тьмы был их лидер — Адафос.

Этой кровожадной рычащей массой они все вместе выбежали из медотсеков, в темные коридоры крепости — в которых уже не горел свет и не было питания из-за перегоревших энергоконтуров. Но такая мелочь, как отсутствие света, их нисколько не остановила, они прекрасно ориентировались даже в полной темноте.

Почему-то было очень жарко и влажно, воздух как будто загустел, влага оседала каплями на стенах. Стая рвалась вперед и вперед, чувствуя на своей кожей сырой воздух, во мраке они казались массой горящих красных глаз. По-прежнему, вокруг не было никого, ни врагов, ни защитников станции.

Через некоторое время бега, конца коридора, стая остановилась. Впереди зияла огромная дыра в переборке, как будто образованная взрывом — открывался проход в техвентиляцию. Не сговариваясь, повинуясь единому порыву, стая перетекла внутрь образованного отверстия, в котором было еще жарче и влажнее, и стремительно побежала по техническому каналу, скребя по металлу переборок согнутыми пальцами.

В это же самое время, в реакторных отсеках бой уже был практически закончен. И не потому, что пересилила одна из сторон — вовсе нет.

Дело было в том, что «адское пламя», распространившись по технической вентиляции, не перекрытой аварийными протоколами ИИ, привело к неожиданным последствиям.

Тонны рециркулированного конденсата годами скапливались в системе техвентиляции, попадая туда из неисправных блоков жизнеобеспечения, которые никто не собирался чинить, да и не умел. В те времена, когда крепость принадлежала флоту «Белой Звезды» при старом порядке, внутренние системы еще как-то удавалось поддерживать в стабильном состоянии с помощью технологий городов-эдемов, но потом, при пиратском анархичном феодализме о таком оставалось только мечтать. И сейчас, в момент абордажа, когда «судьи» одновременно выжигали «Розу» ракетами «Сталкер» — все это неимоверное количество накопленного за годы конденсата практически одномоментно превратилось в пар под температурой безкислородного огня. Многократно и быстро увеличившийся объем среды разорвал внутреннюю систему технической вентиляции крепости, причиняя «Розе» дополнительные повреждения. «Судьи» не планировали этого намеренно, это была случайность, продиктованная обстоятельствами и техническими неисправностями внутри крепости, о которых они не могли знать.

Но сейчас эти случайные обстоятельства оказали поворотное влияние на происходящее, кардинально поменяв ситуацию.

Внезапно вырвавшиеся невероятные объемы пара послужили своего рода стихийной системой пожаротушения, сработав в отсутствии стандартной системы, которая сейчас была заблокирована через ИИ. Разрывая корпус «Розы» во многих местах, по всему «телу» крепости, пар не только заполнял объемы внутренних коридоров и отсеков, но и местами прорывал сам древний корпус, лишая его герметичности. Получился некий двойной эффект — с одной стороны, крепость получила дополнительный урон изнутри, с другой стороны, «адское пламя», лишенное пригодной для горения среды, начало утихать. И даже там, где разгерметизации не было, объемы пара, заполнившие пространство, гасили своей массой безкислордный огонь, создав внутреннее давление и перенасыщая воздух влагой, связывая свободный кислород, пригодный для окисления.