Чтение онлайн

— Как женщина, которую сложно сломать? — заканчивает мужчина, которого я видела на этапах нашей подготовки, но он ни разу не помогал в перевоплощении. Только поглядывания и анализируя действия.

— Да-а, — подтверждает Лукас и поворачивается к незнакомцу, с улыбкой произнося скорее для меня:

— А это Мистер Х.

Молодой мужчина угрюмо уставляется на Лукаса:

— Его манерам учить и учить! Надеюсь, у тебя получится приструнить этого Маугли, каждый раз как палочка в одном месте, — он протягивает руку. — Я Чарли, но все друзья зовут Кудесник.

Жму тёплую руку и теперь рассматриваю незнакомца очень внимательно. Его смуглая кожа, тёмные волосы и черты лица скорее указывает на то, что он испанец или, может, итальянец. А внешний вид на то, что он из рода пернатых. Одет так ярко, что даже глаза режет, но, если оценить это не по отдельности, а в целом — составляет невообразимую картину. Такие вещи явно не купить, он сделал их сам, как и то, что подобрал нам. Возможно мои ассоциации с «Голодными играми» были не такими уж шутками.

— А я Лорин Хорн, — наконец, могу выговорить я. Каждое слово царапает горло, потому что так долго молчала.

— Надеюсь, что это ненадолго, — говорит Чарли, намекая на то, что скоро выйду за Лукаса. Походу, только совсем отсталый от мира не знает о нашей свадьбе.

— Да уж, такое сокровище пропадало, — с сарказмом выговариваю я, на что Чарли смеётся, очаровывая своей улыбкой.

— Она мне точно нравится, Лукас! Будет кому затыкать твой неиссякаемый запас шуток, — последнее слово он берёт пальцами в кавычки.

— И зачем я вас только познакомил? Спелись уже? — он складывает руки на груди и, чувствуя вибрацию, достаёт телефон из кармана пиджака. То, что он на нём видит, не так уж его и радует. — Нам пора, Лорин.

Мы быстро прощаемся с Чарли, который вряд ли ожидал такого резкого ретирования с поле боя. Он поджимает губы и пожимает плечами, посматривая на серьёзного Лукаса и на то, как я сжимаюсь от его слов. Я благодарю за то, что он сотворил с нами, со мной. Хочется сказать ему, что была бы рада увидеть его ещё раз, только это будет означать — привязываюсь к образу жизни, к таким идеям, к его людям, к самому Лукасу. А этого допустить нельзя, или мне снова придётся засовывать своё сердца куда подальше. Но чем больше я провожу времени с ним, смотря, касаясь, наблюдая за его жизнью, тем менее ужасной кажется мысль о свадьбе. Но как такое может быть? Это же Лукас, мать его, Лукас Мэй!

Когда выходим на улицу, замечаем перед самым выходом лимузин. Лукас хватает за руку, непонятно чего опасаясь.

— Я его не заказывал.

Водитель, видимо, увидев нас, выходит из салона.

— Мистер Мэй и Мисс Хорн, прошу в салон! Отправили за вами, чтобы отдохнули в дороге перед вечером, — улыбка, которую он натягивает при разговоре, фальшивка. Мне про такие улыбки известно многое. Я сама ими всю жизнь пользуюсь.

Лукас мягко подталкивает вперёд со словами:

— Пропущу-ка я даму, — не нравится, что он мной прикрывается, и я специально наступаю ему несколько раз шпилькой на ноги.

Садимся в салон. Тут уже налито шампанское, разложены фрукты и закуски, включена расслабляющая мелодия — всё располагает к тому, чтобы лечь и отдохнуть.

— Что-то это напоминает пряничный домик из сказки, — шепчу Лукасу, когда он садится рядом.

— И мне. Пожалуй, лучше ничего здесь не брать. У Кеннета бывает своеобразный юмор, — он косится на все лакомства, передёргиваясь и вспоминая события из прошлого.

Всё бы хорошо, но уже сводит живот от голода, потому что последний раз ела утром. Приходится прикусить губу и попробовать понять, что ждёт впереди. Лукас чуть ли не сразу засыпает, а я остаюсь в одиночестве, если не считать водителя, который время от времени наблюдает за мной через открытую задвижку между нашими частями. И если бы не это множество кнопок, в которых разобраться можно только с помощью Илона Маска [6], я бы давно уже обрубила на корню эту возможность смотреть на нас, как будто мы звери в клетке. Только уж в больно дорогой. И все представления говорят только об этом. Даже немного спокойнее от того, что теперь не одна в таком состоянии — Лукас тоже не знает, что задумал его брат.

