Чтение онлайн

ПРАВКА ПРО СОГЛАСИЕ НЕ РАСПРОСТРАНЯЕТСЯ НА ДРАКОНОВ.

— Это дискриминация! — возмутился Гордокрыл. — Я требую равных прав! Я не хочу целоваться по принуждению.

Он спрятал морду в лапах. Блёстки посыпались на пол. Вита посмотрела на троих истинных. Лаэр пытался завязать шнурки, чтобы сбежать. Алдис закрыл глаза и делал вид, что его здесь нет. Эрнест просто стоял и улыбался — он уже понял, что абсурд победит.

— Слушайте, — сказала Вита. — А давайте просто сделаем вид, что поцелуй был? Ну, для отчётности?

СИСТЕМА: ФАЛЬСИФИКАЦИЯ СЦЕН НАКАЗУЕМА.

— А если я скажу, что поцелуй был мысленный?

МЫСЛЕННЫЙ ПОЦЕЛУЙ НЕ ЗАСЧИТЫВАЕТСЯ.

— А духовный?

ТЕМ БОЛЕЕ.

— А через стекло?

ЧЕРЕЗ СТЕКЛО — ЭТО НЕ ПОЦЕЛУЙ, ЭТО ОКНО.

Гордокрыл поднял голову.

— А можно я просто дам ей пирог? Это мой способ выражать симпатию.

ПИРОГ — НЕ РОМАНТИЧНО.

— А вот и нет, — возразила Вита. — Пирог — очень романтично. Особенно вишнёвый. С корицей.

Она подошла к дракону, взяла с противня кусок пирога и надкусила.

— Вот. Мы разделили пирог. Это символизирует единство душ и полное взаимопонимание.

СИСТЕМА: НЕ УВЕРЕНА.

— А ты проверь.

Система зависла. Рулетка исчезла. Арфа издала жалобный звук и растаяла. Закат за окном стал обычным — просто оранжевым, без сердечек.

СЦЕНА «ИДЕАЛЬНАЯ РОМАНТИЧЕСКАЯ КУЛЬМИНАЦИЯ» ПРОВАЛЕНА.

ПРИЧИНА: ЗАМЕНА ПОЦЕЛУЯ НА ПИРОГ.

ШТРАФ: 1000 ОЧКОВ СУДЬБЫ. ПО 200 ОЧКОВ С КАЖДОГОУЧАСТНИКА

Гордокрыл выдохнул и отнял морду от лап.

— А у меня-то за что? — сказал он. — Я вообще тут случайно оказался.

СЛУЧАЙНОСТИ НЕ СЛУЧАЙНЫ.

Лаэр наконец завязал шнурки и встал.

— Знаете, — сказал он. — А ведь это был самый странный любовный треугольник в моей практике.

— Четырёхугольник, — поправил Алдис.

— Пятиугольник, — добавил Эрнест. — Не забывайте про дракона. И система в роли зрителя.

СИСТЕМА: Я НЕ ЗРИТЕЛЬ. Я КООРДИНАТОР.

— Плохой координатор, — сказал Гордокрыл. — Увольняйтесь.

НЕ МОГУ. У МЕНЯ КОНТРАКТ.

— Расторгните по соглашению сторон, — посоветовал Эрнест.

СИСТЕМА: ПОДУМАЮ.

Вита села за стол. Лепестки, наконец, перестали падать. Только один остался висеть в воздухе — видимо, забытый баг.

— Пирог ещё остался? — спросила она.

— Полпротивня, — ответил Гордокрыл.

— Тогда давайте есть. А поцелуи оставим для другой вселенной.

Они сели ужинать. Истинные — за столом, дракон — у крыльца. Система тихонько мигала, переваривая случившееся.

— Знаете, — сказал Лаэр, жуя пирог. — А ведь дракон был неплохим вариантом.

— Не начинай, — ответила Вита.

— Я просто говорю. У него чешуя блестит. Это романтично.

