Чтение онлайн

— Как ты хочешь, милая? Грубо или нежно? Скажи мне.

— Грубо, — выдохнула она. — Пожалуйста.

Я стянул её кружевные трусики и вошел в неё одним резким, мощным толчком. Она вскрикнула, но я не отпускал её. Одна рука на талии, вторая прижата к её спине, удерживая на месте.

— Всё еще хорошо?

Она лихорадочно кивнула, подаваясь бедрами назад.

— Не останавливайся.

Она отдавалась мне полностью, без колебаний и тени сомнения. И я не останавливался. Входил в неё снова и снова, слушая её дикие, несдержанные стоны — лучшую симфонию в мире. Я сжал её волосы, притягивая к своей груди, и слегка обхватил ладонью её горло лишь для того, чтобы зафиксировать её взгляд.

— Теперь ты принадлежишь мне, — прорычал я, толкаясь еще глубже.

— Я всегда принадлежала тебе, — вскрикнула она. — Тео, черт… я сейчас…

— Не сдерживайся, — приказал я. — Отдайся этому.

Она содрогнулась в мощном оргазме, её тело затрепетало в моих руках. Я был уже на грани. Последний толчок, хриплый стон, вырвавшийся из груди, и я излился в неё, чувствуя, как перед глазами взрываются звезды. Мы рухнули на простыни, не в силах пошевелиться.

Потом она повернулась ко мне, её глаза сияли, а дыхание всё еще было сбитым.

— Значит… ты теперь мой жених.

Я рассмеялся, пытаясь отдышаться.

— Не могу дождаться, когда назову тебя женой.

Она широко улыбнулась.

— Иди сюда, Саманта, — сказал я, направляясь к балконной двери. Она подхватила одеяло и подошла ко мне.

— Что такое, мистер Джонс?

— Брось одеяло и положи руки на перила.

Она подчинилась без колебаний. Наш номер располагал полуприватным балконом, если не считать людей далеко внизу на улице, нас никто не видел. Я опустился позади неё на колени и без предупреждения прижался губами к её плоти.

— Черт, Тео, я…

— Тихо, Саманта. Если кто-то услышит, они посмотрят вверх.

Она кивнула и вцепилась в перила так, что костяшки побелели. Я начал ласкать её языком, буквально поглощая её. Я добавил пальцы, и она начала плавиться прямо у меня во рту. Я чувствовал, как она дрожит — может быть, от прохладного воздуха, а может, от моих ласк. В любом случае, на вкус она была божественна.

— Ногу на стул. Живо.

Я поднялся, одной рукой зарываясь в её волосы, а другой направляя себя внутрь. Первый же толчок заставил её ноги подкоситься.

— Тео, я не могу…

— Можешь, откройся для меня.

И она открылась. Она перегнулась через перила, давая мне полный доступ. Я намотал её волосы на кулак и входил в неё так сильно, как только мог. Она стонала моё имя так, что я едва держал себя в руках. Я продолжал, пока она не начала оседать.

— Тео, я сейчас…

Я резко отстранился, и она ахнула:

— Какого черта ты делаешь?

— Садись на стул, раздвинь ноги и ласкай себя. Я хочу видеть, как ты доводишь себя до финала.

Я сел напротив неё, лаская себя, пока она подчинялась. Она ввела палец внутрь, а другой рукой сжала сосок. Видеть её такой — такой естественной, сексуальной и желающей меня — было почти невыносимо. Я сделал глубокий вдох, не отрывая взгляда. Она тяжело дышала, и в тишине были слышны только её влажные стоны.

Я перестал трогать себя и опустился перед ней на колени.

— Не останавливайся, Саманта.

Она кивнула, закусив нижнюю губу. Я раздвинул её ноги еще шире и снова припал к ней губами. Она вскрикнула, выкрикивая моё имя. Я слизывал её соки, пока она продолжала ласкать себя, и когда наши взгляды встретились, я понял, что она на грани. Я ввел палец, она судорожно сжалась вокруг него, и когда я прикусил её плоть, она окончательно потеряла контроль.

В этот раз она не просто стонала. Она выкрикнула моё имя так громко, что теперь весь Париж знал: Теодор Джонс — потому что она назвала меня по полному имени — довел её до экстаза на этом балконе.

— Похоже, сегодня мы не уснем.

Она лишь посмотрела на меня с улыбкой.

— Я и не планировала спать в ночь нашей помолвки.

????

Наступило утро, и я не помню, сколько часов нам удалось поспать, если вообще удалось. Собирая вещи, я заметил у неё тот самый взгляд «у меня есть идея». Этот взгляд всегда сулил приключения.

Она повернулась ко мне, её глаза так и плясали.

— У меня есть одна фантазия.

Я вскинул бровь.

— Излагай.

— Сделать это в самолете, — сказала она так буднично, будто заказывала круассан.

У меня мгновенно подскочило давление.

— Бывшая стюардесса хочет вступить в «клуб десяти тысяч метров», да?

Она пожала плечами, прикусив губу.

— Возможно, я знаю кое-кого из экипажа нашего рейса, кто за пару ответных одолжений готов закрыть на это глаза.

Я переваривал это секунду, едва не подавившись шампанским.

— То есть ты серьезно?

— Вполне.

Я лишь рассмеялся и закончил сборы.

Мы приехали в аэропорт заранее, успели выпить по коктейлю в лаунже. Уже на борту я заметил, как Сэм о чем-то перешептывается со стюардессой. Она подмигнула мне, и я понял, что она не шутила.

Взлет прошел гладко, мы попивали шампанское, и тут она прошептала:

— Так, через три минуты иди в хвостовой туалет. И постарайся не выглядеть слишком самодовольно.

Она встала и направилась по проходу. Её платье облегало все изгибы, и мой рассудок начал стремительно меня покидать. Я досчитал до шестидесяти. Дважды. Встал и с максимально невозмутимым видом направился в хвост самолета.

Два удара в дверь. Она приоткрылась, и Сэм затянула меня внутрь. Там было тесно, жарко и совершенно неподобающе, но это была её фантазия, а кто я такой, чтобы отказывать женщине, которой только что предложил руку и сердце?

— Заверши то, что начал утром.

О, я завершил.

Я залез руками ей под платье, избавил её от белья и подсадил на крошечную раковину. Всё было быстро, неистово и определенно стоило риска. Когда всё закончилось и мы стояли, прижавшись лбами друг к другу и пытаясь отдышаться, она хихикнула и прошептала:

— Ой, турбулентность.

Я рассмеялся, крепко поцеловал её и убрал прядь волос ей за ухо.

— Фантазия исполнена, — пробормотала она.

— Надеюсь, не последняя из тех, что мне предстоит исполнить, — прошептал я в ответ.