Когда мы подъезжаем к особняку, он нависает над машиной, словно, огромная тень. Хотя такое чувство, как будто сеть особняков или вообще замок. Настолько место большое, массивное и тёмное. Прям те самые места, куда лучше не приходить, чтобы не подцепить проклятье или не быть съеденным призраком. Только монстры тут и так обитают. Вопрос: кто оборотни, а кому можно доверять? Лукас просыпается от моего толчка ногой и, потягиваясь, приобнимает меня. Не убираю его руку только ради водителя, который, я уверена, служит своему Варису [7], пусть лучше думает, что я сдалась. Если так подумать, то мне приятно сидеть в его полуобъятьях оставшееся время, пока приближаемся ко входу.

— Ну что, посторожила сон? Теперь моя очередь тебя защищать.

Когда водитель отворачивается, скидываю его руку. Лукас бросает взгляд в окно, почти ощущаю его неприязнь к этому месту, он явно успел натерпеться тут от брата и отца, они-то уж точно не вились на его очарование. Да при всём богатстве оно и у меня тоже не вызывает доверие, скорее холодность и неприступность. Как здесь вообще могут жить люди и не страдать от депрессии?

Водитель открывает дверь и подаёт мне руку, рассматривая платье слишком уж прямо. Перед домом нас встречает всё оставшееся семейство Мэй и моя сестра. В первую очередь оглядываю её с ног до головы, она улыбается, но я не верю. На ней бархатное платье по фигуре тёмно-фиолетового цвета, а длинные рукава закрывают руки практически до пальцев. Свожу челюсти, прикусывая щеку — Кеннет специально одел её во что-то подобное, чтобы я думала — под ним есть что скрывать, но я ни в коем случае не могу показать ему, что знаю. Лукас опускает руку на плечо, мягко сжимая кожу и спасая от необдуманного шага и слов. Он направляет нашу пару, хватая за талию с улыбкой и шепча: «Двигайся, Лорин!», только благодаря его поддержке я начинаю отыгрывать свою роль в этом представлении.

Между нашими баррикадами происходит официальное приветствие. Протягиваю руку к Патрисии, чтобы обнять и шепнуть, что я всё ради неё сделаю и спасу её. Только вместо этого, она всего лишь жмёт руку — так фамильярно и отчужденно, словно мы и не росли больше двадцати лет вместе. Моя рука пробегает выше по предплечью, я уже хочу обнять её, мою маленькую девушку, глаза которой слегка увлажняются. Но стоит дотронуться до неё выше локтя, и она невольно морщится и мгновенно меняет своё выражение лица. Создавая спасательной рубеж, стену, чтобы я её не погубила.

Бросаю на Кеннета взгляд полный ненависти, потому что уже не могу сдержаться — он избил её, избил так, что пришлось скрывать всё под слоем дорогой ткани. Старший Мэй не успевает перехватить мой вызов, потому что Лукас встаёт между нами.

— Пре-кра-ти! — по слогам шепчет он.

<tab>Он хватает за руку, и мы идём первыми к дому. Лукас показывает то в одну сторону, то в другую, рассказывая какие-то семейные истории намеренно жизнерадостно и громко — не так, как говорит обычно. Но взгляд его скрывает совсем другое, он умоляет сдержаться, явно опасаясь за меня.

Внутри здание выглядит не меньше, чем снаружи. Наверняка тут десятки комнат. Но пугают не масштабы помещений, а то сколько здесь человек. Все они в дорогих платьях или костюмах, и наше облачение выглядит очень кстати. Стоит нам пройти к винтовой лестнице шириной с автобус, как все вокруг начинают аплодировать, как по сигналу.

Лукас уводит немножко вперёд, вверх по лестнице, чтобы наша пара была у всех на виду. Он держит меня за руку, а я придерживаю подол платья. Поворачиваясь ощущаю на себе вспышки камер, я вожу по залу и замечаю родителей, парочку моих знакомых с работы, но в основном это люди со стороны Лукаса. И что-то подсказывает, что это главы каких-нибудь корпораций, банков, синдикатов и нелегального бизнеса — ладно, тут я перегнула — хотя кто знает.