Чтение онлайн

– Эй, давай помогу. – Я торопливо бросился к нему, схватил бумажное полотенце и промокнул пятно. – Видишь? Всего лишь уголок. Ничего страшного.

– Нет, он испорчен, – проговорил Калео и добавил, уже громче: – Все испорчено!

Прерывисто задышав, он стиснул лист обеими руками, сминая края, причиняя гораздо больший вред, чем сок.

– Эй, приятель, все в порядке. Он не испорчен, просто несколько брызг…

Покачав головой, он спрыгнул с табурета.

– Все испорчено! – закричал он, бросил листок на пол и принялся топтать, оставляя на нем следы ботинок. – Уже не будет как раньше! Никогда не будет как раньше!

Мучительно ноющее сердце почти замерло в груди. Калео впал в настоящую истерику – рыдал, заливался слезами, кричал. Он поднял листок с пола и разорвал на мелкие кусочки.

– Никогда не вернется! – кричал он. – Никогда…

Я опустился на колени и обхватил его за плечи.

– Калео, посмотри на меня. Дыши, приятель. Все будет хорошо.

Черт возьми, я это сказал. Может, он даже поверит.

Он начал дышать спокойнее и расплакался уже по-настоящему. Я притянул его к себе, обнял, и внезапно будто снова оказался в трейлере с одиннадцатилетним Морганом, окутанным клубами дыма, в глазах которого стояли слезы. Он нуждался во мне, чтобы все исправить, вернуть все как было. Но как я мог? Ведь все уже не исправить.

Поэтому я просто обнял Калео и постарался взять себя в руки. Сейчас для меня важнее всего было держаться – ради племянника. Я просыпался, мучимый болью, и весь день носил ее в себе, пусть и старался не думать о Моргане. Начни я вспоминать о нем, размышлять о глубине и необъятности ныне потерянного человеческого существа, я бы спятил. Хотя в голове теснились тысячи воспоминаний, от самых простых до сильных, наполненных чувствами.

Простые были хуже всего. Маленькие фрагменты жизни казались намного более реальными и человечными, чем драматические моменты. Его смех, глупые шутки, неспособность долго обижаться… Торт, который он испек для меня, когда я получил диплом Колумбийского университета…

«Хватит, черт возьми!»

Мне нужно возвращаться к работе, иначе я лишусь и ее. Я и так уже взял огромное количество отгулов. Теперь, когда я стал заместителем, у меня появились новые обязанности и ответственность.

Я чувствовал, что напряжен до предела. Взгляд упал на урну с прахом Моргана, стоящую на полке в гостиной. Я так и не смог развеять его над океаном. Многие не понимали, почему я не позволил ему быть с Налани, вместе качаться на волнах.

«Но ведь мы не всегда получаем, что хотим, верно?»

– Дядя Эш… – Шмыгнув носом, Калео вырвался из моих объятий. – Я хочу домой.

– Знаю, приятель, но это слишком опасно. Лучше еще немного побыть здесь. Я позабочусь о тебе, обещаю. Понимаю, тебе трудно… – Слова звучали жалко, неубедительно, и все же я продолжил: – Просто нужно приложить все усилия. Ладно?

– Ладно. – Он кивнул и вытер нос.

– Ладно, – повторил я, хотя уже не верил в лучшее. Впереди нас ждала совершенно другая жизнь, и я не надеялся на хорошее.

Я накормил Калео ужином, он принял ванну и отправился в свою спальню. Я сидел рядом с ним, пока он не заснул, задаваясь вопросом, как, черт возьми, мы с ним все это переживем.

Два дня спустя я вышел на работу, начинались двенадцатичасовые дежурства – четыре смены с четырех утра до четырех вечера. После школы Калео забирала Хлоя и до моего возвращения сидела с ним у меня дома. Начали сказываться бессонные недели – похоже, впереди меня ждали несколько трудных дней, но я лишь радовался. Лучше чем-то занять мозг, чем получить нервный срыв. Это точно не поможет Калео, а сейчас только он и имеет значение.

Когда я вошел в дом, малыш играл в видеоигры, Хлоя сидела за кухонным столом.

– Я приготовила вам рис поблано. – Она тепло улыбнулась. – Он в холодильнике. Просто поставьте в духовку на двадцать минут, чтобы разогреть.

– Спасибо, – проговорил я. – Я ценю твою заботу и рад, что следующие четыре дня Калео побудет с тобой. Давай я заплачу тебе.

– Ни в коем случае. – Она покачала головой. – Я счастлива помочь.

Я только чуть улыбнулся – на большее сейчас был просто не способен.

– Ты выглядишь усталым. – Хлоя окинула меня внимательным взглядом. – Ты вообще спал?

– Почти нет.

Что и к лучшему, поскольку, стоило закрыть глаза и попытаться уснуть, как возвращались мысли. Так что я ложился как можно позднее и просто отключался, а потом вскакивал от звука будильника – судя по ощущениям, через несколько минут. Впрочем, порой так и было.

– Я в порядке, – добавил я, когда Хлоя обеспокоенно нахмурилась.

– Не стесняйся звонить, если что-нибудь понадобится, – предложила она, ее глаза наполнились слезами. – Налани и Морган были особенными. Я считала их хорошими друзьями, а не только родителями любимого ученика.

Я молча кивнул. Поселившееся внутри горе напоминало гигантскую черную дыру, которая засасывала все, к чему прикасалась. Я даже не думал о том, что другие тоже страдали – все равно ничего не мог сделать. У меня почти не осталось сил, а то немногое, что еще сохранилось, предназначалось Калео.

– Рано или поздно тебе придется вернуться к суточным дежурствам.

– Рано или поздно, – кивнул я.

– У меня есть идея. – Хлоя опустила взгляд в столешницу. – Может, я перееду к тебе?

Я застыл, не успев налить стакан воды.

– Что?

– Я буду спать в гостевой спальне, – быстро добавила она. – Так я всегда смогу быть рядом с Калео. И с тобой. – Она коснулась рукой моего плеча. – Тебе нужна забота, Эшер. И тот, кто снимет с тебя часть проблем. Я хочу быть рядом с тобой, все время…

– Нет! – бросил я жестче, чем намеревался, и отстранился от ее прикосновения. – Нет, спасибо, Хлоя. Достаточно того, что ты заберешь Калео из школы и немного посидишь с ним. О большем я не прошу.

– Тебе не нужно просить. – Ее улыбка казалась дерзкой и в то же время застенчивой. – Просто подумай об этом. – Она снова коснулась моей руки. – Увидимся завтра.

Глядя ей вслед, я потер усталые глаза. Хлоя права – рано или поздно мне придется вернуться к суточным дежурствам. И я бы сказал, что это случится довольно скоро. По мере возможности капитан Рейес старался меня не трогать, но у нас не хватало людей; недавно мы лишись еще двоих парней, которые не смогли прижиться на Кауаи. Сперва они считали работу на Гавайях чем-то вроде рая, а после осознали, что маленький островок весьма далек от этого понятия.