Чтение онлайн

Она и так едва держалась рядом с ним, потому что слишком многое в ней откликалось на него слишком остро. Она знала его так мало, понимала его язык едва ли наполовину, всё происходило стремительно, неправильно, красиво, тяжело, а к тому же они так мало разговаривают и общаются— и вот теперь именно на этом пороге ей нужно было сказать ему об этом.

Алёна сидела на краю кровати, прижимая ладони к вискам, и думала, что иногда жизнь странно шутит.

Когда они наконец становятся ближе… когда вот-вот должны были переступить ту самую грань… именно тогда реальность вмешивается и ставит перед ней испытание, к которому она совершенно не готова.

Но завтра ей всё равно придётся идти. И смотреть ему в глаза. И говорить.Хотя внутри всё сжималось от стыда, страха — и даже какого-то почти болезненного желания быть понятым.

Утро пришло мягким светом, и Алёна проснулась с необычайным облегчением. Вчерашний хаос вечера, алкоголь и усталость оставили после себя лишь лёгкое раздражение на коже и ощущение, что тело медленно приходит в себя. Она села на кровати, глубоко вдохнула, закрыла глаза и позволила себе на мгновение просто быть. Каждый вдох казался маленькой победой над собственным напряжением, накопленным за последние дни.

Она открыла календарь и мысленно прикинула: до её отлёта оставалось всего несколько дней, но менструация, начавшаяся преждевременно, к среде должна была уйти на убыль. А значит, можно просто немного выровнять планы. Алена подуспокоилось. Но эта мысль была лёгкой нитью среди клубка внутренней неловкости: ей еще предстояло сегодня увидеться с Маттео и объясниться, почему опять не произойдет между ними то, чего они ждали.

Она медленно встала, приняла душ, тщательно собралась, подобрала одежду, аккуратно уложила волосы. Всё было важно: каждая деталь, каждый жест, каждое движение — чтобы хоть немного собраться с духом. Затем, не спеша, она направилась в зал, чтобы перед встречей позаниматься и отвлечься. Тренировка помогла ей вернуть дыхание и ощущение контроля.

И вот она была на месте встречи с Маттео. Сердце билось громко, почти отчётливо, словно пыталось предупредить о том, что впереди случится что-то важное. Маттео, как всегда, сел к ней в машину, улыбнулся и поцеловал ее медленно, чувственно и глубоко. На мгновение мир вокруг замер. Алёна хотела что-то сказать, но слова вылетали, запинались, прерывались. Она отвернулась к окну, глубоко вдохнула, пытаясь собрать мысли.

Вскоре Алёна почувствовала тепло его руки на своей спине и поняла: это момент, когда нужно собраться с духом. Она встретила его взгляд и тихо сказала:

— Подожди… мне нужно сказать… сейчас у меня такие дни… календарь… — слова застряли на полуслове, смешались в хаотичный поток, но он понял.

И в его взгляде не было досады, злости, огорчения, даже разочарования. Зато он понял ее состояние неловкости и стыда. Маттео просто обнял её крепко и прижал к себе, словно успокаивая.

— Ничего страшного, это вообще не проблема, — сказал он, улыбаясь и целуя её в макушку. — Не переживай. Всё будет хорошо.

И действительно, всё стало тихим и лёгким. Они начали обмениваться обычными фразами, улыбками, случайными прикосновениями. Сердце Алёны ощущало, как его пульс сливается с её, как растёт тепло, как желание становится почти осязаемым. Её дыхание ускорялось, когда его руки касались её волос, плеч, шеи.

Они снова оказались близко, и это было естественно, плавно. Алёна потянулась к нему первой — мягко коснулась губами его губ, и Маттео сразу поддался этому поцелую, так жадно, так тяжело, будто всё это время ждал только этого.

Он прижал её ближе, ладонью обхватил её затылок — крепко, горячо, и от этого прикосновения её будто накрыл разряд тока. Его дыхание стало низким, рваным. Она чувствовала, как его грудная клетка поднимается и опускается всё быстрее, как мышцы на его животе напрягаются под её пальцами.

Алёна стянула с него футболку — медленно, будто разрывая последнюю границу. Ей нравилось чувствовать его кожу под ладонями, горячую, напряжённую, живую. Она наклонилась и прошлась губами по его шее, по ключице, ещё ниже — и как только её губы коснулись его кожи там, где он был особенно чувствительным, Маттео резко втянул воздух, будто его пронзила волна удовольствия.

Он не пытался её остановить. Наоборот — его пальцы бессознательно сжались в её волосах, направляя, поддерживая, выдавая то, насколько сильно он её хочет. Его бёдра чуть подались вперёд, дыхание стало ещё глубже, почти сдавленным.

Алёна ласкала его медленно, уверенно, с какой-то своей женской нежностью — и при этом ощущала, как желание в нём буквально пульсирует, как он дрожит под её губами, как будто теряет контроль. Он запрокинул голову на спинку и тихо выдохнул её имя — так, что этот звук отозвался у неё в животе горячей волной.

Через какое-то время Маттео опустил руку ей на плечо, слегка потянул вверх, заставляя поднять взгляд. Его глаза блестели, тёмные, почти чёрные.

—Ты уверена, что не хочешь… сверху?

Этот вопрос ударил по ней, как вспышка. Она сама сгорала от желания, ей хотелось его так сильно, что в висках стучало. Но реальность вернулась резким холодком — её месячные.

Алёна чуть запнулась, прикусила губу, отвела взгляд:

— Хочу… но не могу. Сегодня.

Он замер на секунду, будто что-то осмысливая. И вместо разочарования — его взгляд стал мягче, теплее, даже нежнее, что заставило её сердце пропустить удар.

— Esta bien… — прошептал он. — Всё хорошо.

И он наклонился к ней сам. Снова поцеловал — так, будто хотел забрать всё напряжение, которое она почувствовала в этот момент. Его рука скользнула по её талии, по бедру, возвращая ей ощущение желания, но уже другого — спокойного, уверенного, принимающего.

Алёна продолжила ласкать его руками и губами, и Маттео быстро снова утонул в этом. Его дыхание стало рваным, тело напряглось до предела. Он почти не говорил — только тихо выдыхал её имя и сжимал её затылок или талию, будто боялся потерять ощущение её тепла.

Когда он дошёл до финала, он выдохнул глубоко, с каким-то сдержанным стонами, весь напрягся и почти бессильно прижал её к себе, будто в ней искал опору. Его лицо смягчилось — в нём появилась эта редкая для него тёплая открытость, которую она видела только в самые искренние моменты.

Маттео провёл ладонью по её щеке, чуть улыбнулся — устало, счастливо, по-мужски довольный. Будто говоря ей без слов:

“Да. Я хотел тебя. Очень. И сейчас — счастлив.”

Пассажирское сиденье было опущено, Маттео полулежл, крепко прижимая к себе Алену. Они начали мягко разговор о планах, о жизни, о небольших вещах. Алёна слушала больше, чем говорила, наслаждаясь этим ощущением доверия, близости и понимания, и ей было достаточно просто быть рядом с ним, ощущать его руки и дыхание.