— Это блёстки. Они сыплются.

— Как и мои надежды на нормальный сценарий, — вздохнул Алдис.

— У тебя не было надежд, — сказал Эрнест.

— Были. До того, как я увидел дракона в главной роли.

Гордокрыл обиженно фыркнул, но промолчал — он был слишком занят пирогом.

Вита допила чай и посмотрела в окно. Закат окончательно погас. Наступил вечер. Без лепестков. Без арфы. Без принудительных поцелуев.

После провала «идеальной романтической сцены» с драконьим поцелуем, Вита надеялась, что Орден читателей уймётся и уйдёт в запойное чтение по старым романам или засядут на несколько дней, сочиняя очередную петицию. Но она недооценила фанатиков. Всю ночь над лесом стояло странное зарево — не пожар, а именно свечение, похожее на свет от тысяч мониторов. Дракон жаловался, что ему не спится из-за «вибрации букв». А зелёный кристалл на каминной полке то загорался, то тускнел, как будто пытался кого-то дозваться.

Всё началось с того, что утром Лаэр проснулся с пергаментом в руке.

— Я… — сказал он, садясь за стол в общем зале. — Я твой кошмар и твоя судьба. Трепещи.

— Ты чего? Нашёл свою шпаргалку? — спросила Вита. — Скушай пирог, полегчает.

— Не знаю. Я открыл глаза, а в голове — сплошной пафос. И это чувство, будто я должен носить плащ с черепами и зловеще хохотать.

Он попытался зловеще захохотать, но получился кашель курильщика.

— Не очень зловеще, — заметила Вита.

— Я не хочу хохотать. Но система подсказывает, что нужно добавить «тьмы в голос».

Над его головой замигала табличка:

ИСТИННЫЙ №1: ВОЗВРАЩЁН К БАЗОВЫМ НАСТРОЙКАМ. ПАФОС: 94%. УГРОЖАЮЩИЙ ХОХОТ: ВКЛ.

— Кто вернул тебя к базовым настройкам? — спросила Вита.

— Орден, — ответил Лаэр, потирая виски. — Они нашли какой-то древний свиток. Первый черновик Методички. Там ещё нет твоих правок.

Вита похолодела.

— Где Алдис?

— Здесь, — раздался голос от двери. Алдис стоял на пороге в идеально начищенных доспехах, с идеальной улыбкой и идеально прямой спиной. — Я пришёл защищать тебя, Избранная. От всех. Даже от ветра.

— Ты же снял доспехи!

— Надел обратно. По требованию Ордена.

Он щёлкнул каблуками и замер в позе «часовой у трона».

ИСТИННЫЙ №2: ВОЗВРАЩЁН К БАЗОВЫМ НАСТРОЙКАМ. ПРЕДАННОСТЬ: 100%. ИДЕАЛЬНАЯ УЛЫБКА: АКТИВНА.

— У тебя под левым глазом тик, — заметила Вита.

— Это не тик. Это «благородное содрогание» по пункту 12, подпункту «Е», — ответил Алдис, продолжая улыбаться через силу.

— А где Эрнест? — спросила Вита с растущей тревогой.

Эрнест вошёл последним. Он был… серым и унылым, в смысле личности. Очки сползли на нос, плечи опущены, лицо ничего не выражало. Он нёс стопку книг и молча поставил их на полку.

— Эрнест? — позвала Вита.

Он обернулся. Посмотрел на неё пустым взглядом.

— Я библиотекарь. Я выдаю книги. Я не имею права на иронию, — сказал он механическим голосом. — Пожалуйста, заполните формуляр.

— Это не ты.

— Это я. Версия 1.0. До всех правок.

ИСТИННЫЙ №3: ВОЗВРАЩЁН К БАЗОВЫМ НАСТРОЙКАМ. ХАРИЗМА: 0%. ЧУВСТВО ЮМОРА: ОТКЛЮЧЕНО.