Чтение онлайн

«Ничего. Не останется ничего».

Я въехал на ведущую к дому подъездную дорожку. Солнце уже садилось за горизонт. Конечно же, я наткнулся взглядом на машину Хлои. Она каждый день забирала Калео после школы и сидела с ним, пока я не возвращался с работы. Капитан Рейес сказал, что на следующей неделе мне предстоит несколько суточных дежурств. Пожарная команда и так работала в минимальном составе, мне придется подключиться.

Я настолько вымотался, что усталость, похоже, проникла даже в душу. Я достиг крайней точки. Если ничего не изменится, все просто полетит к черту. Мне требовалась помощь, какое-то средство, чтобы исправить ситуацию.

Я слышал, как внутри Хлоя суетилась на кухне. Вероятно, готовила ужин, хотя я никогда об этом не просил. Калео за кофейным столиком в гостиной делал домашнее задание.

– Как прошел день? – Я взъерошил ему волосы.

– Хорошо.

Калео всегда был довольно молчаливым, но мне хотелось, чтобы он рассказал что-нибудь еще. Знать бы только, о чем спрашивать. Для ребенка, несколько недель назад потерявшего обоих родителей, он невероятно хорошо справлялся. Психолог говорил, что дети редко унывают. Вот только мне сейчас придется сообщить ему очередную плохую новость, поведать еще об одной потере.

Я опустился рядом с ним на колени.

– Я должен кое-что сказать тебе, приятель.

Он поднял на меня взгляд.

– Теперь мы сможем пойти домой?

«Боже».

Он спрашивал об этом почти каждый день, а я увиливал и уклонялся от ответа. Теперь юлить больше не получится.

– Дело в том, что я получил заключение геодезистов. Из-за угрозы оползней в нескольких домах на улице больше нельзя жить.

«Включая и ваш».

– Мы не сможем вернуться? – хмуро спросил он.

Он говорил «мы», логично предполагая, что я перееду в старый дом вместе с ним. Само собой, пожелай он, и я отправился бы даже в колонию на Марсе, однако был бессилен исполнить его простейшее желание – вернуть ему единственный дом, который он когда-либо знал.

– Нет, приятель. Мне очень жаль.

– Что с ним будет?

– Ну… вероятно, его снесут.

Калео замер, потом вновь опустил глаза в свою тетрадь.

– Я хочу домой.

Грудь сдавило от боли, я закрыл глаза.

– Знаю, что хочешь. Если бы мы только могли. Я бы все за это отдал, но…

Он посмотрел на меня большими, карими, расширенными от страха глазами – никто не готовил его к такому горю.

– Дядя Эш, ты не можешь его исправить? Починить вместе с друзьями-пожарными, чтобы он не скользил?

«Я ни черта не могу исправить».

– Хотел бы я, приятель. – Я покачал головой. – Но ты будешь жить здесь, и мы можем точно так же обставить твою комнату. Все, что захочешь.

– Я всегда буду жить с тобой?

– Да. Я…

«Позабочусь о тебе», – хотел сказать я, но злость сдавила горло. Сначала Морган, теперь Калео. Вселенная – бог, или кто там еще – по-прежнему оставляла малышей без родителей, и мне приходилось вмешиваться. Как будто я мог их заменить.

– Ладно, – безэмоциональным голосом проговорил Калео и вернулся к домашнему заданию.

У меня не нашлось больше слов, поэтому я снова взъерошил ему волосы и прошел на кухню к Хлое. В воздухе витал запах соуса для спагетти и пекущегося в духовке чесночного хлеба.

– Привет, – с улыбкой поздоровалась она. – Как прошла встреча с управляющим?

– Ужасно, – тихо признался я. – Придется продать фотостудию. И я только что сообщил Калео, что он не сможет вернуться домой. Слишком опасно.

– О нет! – Хлоя достала из ящика прихватки. Она знала мою кухню как свои пять пальцев. – Как он воспринял?

– Не знаю. Наверняка ему очень плохо, но он скрывает свои чувства.

Я в очередной раз потер глаза и огляделся. Хлоя приготовила ужин, накрыла на стол. Калео делал домашнее задание. Вот та стабильность, которую я изо всех сил пытался ему дать.

– Хлоя… Я думал о твоем предложении переехать сюда.

– Оно еще в силе.

– Но у тебя останется своя квартира, – уточнил я. – И это лишь на время, пока я окончательно не приду в себя. О большем я не прошу.

Она широко улыбнулась, в глазах ее светилась теплота.

– Я просто хочу помочь, чем смогу.

Я кивнул.

– Не хочу показаться засранцем, но сейчас мне не нужны отношения.

Мягко сказано. Сердце разбилось вдребезги, но каждый крошечный кусочек по-прежнему принадлежал Фейт, и так будет всегда. Тоска по ней превратилась в еще один кирпичик в груде боли, которую я всюду таскал с собой – в один из самых тяжелых.

– Знаю, – кивнула Хлоя. – И не стану на тебя давить. Я ничего не жду, не ставлю никаких условий. Но, может быть… – На щеках ее вспыхнул румянец. – Может, не стоит делать поспешных выводов? – Полным ожидания взглядом она посмотрела из-под полуопущенных ресниц. – И закрывать сердце?

В голове сработал сигнал тревоги, но он затерялся в какофонии звуков. Не в силах больше мыслить здраво, я просто тупо кивнул.

– Конечно.

Хлоя довольно улыбнулась и вытащила хлеб из духовки.

– Ужин готов.

Я без стука ворвалась в пентхаус Сайласа. Конечно, консьерж сообщил о моем приходе, но на этом хорошие манеры закончились. Сайлас уезжал на несколько недель – рассказывал на Конгрессе о серьезности эпидемии опиатов – и его багаж по-прежнему стоял возле двери. Макс, должно быть, еще не пришел с работы. Сайлас был один, сидел за пианино и исполнял какую-то безумно сложную классическую мелодию.

Заметив меня краем глаза, он перестал играть и развернулся на скамейке.

– Привет, Фейт.

– Что это? – Я сунула ему под нос бархатную коробочку, которую почти сутки не выпускала из рук.

Сайлас удивленно воззрился на нее.

– Ты ее не открывала?

– Даже не пыталась. Если внутри то, что я думаю, не так мне хочется увидеть его в первый раз. – Я с трудом сглотнула. – Там ведь то, о чем я думаю?

– Да, – тихо согласился он.

– Боже… – Ощутив, как задрожали колени, я поспешно опустилась на диван.

«Эшер хотел сделать мне предложение. Он хочет на мне жениться».

– Хотел жениться, – пробормотала я, слезы жгли глаза. – В прошлом. Теперь все кончено.

– Ничего не кончено, Фейт. – Сайлас сел рядом со мной, держа в руке коробочку с кольцом. – Эй, ты меня слышишь? Ничего не кончено. Просто… неподходящее время. Худшее из всех возможных.

– Он не хочет меня видеть, Сай, – пояснила я. – Не желает иметь со мной ничего общего.

– Я бы поспорил. – Сайлас поднял коробочку повыше. – Первое доказательство.